Так и есть, это мой первый пациент.
И похоже, нашим лекарям удалось его здорово подлатать. На нем не только не осталось ни царапинки, но и вчерашняя слабость прошла без следа. Натянут как струна, движения мягкие, но пружинистые, словно у хищного зверя. Такое впечатление, что он уже готов сразиться с любой тварью, и на этот раз целитель понадобится ей. Или нет, уже не понадобится.
Я с интересом его рассматривала – вчера как-то было не до того. Совсем молодой, может сойти за студента… На преподавателя уж точно не похож.
Интересно, что в таких случаях делают настоящие целители? Справляются о самочувствии? Но в этом нет никакого смысла, невооруженным глазом видно: пациент в порядке. А интересоваться именем, кажется, уже поздно. Да и обстановка явно не подходящая, слишком уж много вокруг народу. Ладно бы народу, а то романтически настроенных студенток. Тут одно неосторожное слово – и станешь объектом сплетен до самого конца обучения.
Наверное, правильно будет просто уйти. В конце концов, никуда он не денется, раз уж здесь преподает, и спросить, как дела, я смогу и позже, практически в любой момент.
Однако реализовать свое благое намерение я не успела. Он тоже меня увидел. Удивленно приподнял брови, а затем совершенно беззаботно сказал, обращаясь лично ко мне:
– Ну же, не стесняйтесь, проходите.
Все взгляды тут же обратились в мою сторону. И я поняла, что отнекиваться и объяснять, мол, я тут оказалась случайно, – не очень хорошая идея. Это значит привлекать к себе еще больше внимания. Так что я коротко кивнула и вошла в аудиторию.
Все стали рассаживаться за парты. Удивительное дело, обычно на занятиях самыми востребованными оказываются задние ряды, никто не хочет сидеть под носом у преподавателя. Но тут ситуация была совсем другая, девчонки так и норовили сесть поближе к кафедре. Возле передних столов образовалось настоящее столпотворение, хорошо хоть не подрался никто. А то было бы забавно: тренировки по боевым магическим искусствам начались бы еще раньше, чем кто-то успел записаться на факультатив. Но обошлось, все худо-бедно расселись, хоть и зыркали друг на друга недовольно, и преподаватель заговорил.
– Меня зовут магистр Лэнсор. Я буду преподавать боевую магию огня. И я очень рад, что студенты других факультетов проявили такой интерес к моему предмету. Полностью согласен с вами, защитить себя нужно уметь каждому.
При этом каким-то невероятным образом умудрился подмигнуть сразу всем.
А ведь обаятельный, гад! Вовсе не похож на других преподавателей.
Или только у нас на факультете заботы все наставники серьезные и мрачные? Может, у защитников только такие весельчаки и работают.
Впрочем, нет. Преподавателей с факультета защиты я видела, суровые мрачные типы. И у каждого взгляд такой тяжелый, что хочется из-под этого взгляда поскорее выбраться.
А этот нет. Сияет улыбкой и, кажется, излучает какие-то особые флюиды. Вон как девчонок разморило, чуть ли не растеклись по партам и смотрят так восторженно и умиленно, как будто там не преподаватель стоит, а играет десяток пушистых котят.
Я вдруг поймала себя на том, что тоже улыбаюсь и смотрю на магистра Лэнсора с несвойственным мне восхищением. Вот же черт!
Я с трудом отвела взгляд и стала изучать крышку стола, как будто мне действительно было важно рассмотреть каждую царапинку.
– Но прежде, чем я вас всех запишу, – он окинул аудиторию взглядом, – должен кое-что сообщить. Романы между преподавателями и студентами строго запрещены. Строжайше! Вплоть до увольнения.
Аудитория разочарованно загудела.
– А как же магистр Рониур, ваш предшественник? Он вообще женился на студентке, – протянул игривый девичий голос.
Все захихикали.
– Вот с тех пор и запрещены, – улыбнулся этот невыносимый красавчик.
На лицах девушек отразилось крайнее разочарование.
– Увольнение – это еще не самое страшное, что грозит нарушителю. А я собираюсь преподавать в вашей академии долго и счастливо.
Это сообщение было встречено коллективным вздохом. Но клянусь, в этом вздохе не было отчаяния. Уверена, каждая из присутствующих думала что-то вроде: «Говори-говори, а уж если влюбишься, ничего с этим поделать не сможешь».
– Теперь о наших занятиях. Огненные шары – заклинание трудное и опасное, особенно для тех, у кого нет природной склонности к боевой магии. А это, насколько я понимаю, все присутствующие. Так что, прежде чем мы займемся магической самообороной, придется подтянуть вашу физическую форму. Итак, краткая программа наших первых занятий: бег с препятствиями, заниматься будем на полигоне, где тренируются боевые маги. Они там столько деревьев повыкорчевывали, в общем, будет что перепрыгивать, – он снова подмигнул, – не сомневайтесь. Что еще? Отжимания. Чтобы удержать огненный шар, необходимы сильные руки. Я думаю, для начала будет достаточно пятидесяти отжиманий. А потом уже начнем увеличивать количество.
Я оглядела притихшую аудиторию. Что-то наши девушки совсем скисли.
– Ну и другие упражнения: прыжки, сальто, отработка ударов. Для самообороны вещь очень нужная. Иногда вместо того, чтобы возиться с огненным шаром, быстрее и проще действовать кулаками.
Теперь в аудитории стояла гробовая тишина.
– Это, конечно, только для начала, – продолжал магистр Лэнсор. В его зеленых глазах вовсю веселились черти. – Потом перейдем к вещам посложнее.
Посложнее? Разве может быть что-то сложнее?!
– И главное: занятия будут начинаться в семь утра, лучшее время для физических упражнений. Размяться перед занятиями никому не повредит.
Он достал лист бумаги, уселся за стол и снова обратился к аудитории:
– Я готов записывать. Кто первый?
Ответом ему была тишина.
И тогда он обратился ко мне:
– Ну же, смелее! Леди Ксения, кажется?
Ох… Такого я точно не планировала.
Глава 5
Я? Почему я? Оставаться на месте было невозможно, слишком уж внимательно все на меня смотрели.
– Или вы передумали? – спросил преподаватель.
Передумала? Да я вообще не собиралась сюда идти, просто остановилась узнать, что происходит.
Я уже собиралась все это доступно и доходчиво объяснить, но вдруг сообразила, как эти объяснения будут звучать с точки зрения самого магистра Лэнсора. Решит, что я явилась вместе со всеми полюбоваться на красавчика, набиться ему в ученицы. А узнав, какого рода тренировки нам предстоят, испугалась.
– Что, не хотите? – с ехидцей спросил он.
И я разозлилась. Сам же буквально втолкнул меня в эту аудиторию, а теперь еще и привязался, прилип, как банный лист.
– Отчего же? Записывайте, – сказала я, глядя прямо в его наглые глаза. – Целителям очень нужна хорошая физическая форма. – И добавила: – Как выяснилось.
Взгляд я так и не отвела, а потому с удовлетворением отметила, как искорки веселья затухают в его глазах, сменяясь беспокойством.
Ага,