– Тебе повезло. Я заместитель директора специнтерната, который готовит молодых людей для ряда элитных высших учебных заведений. Спортшкола тебе даст возможность поступать в обычные вузы или в институт физкультуры, а наш интернат – в элитные институты, о которых молодой человек может только мечтать, – сказал Маркарян и, улыбнувшись, добавил. – Ну что, по рукам?
Алексей почувствовал, что «Его Величество Случай» обрел личину доброго случая, но сказал с подкупающей простотой:
– А можно, я с папой посоветуюсь?
– Даже необходимо посоветоваться и с папой, и с мамой. Имей в виду, что я предлагаю тебе только обратиться в приемную комиссию нашего интерната, а там уж они будут решать, годишься ты для учебы или не очень. Вот тебе телефон приемной комиссии, позвони завтра или послезавтра, но не позже. Скажешь, что Маркарян тебе посоветовал к ним обратиться.
Интересно, что Георгий Ашотович формально был действительно заместитель директора специнтерната, в чем Алексей убедился позже, однако его роль в кадровых службах специальных ведомств была гораздо выше, о чем свидетельствовали события дальнейшей карьеры Алексея.
На протяжении многих лет, задумываясь над хитроумными задачками, которые жизнь подсовывала ему и его близким, Алексей изумлялся той роли, которая была отведена случайности в жизни людей и вообще в мироздании. Его занимал вопрос, что было бы, если… Что было бы, если бы он не встретил Маркаряна? Ведь их встреча не состоялась бы, если бы кто-то из них задержался или наоборот поторопился всего на одну-две секунды. А что было бы, Господи, если бы ту ржавую железку кто-нибудь убрал бы с тротуара во дворе? Как бы сложилась жизнь, если бы Алексей, преодолев неловкость, все же познакомился с той девушкой-продавцом? А как быть с огромным количеством случайных обстоятельств, которые не так уж явно, хотя кто это знает, повлияли на судьбу Алексея.
Много позже своих случайных встреч и событий в молодости будучи уже вполне сложившейся личностью Алексей встретил чрезвычайно интересных и глубоких людей, в спорах с которыми каждый раз возникало отрицание известного восклицания Альберта Эйнштейна «Бог не играет в кости!».
Разговор с родителями был не простым. После рассказа Алеши о своих неожиданных планах и, более того, действиях и отец, и мать были просто в шоке. Мама вообще считала, что Георгий Ашотович – либо аферист, либо маньяк. Отец был несколько обижен тем обстоятельством, что родной сын, доверительные отношения с которым он так бережно выстраивал, не счел нужным даже посоветоваться с папой.
– Так ты говоришь, Серега тебя надоумил пойти в спортшколу? Это его идея, что спорт лучше иностранного языка? – задавал вопросы Николай Львович.
– Слушай, пап, у меня с английским нет никаких проблем, базовый уровень, который дала наша спецуха с интенсивным английским, просто отличный. С этого уровня при необходимости я освою язык в совершенстве за какие-нибудь месяцы. А я хочу, как ты, стать офицером, а потом генералом или адмиралом. А для этого нужна хорошая физическая подготовка, – рассуждал вслух Алексей.
– Ну что ты несешь? Какая физическая подготовка? У меня, например, абсолютно обычная подготовка, даже ниже обычной. Я всю жизнь терпеть не мог спорт, однако это не помешало мне прослужить офицером почти сорок лет и дослужиться до адмирала. И этот Серегин бред подвигнул тебя не только на обдумывание каких-то планов втайне от родителей, но и на активные действия?!
– Кто этот Георгий Ашотович? С чего ты решил, что это порядочный человек? – включилась в персональное дело сына мама. – Судя по тому, что он заговаривает с незнакомыми юношами, это какой-то, мягко говоря, странный тип. Николай, ты можешь проверить, что это за интернат и что это за Маркарян в этом интернате?
– Сынуля, ты говоришь, он тебе дал какой-то телефон? Давай-ка я действительно проверю, что это за телефон, чтобы ты понял, что не все в жизни так просто, как тебе кажется.
– Да ради Бога, проверяй! Если бы ты с ним поговорил, то сразу же понял бы, что это нормальный хороший мужик, по-моему, даже очень хороший.
Николай Львович позвонил по номеру телефона, который дал Алеше Маркарян, представился, объяснил ситуацию. Он с удивлением услышал, что это действительно номер телефона приемной комиссии специнтерната, что Маркарян Георгий Ашотович действительно работает заместителем директора интерната и что, если Георгий Ашотович рекомендовал сыну Николая Львовича поступать в интернат, то в приемной комиссии готовы предоставить бланки приемных документов для заполнения и последующего рассмотрения.
Алексей был в восторге, глядя на растерянные лица родителей. Николай Львович сказал, что один телефонный звонок ничего не значит и что он должен навести справки в министерстве через знакомых кадровиков. Только после получения исчерпывающей информации об этом интернате он сможет дать или не дать свое отцовское благословение на этот серьезный шаг в жизни сына.
Старший брат Алеши Сергей отнесся к этой истории философски спокойно. Он заявил, что человеческий путь зависит от стольких случайностей, что вопрос поступления или непоступления Алеши в какой-то там интернат не сильно повлияет на будущую карьеру брата.
– Делай, брательник, то, что тебе нравится, то, к чему душа лежит, а результат зависит от многих факторов, но в первую голову от тебя самого, от твоих качеств. А их, этих качеств, у тебя хватает! – изрек брат.
Алексей резонно решил, что Сергею сейчас не до метаний младшего брата. Он только что окончил медицинский институт, женился, переехал в двухкомнатную квартиру, стал папой, и ему с высоты своего уже совершенно взрослого положения легко было рассуждать о планах брата-школьника.
Через несколько дней Николай Львович рассказал, что он узнал в министерстве. Интернат действительно существует, причем не просто интернат, а самый «крутой» интернат в стране, в котором готовят ребят для поступления в элитные высшие учебные заведения, связанные с военной дипломатией и разведкой.
– В общем, твоя, сынуля, в буквальном смысле слова случайная встреча может стать для тебя счастливой или не очень. В любом случае, если тебя возьмут в интернат, ты получишь очень хорошую подготовку практически в любой вуз или академию. Так что мое мнение – пробуй.
После поступления в специнтернат жизнь Алексея кардинально