В спокойствии (покое) всегда присутствует функция равнодушия. Кто-то более умный решит за меня, как я должен жить, а смысл моей жизни сводится к спокойствию. Покой и счастье – одно и то же.
Мне сегодняшнему думается, что социал-дарвинизм в той или иной форме оказывается почти неминуемым результатом попыток научного – механического изучения феноменов души человека или его мозга или столь же механических – химических или психотехнологических попыток лечения или «оздоровления души».
Поэтому в своей практике не пользуюсь АТ в чистом виде, предпочитая подходы, близкие к медитации, – то есть имеющие духовный или эстетический смысл, таящийся в глубине переживания; смысл покоя и смысл здоровья.
Научный подход в психотерапии: проективный тест СцондиВ Европе Леопольд Сцонди запустил моду на проективные тесты, которые сегодня, так же как и в России, каждый проводит как хочет. А верифицируемость таких тестов практически равна нулю. Считаете ли вы, что аутентичный тест Сцонди в самом деле способен давать и давал хорошие результаты?
На мой взгляд, «Судьбоанализ» (Schicksalsanalyse) Леопольда Сцонди (Léopold Szondi – в русской транскрипции часто Шонди, Зонди или Сонди) предлагает единственную на сегодняшний день блестящую и интересную до умопомрачения математическую модель психического мира. Эта внутренне законченная система аналитической психологии, основанная на проективной тестовой методике, действительно позволяет математизировать психиатрию.
В 80-е годы я был очень увлечен «Анализом судьбы», провел множество тестовых исследований, и я считаю, что аутентичный тест Сцонди в самом деле способен давать хорошие результаты. (Все, конечно, зависит от того, какие результаты вы считаете «хорошими».) К сожалению, основные тексты Сцонди толком не переведены на русский язык, и психологи пользуются упрощенным до полного безобразия способом интерпретации теста, дающим неправильные результаты и не имеющим никакого отношения к авторской методике.
Проблема в том, что верифицировать тесты невозможно: их верификацией окажется другой тест (пусть даже и не проективный).
А каким образом верифицирован он? Какая может быть верификация, если мы о значении самого слова «личность» договориться никак не можем? В конечном итоге «верификацией» окажется совпадение результатов с условно выделенными другими специалистами общепризнанными (а значит, субъективными) свойствами или качествами личности.
Для меня важен тот факт, что Сцонди из этого последнего утверждения и исходил.
Он предположил, что общепринятые в психиатрии термины: эпилепсия, шизофрения (параноидность и кататония), истерия, гомосексуализм, садизм, депрессия, мания – описывают наследственные тенденции личности. Они отражают влечения личности, а судьба человека на каждом ее этапе определяется полифонией наследственных «векторов влечений».
Сцонди ввел понятие «семейного (наследственного) бессознательного», которое находится между «личным бессознательным» З. Фрейда и «коллективным бессознательным» К. Юнга.
Он считал, что родовое бессознательное, определяя выбор в каждой конкретной жизненной ситуации, влияет на то, что человек именует своей судьбой.
Влечения проявляют себя через симпатии и антипатии, с помощью которых человек делает выбор. Одним из самых важных и сложных объектов выбора является лицо (внешность) другого человека. Даже красивыми мы считаем лица совершенно разного типа.
Для теста Сцонди сделал выборку из огромного числа фотопортретов больных и преступников, с диагнозом которых были согласны не менее пяти психиатров различных школ и направлений.
Испытуемый раскладывает по принципу симпатии и антипатии «пасьянс» из лиц, демонстрируя тем самым свои бессознательные тенденции. На основе выбора составляется диаграмма, трансформирующая качественный выбор в количественные показатели. Дальше работает математика, позволяющая определять выбор профессии, болезни или супруга как выбор судьбы.
Поэтому тестирование по Сцонди – весьма сложный и ответственный процесс.
Для расчетов и выводов требуется не менее 8 (обычно 10) исследований.
Интервал между исследованиями должен составлять не менее 48 часов.
Тестирование можно проводить только амбулаторно (не в стационаре), человек должен жить своей реальной, каждодневной жизнью. Каждый сеанс тестирования – это сеанс семейного психоанализа. Он подразумевает разговор о портретах (ассоциациях и воспоминаниях, связанных с лицами), который вносится в отчет, дополняя количественные диаграммы.
Не нахожу в «Анализе судьбы» никаких логических противоречий. Более того, считал и считаю, что Сцонди разработал единственный в психологии и психиатрии XX века подход, который можно считать научным – безо всяких кавычек (все остальные претендующие на «научность» подходы описывают человека как животное, поведение которого определяют рефлексы, инстинкты или болезни).
В научной психологии Сцонди – единственный автор, оставляющий человеку право выбора (поэтому, видимо, о существовании «Судьбоанализа» вся остальная психологическая наука старается забыть). У Сцонди профессию, увлечение или партнера человек может выбрать вместо болезни или преступления.
Еще во время учебы в университете, увлекшись творчеством Достоевского, Сонди делает одно из первых своих открытий – Достоевский потому психологически тонко описывает поведение своих обычных героев – преступников и блаженных, что сам предрасположен к реализации глубоко скрытых в нем личностей убийцы и святого.
Л. Сонди предположил, что данная предрасположенность могла быть обусловлена наследственным генофондом. Много лет спустя эта гипотеза нашла подтверждение в теориях французского литературоведа А. Труайя, который в написанной им биографии Достоевского привел примеры из жизни предков писателя, среди которых действительно были и убийцы, и блаженные…
(Источник: С. Степанов «Леопольд Сонди (1893–1986)». Журнал «Школьный психолог», 2000 г., № 24.)
По Сцонди, Достоевский сделал свой выбор – он выбрал писательство вместо святости (юродства) или преступления.
Однако это никак не объясняет смысл произведений Достоевского.
Психологически тонко описывали поведение преступников и блаженных не только писатели, а среди писателей отнюдь не один Достоевский (можно вспомнить забытого Гаршина).
Сцонди описывает лишь причину выбора профессии, но никак не объясняет уникальный феномен Достоевского – смысл его произведений.
Наука не может на это претендовать. Сцонди занят наукой, поэтому отправляет за смыслом (семантикой) к понятию коллективного бессознательного К. Юнга.
Человек, которого анализирует наука (включая Сцонди), – это «человек обыкновенный»: плывущий по течению, живущий просто так и не занятый практиками поиска себя – поиском смысла собственной жизни. «Судьбоанализ» призван подсказать такому человеку, что в его жизненной ситуации возможен другой выбор, но это и так очевидно!
Если человек переживает кризис, то он должен сделать другой выбор, и задача терапевта подсказать ему возможности выбора.
Разница только в том, что Сцонди подсказывает варианты выбора научным, а не интуитивным способом. Но при этом все тестирование и расчеты оказываются лишь эффективным способом внушения пациенту, верящему в науку.
Ведь в реальной жизни вариантов выбора очень мало. В сущности, только два: «не получилось так – попробуй наоборот».
Я долго «болел» методиками Сцонди, и «болезнь» эта принесла мне много пользы, но однажды все-таки переболел.
Видимо, это произошло потому, что я в принципе потерял интерес к степени научности подхода к человеческой душе.
Через несколько лет тестирования пациентов я почувствовал, что все меньше и