И на самом деле, я не знаю, справлюсь ли я с этим. Надолго ли меня хватит? Личико Леи всплывает перед моими глазами каждый день. Ребёнок не был виноват ни в чём.
Негромкий, но четкий стук в дверь, заставил меня поднять голову. Арес стоял в проеме темных дверей, мрачно вглядываясь в моё лицо. Я молчала, скрестив руки на груди.
— Ужин готов. — Пробормотал он угрюмо себе под нос.
— Я не голодна. — Все что ответила я, хватая с тумбочки свой телефон и поворачиваясь на другую сторону кровати. Арес всё еще смотрел на меня, я чувствовала его взгляд. Я вздохнула, он не уйдет. — Я, правда, не голодна. Я очень устала и хочу спать. — Добавила я, уперто глядя ему в глаза. Он прищурился, его скулы заиграли, но всё же он ушел.
Как только он закрыл за собой дверь, я разблокировала телефон. Первая волна новостей утихла, но всё же остались журналисты, которые до сих пор капаются в грязном белье моей семьи. «Веронника Старк погубила свою семью» Гласила первая строка статьи. Я зарычала, и бросила телефон в стену. Пятый за две недели. Я обещала сама себе, что перестану читать эти статьи, но руки сами тянуться. Как будто я надеюсь на то, что это всё было злой шуткой. И вскоре в новостях появиться опровержение о том, что мои родственники на самом деле живы.
Уголовное дело закрыто. Виновные погибли. Мои слова на похоронах, были расценены как дача показаний.
Закрыв глаза, я попыталась уснуть. И на какой-то момент я даже погрузилась в сон. Но громкий шум, исходящий из кухни заставил меня подорваться с постели в холодном поту. Я огляделась по сторонам, лишь маленькие электронные часы, стоящие на прикроватной тумбочке освещали комнату. Два часа ночи. В коротких шортах и задравшейся футболке я вышла в коридор. Приглушенный свет, исходящий из двери кухни ударил мне в глаза. Как только я отрыла дверь, на меня повалил клубок табачного дыма. Вся кухня находилась в тумане. Арес и Мирка сидели за черным стеклянным столом, между ними стояла литровая бутылка виски, а на полу виднелись осколки разбитого стакана (источник шума). Они замерли, глядя в мою сторону. Не проронив ни единого слова, я прошла через кухню и распахнула окно, впуская свежий воздух. Они странно переглянулись. Так же молча, я вернулась в кровать.
* * *
Наутро, после того как я приняла душ, то вошла в кухню чтобы приготовить себе кофе. Кромешный срач окружал меня: две бутылки виски лежали на столе, пепел разлетевшийся по всей кухне из-за ветра, исходившего из открытого окна, осколки стакана так и лежали на полу. Пока закипал чайник, я начала убирать то, что оставили за собой эти придурки. Когда я уже почти закончила, и засвистел чайник, то нечаянно наступила на осколок стекла. Тихий писк сорвался с моих губ, его было не отличить от свиста чайника. Допрыгав на одной ноге до стула, я забросила пятку на колено, и достала приличный осколок стекла размером с монету. Кровь капала на черную плитку, а я смотрела, как струйка крови медленно стекает с моей ноги. Я почувствовала что-то странное, как будто первый глоток воздуха после проведения большого количества времени в затхлом помещении. Я сжала осколок в ладони, но не ранила себя.
— Ты что не слышишь чай…ник? — С запинкой послышался раздраженный голос Ареса. Он посмотрел на мою ногу, с которой капала кровь, перевел свой взгляд на моё лицо, а следом осмотрел теперь уже чистую кухню. — Кажется, мы забыли вчера прибраться. — Почесав затылок, пробормотал Арес. Он еще раз бросил взгляд на мою ногу. — Прости за это. Я принесу аптечку. — С этими словами он отправился в ванную.
Когда он вернулся, то присел на колено, но я забрала перекись и пластырь, безмолвно сообщая, что справлю сама. Арес не спорил, просто кивнул и встал. Мирка по-дружески толкнул его в плечо, и завязалась мальчишеская драка со смехом и забавой.
Это бесило меня еще больше. Именно это поведение Ареса. Как будто смерть его семьи его совершенно не волновала. Он так же смеялся, улыбался, даже сейчас он вел себя, как ни в чем не бывало. Это делает его еще бессердечнее, чем я предполагала с самого начала. Разобравшись с ногой, пришло время отправляться в тюрьму.
Дорога оказалась такой же молчаливой, как и всегда.
ГЛАВА 3
Прошла неделя…
Неделя — и никакого результата. Стикс говорит, что старается, как может. Но Алекс уперто отказывается обсуждать свою работу.
Общий сеанс подходил к концу. Я попросила Стикса задержаться. В последний раз мы говорили три дня назад, на личном сеансе и решили не рисковать, приглашая Стикса к нам каждый день. Он казался измученным, но все же улыбался.
— Есть новости? — Сразу же раздался голос Ареса, сидящего на диване. Стикс покачал головой.
— Я знаю, как звали его собаку, сколько телок он трахнул, но он по-прежнему молчит о том, что касается его работы. — Ответил измученно Стикс. Арес фыркнул, и сразу же вышел с недовольным лицом.
Как только мы остались одни, я обошла стол и устроилась в объятьях Стикса. Он был моим болеутоляющим, моим антидепрессантом. Он, посмеиваясь, поглаживал меня ладонью по спине.
— Ты как? — Пробормотал он мне в ухо. Я крепко зажмурилась. Мне хотелось излить все, что я чувствую Стиксу, но понимаю что ему самому сейчас нелегко.
— Нормально, если так можно сказать в ходе последних событий. — Пробормотала я, отстраняясь.
Я достала телефон, и передала Стиксу. Он сразу начал набирать номер. Я вернулась в своё кресло.
— Привет мам. — Произнес с улыбкой он. Это заставило улыбнуться и меня, стало тепло на душе. — Да, я все ещё в командировке. Вы получили деньги, которые я прислал? — Глаза Стикса блестели от тоски.
Стикс решил, что ему не следует оставаться с семьей. Неизвестно кому еще из окружения Ареса может грозить опасность.
— Как она? — Спросил он. И я поняла, что речь о его больной сестре. Он нахмурился и нервно сглотнул. — Отвезите её к врачу, я вышлю еще денег, если понадобиться. — Его голос задрожал.
После недолгого разговора, он повесил трубку.
— Ты в порядке? — Искренне забеспокоилась я. Стикс зажмурился.
— Малышке хуже с каждым днём. — Он посмотрел мне прямо в глаза, своими зелеными глазищами. — Но она сильная, она справиться. — Стикс мягко и мечтательно улыбнулся, я повторила его улыбку.
— Конечно, с таким то братом.
Мне пришлось