Дежурный боец должен был ночью патрулировать стоянку, а один из слуг, в число которых пока включили и исцелённого браконьера, подкладывать в жаровни, установленные в шатрах, угли.
Дубок чувствовал себя на седьмом небе от счастья, с радостью демонстрировал свои пальцы и вызывался дежурить на всю ночь. Его энтузиазм Вика похвалила, но не поддержала.
Десятник егерей Оникар и бывший браконьер были людьми местными и опытными, поэтому ночлег организовали достаточно комфортный.
Вика, войдя в шатёр, почувствовала под ногами не только войлочное покрытие, но и лапник, который её люди собирали, пока она беседовала с магистрами.
В шатре было на удивление достаточно тепло от жаровен, а спальные места оборудованы из набитых шерстью подстилок.
Разумеется, раздеваться до нижнего белья она не стала, но ботфорты сняла и улеглась между Эрной и Юнтой, накрывшись вместо припасённого шерстяного одеяла подаренной медвежей шкурой.
Перед тем, как отправиться спать, попаданка вместе с подругой одарили всех своих спутников, включая и слуг, толиками целительской магии, что было воспринято с благодарностью.
По идее, Вика могла вообще не спать, но решила дать сознанию отдохнуть и погрузилась в сон.
Ей хватило пяти гонгов, чтобы полностью выспаться. Скажи ей кто-нибудь в прошлой жизни, что такое возможно, она бы не поверила.
- Иди, отдохни ещё немного, — предложила она Барку, выбираясь из шатра, — Я всё равно уже не усну. Подежурю вместо тебя. Пару гонгов у тебя ещё есть.
Наёмник упрямиться не стал и быстро скрылся в мужском шатре.
- Госпожа, я вёл себя дерзко и глупо, — воспользовавшись тем, что они остались вдвоём, Дубок решил наконец-то высказать свою благодарность и встал на колено рядом с сидящей у костра на бревне Викой, — Наверное, те, кто говорят, что нет никакого Единого, правы. Ты ведь одна из Семи?
Вика хмыкнула и посмотрела на браконьера. Нет, этот чудак, кажется, не использовал образное сравнение, а, судя по фанатичному взгляду, реально считал её кем-то из мифических семи божественных сущностей.
- Дубок, не сходи с ума, — попросила она, — Я просто сильная, очень сильная магиня. То, что ты не слышал о подобных случаях исцеления, вовсе не означает, что это невозможно. Понимаешь? Есть многое на свете, друг Дубок, что не доступно нашим мудрецам. Так что, отслужишь мне в этом походе проводником и будем считать, что мы в расчёте.
Браконьера её слова не убедили, он преклонил и второе колено.
- Я никогда не буду считать себя перед тобой в оплаченном долгу, — он всё пытался заглянуть ей в глаза, но не мог — Вика вяло ворошила веткой угли и смотрела на язычки пламени, — Если есть такое, что я могу…
- Котёнка.
-Э-э… что? — растерялся, сбитый с пафоса Дубок.
- Ты глухой? Котёнка, говорю, мне найди. Пушистого. Можно кошечку. Киску — будет даже лучше.
Получение конкретной задачи подействовало на браконьера отрезвляюще.
- Госпожа…
- Вика, зови меня Вика.
- Вика, но их нет.
- Да ты гонишь, Дубок, — возмутилась попаданка, также в пол-голоса, как они и вели разговор, — Как это нет, когда все говорят, что есть?
Браконьер истово, словно на исповеди, ударил себя кулаком в грудь.
- Врут, госпожа… Вика, как есть врут. Поверь опытному леснику. Только через восемь или девять недель появятся!
Попаданка чуть не постучала себя по лбу. Ведь и в самом деле здешние кошачьи в дикой природе имеют свои периоды размножения.
Получается, что она сейчас вела себя, как та самодурка-принцесска из сказки "Двенадцать месяцев", требовавшая подснежников в декабре.
- Всё, Дубок. Я поняла. Выполнение задачи откладывается. Зато появляется новая, но не для тебя, а для всех нас — кому-то не спится, как и мне. Встали с утра пораньше. И, чую, не с добрыми намерениями идут к Фридландскому тракту.
Вика посмотрела на насторожившегося браконьера и улыбнулась.
- Как думаешь, — спросила она, — Что для наших без пяти минут героев лучше — поспать подольше или идти в бой сытыми? Дубок, я серьёзно, без шуток спрашиваю. Ты бы что выбрал?
Тот размышлял не долго.
- Я бы лучше пожрал.
- Не пожрал, а поел, — поправила его Вика, — Научись выражаться прилично. В моей команде право говорить грубости, глупости, пошлости и непонятные слова и выражения имею только я. Уяснил? Тогда пошли поднимать личный состав.
Попаданка поднялась с бревна и отправилась к шатру, на котором вчера угольком ради шутки нарисовала букву Ж, в пику букве М, которую она же намалевала там, где ночевали мужчины.
Сильный пол на то и сильный, что быстро среагировал на громкий голос Дубка, объявившего побудку.
Даже ботан Флемм, и тот, хоть и показался из шатра последним, но одевался на ходу. Под каблуками сапог раздавался треск замёрзшей пожухлой травы.
Снега этой ночью не выпало, но температура упала ниже ноля, и изо ртов людей шёл пар.
Вика, откинув полу женского шатра с иронией наблюдала на царившей в нём суматохой.
Только Миока и Барка — что естественно — быстро вскочили, натянули сапоги и, схватив свои меховые куртки, оказались рядом с Викой. Уважаемая магистр магии и обе рабыни — Юнта и Зура — бестолково суетились, мешая друг другу собраться.
Ну, на последних попаданке было начихать, а вот боевой подготовкой своей подруги, она наметила заняться, как только представится такая возможность.
- Что случилось?
Вопрос Флемма читался во всех одиннадцати парах устремлённых на Вику глаз.
- С запада приближается группа людей — двадцать три человека, из которых двое слабенькие маги, — не стала никого интриговать и томить Вика, понимая, что раскрывается сейчас как магиня перед всеми своими людьми и десятником Оникаром, — Идут по нашей тропе в восьми-девяти лигах отсюда. Сильно не торопятся, так что почти два гонга у нас есть. Предлагаю организовать завтрак. Как на это смотришь, уважаемая? — спросила она растрёпанную со сна Эрну.
- Что? Ах, да. Конечно.
Единственным человеком, удивившимся магическим способностям Вики, оказался Оникар. Остальные, как теперь точно уяснила Вика, давно уже её раскусили. Ну, не хочет начальница раскрываться, что она магиня — её дело. Мало ли, у кого какие тараканы в голове бегают? Главное, что с ней надёжно, как за каменной стеной.
Именно так Вика поняла их реакцию на её слова.
Глава 5
По словам Дубка, если дальше пойти строго на север, выше в горы, то леса уступят место скалам и кустарникам. Но сейчас вокруг росли красивые деревья, до боли похожие на земные сосны и пихты, а иногда встречались и местные кедры.
Примерно так, по рассказам Игоря, ездившего с друзьями на сплав по Катуни, Вика раньше представляла себе горы и леса Алтая.
- Зура, мужчины