– Николай Сергеевич! – Родин повернулся к Хилькевичу. – Задержите этого гражданина! – он ткнул в меня пальцем.
– Нет оснований, – пожал тот плечами. – Михаил Иванович прав: нам не нужен бунт в Минске.
– Он угрожал расправой сотруднику КГБ!
– Перед этим вы угрожали его семье. Недостойное поведение для офицера. Я отражу это в рапорте председателю комитета.
Ай да, Николай Сергеевич! Молодца. Я-то думал: будет лишь поддакивать.
– Спелись! – Родин встал. – Ничего, управу найдем. Не один вы умеете писать рапорты.
Он быстрым шагом вышел из кабинета. Перед дверью, правда, запнулся и захромал на левую ногу. Что-то прошипел под нос и скрылся. Давай, двигай, пока ходишь. Скоро на вторую захромаешь. Ты ведь куришь, подполковник? Это плохо отражается на сосудах ног. Артериосклероз, синдром перемежающейся хромоты. В дальнейшем – некроз тканей с последующим их гниением. А не надо было угрожать! За свою семью я любого порву.
– Сволочь!
Хилькевич перебрался за стол, открыл ящик и извлек из него пачку «Родопи». Стал искать в ней сигарету. Пальцы его подрагивали.
– Угощайтесь! – я протянул ему пачку «Мальборо» с уже выбитой из нее сигаретой.
Он ухватил ее за фильтр и сунул в рот. Я щелкнул зажигалкой. Он затянулся и выдохнул дым.
– Точно напишет, – сказал со вздохом. – У него папаша один из руководителей ПГУ[3]. Сволочь редкостная. И сынок такой же.
Эк, как его торкнуло! Откровенничать стал, служебные тайны разглашает.
– Выпрут меня со службы, – заключил Сергеевич и снова затянулся.
– Пенсию выслужили? – поинтересовался я.
– Не полную, – он вздохнул. – Для нее три года не хватает.
– Ну, и плюньте! – посоветовал я. – Увольняйтесь и идите работать ко мне.
– К вам? – изумился он. – Кем?
– Начальником службы безопасности. Очень нужная работа. Этот вот наезд, – я указал на дверь. – Только первая ласточка. Скоро криминал подтянется. Желающие запрячь целителя найдутся. Слишком лакомый кусок. Потому и нужен человек, вроде вас: информированный, со связями, знающий, что делать в сложной ситуации.
– Неожиданно. Не знаю, что ответить, – он развел руками.
– Пять тысяч рублей. В месяц.
– Сколько?! – вытаращился он. – Да у нас председатель комитета в разы меньше получает.
– Председатель не нужен, а вот вас зову. Подумайте, посоветуйтесь с супругой, – я встал и протянул ему разовый пропуск. – Отметьте, пожалуйста. Задержался я у вас, мне еще за женой ехать…
Глава 2
Николай Сергеевич позвонил назавтра.
– Я обдумал ваше предложение, Михаил Иванович, – сообщил. – Прежде, чем ответить окончательно, хотел бы посмотреть на вашу работу. Наслышан много, а воочию не наблюдал.
Разумно.
– Приезжайте завтра в областную детскую клинику на Петруся Бровки, – предложил я. – Там и увидите.
Ровно в девять Хилькевич встретил меня у калитки. Я отвел его в ординаторскую, помог облачиться в белый халат и повел по палатам. В этот раз тяжелых пациентов не было – исцелил вчера, потому работалось легко. Раздача сладостей, короткая беседа с детками – и дальше. Я запускал перерождение больных клеток в здоровые, убеждался, что процесс пошел, и отправлялся к другим. Так и прошли все палаты с пациентами.
– А когда будете исцелять? – спросил Хилькевич по завершению обхода.
– Так все уже, – улыбнулся я. – Через три-четыре дня деток выпишут.
– Что вот так просто? – изумился он. – Посетили, угостили конфетками, и они поправились?
– Не совсем так. Я воздействовал на них дистанционно. Появились у меня такие способности. Сомневаетесь – побеседуйте с заведующей отделением.
Я отвел его к Татьяне Павловне, попросив рассказать гостю, как работаем. Ее это удивило, но Хилькевич предъявил удостоверение, и заведующая смирилась. Сам же я отправился в ординаторскую, где сел пить чай. Хилькевич появился в ней спустя полчаса. Выглядел он пришибленно. Плюхнувшись на стул, уставился на меня.
– Угощайтесь! – я придвинул ему чайник и тарелку с бутербродами.
– Потом! – отмахнулся он. – Михаил Иванович, в это невозможно поверить. Но Татьяна Павловна показала мне медицинские карточки детей, ознакомила со статистикой. Расскажи кто другой, я сказал бы: невероятно! Только факты – вещь упрямая. Это потрясающе! Грандиозно!
Эк, как его пробило.
– Выпейте чайку, Николай Сергеевич! – предложил я. – Очень вкусный.
– Да, да, конечно! – кивнул он и налил себе в чашку кирпично-красной жидкости. Отхлебнул и отставил в сторону.
– Вы сломали мой взгляд на жизнь, Михаил Иванович, – сказал со вздохом. – До сих пор был уверен, что занимаюсь важным и полезным делом. Без трех лет четверть века в КГБ, до полковника дослужился. Удостоен государственных наград. Только все, что делал прежде, не идет в сравнение с вашими заслугами. Даже вот настолько! – он показал ноготь мизинца.
– Успокойтесь, Николай Сергеевич! – поспешил я. – Нечего себя казнить. Мне Господь дал дар, вам его не досталось. Почему так вышло, неизвестно. Потому не стоит убиваться. Лучше присоединяйтесь. Вы согласны поработать вместе?
– Нужно быть дураком, чтобы отказаться, – кивнул он.
– Замечательно, – сказал я. – Только небольшое уточнение. Вы работаете на меня и никого более, включая ваше ведомство. Попытаетесь двурушничать – обижусь.
– Как на Родина? – сощурился он.
– А что с ним? – прикинулся я шлангом.
– По приезду в Москву госпитализирован. Ноги отказали.
– Вы откуда знаете?
– У меня есть знакомые в Москве.
Нет, не зря пригласил…
– Курит слишком много, – пожал я плечами. – Сами видели.
– В кабинет ко мне зашел нормально, – не отстал Хилькевич. – А вот выходил, прихрамывая. Перед этим угрожал вашей семье. Вы же можете воздействовать на людей дистанционно, сами говорили.
Он уставился на меня. Вот дотошный!
– Николай Сергеевич! – поднял я руки. – Не начинайте. Я занимаюсь исцелением, а не порчей. Что до Родина, то не жалко. Так ему и надо.
– Соглашусь, – кивнул он. – Только подозрительно.
– Слыхали анекдот про уклончивый ответ?
– Нет, – заинтересовался он.
– Замполит полка поручает молодому лейтенанту провести политинформацию в роте. По завершению ее интересуется, как прошла. «Все нормально!» – докладывает лейтенант. «Политически незрелые вопросы задавали?» – спрашивает замполит. «Был один». «Какой?» «Почему на пути от социализма к коммунизму людям жрать нечего?» «Как среагировали?» «Дал уклончивый ответ». «Какой?» «Пошел на х*й!»
Он захохотал.
– У меня к вам просьба, Николай Сергеевич. Не задавайте ненужных вопросов, и вы не услышите уклончивых ответов.
– Договорились, – сказал он и протянул мне руку. Я ее пожал. – Думаю, сработаемся. Но прошу учесть: одномоментно из моей конторы не уволиться. Придется подождать.
– Не критично, – согласился я. – Но вы приняты. Желаете получить аванс?
– Не помешал бы, – кивнул он.
Правильный ответ. Если бы начал мямлить, что не ради денег, я б засомневался.
– Получите у бухгалтера. А пока займитесь структурой службы безопасности. Определите направления работы, составьте штатное расписание, смету, подберите специалистов. Зарплаты им установите, отталкиваясь от своей. Прикиньте размер сумм на оперативные расходы. Распоряжаться ими будете лично, но за результат спрошу.
– Гм! – он удивленно посмотрел на меня. – У вас какое воинское звание, Михаил Иванович?
– Старший лейтенант запаса. Командир взвода связи.
– А задание выдаете, как генерал. У меня впечатление, что беседую с коллегой.
Я улыбнулся. То ли еще будет! Если кто-то полагал, что за пять тысяч рублей в месяц будет околачивать груши, то серьезно ошибся. Спрошу за каждую копейку. Через год-два