8 страница из 19
Тема
по-прежнему холодное?

— Не рано для пива? — он посмотрел на меня с подозрением. — Мама разрешает пить в такое время?

— Только молоко, но у тебя его нет. Так что налей пинту «Чаррингтона», мама все равно не видит.

— Если она дала тебе пять пенсов на завтрак. — Джимми достал из-под стойки кружку и принялся накачивать в нее эль.

— Видел? — я выудил из кармана шиллинг и хлопнул им о стойку. — Надеюсь, что в этой дыре наберется сдача.

— Целый шиллинг, с ума сойти, — Джимми вздохнул. — Детям стали давать слишком много карманных денег, поэтому вместо леденцов на палочках они покупают пиво и шлюх. Держи, — он поставил налитую до краев кружку передо мной. — Босс с кем-то занят, сказал, чтобы позвать его, как приедет кто-то еще, кто его спросит. — Он высыпал на стойку несколько монеток сдачи.

— Подождем.

Я взял с полки газету и вместе с пивом пересел за столик.

Первым делом нашел нашу рекламу. Вроде бы хорошо разместили, в глаза бросается. Так, криминальная хроника. Ограбление дорогого ювелирного в аптауне. Грабители зашли под видом покупателей, наставили оружие на хозяина и продавца, взяли украшений на три с половиной тысячи фунтов. Скрылись на сером седане неустановленной марки.

Убийство на почве конкуренции. Садовник убил другого садовника ударом лопаты по голове из-за спора о территории. Арестован в тот же день, ему назначен залог в две тысячи фунтов, который пока не внесен.

Последствия тайфуна в Гон-Конге, количество жертв оценивается в одиннадцать тысяч. Ничего себе. Си-Би-Эс объявило, что организовывает концерт оркестра Лос-Анджелесской филармонии в память Гершвина и будет транслировать его в эфире. Ожидается много знаменитых музыкантов. Несколько стран собирают конференцию из-за атак неизвестных подводных лодок у испанского побережья, причем подозрение падает на Италию, которая все отрицает. Франкисты захватили город Йанес, республиканцы отступают. Коммунистическая Восьмая армия Китая неожиданно выиграла крупный бой у японцев возле города Пи Ксин Хуан. Действительно неожиданно. А вот битва за Шанхай продолжается, и там японцы выигрывают.

Ага, вот это уже нам интересно: компания «Де Бирс» извещает, что аукционы будут продолжаться, набор лотов у них уже подготовлен, но дата нового аукциона будет назначена в ноябре. Вот интересно, куда все же ушли те камни? Они ведь так и не всплыли. И мне с моим камнем, тем, что я снял с Шиллера, или Шаплена, как хочешь, так и называй этого злодея, надо разобраться. А вот как разобраться? Пока придумать не получается. Хочется сделать все скрытно и так, чтобы ни у кого никаких вопросов не возникло. Или просто его продать? Сколько он может стоить? Ведь не меньше пятнадцати тысяч фунтов, однозначно, в нем больше трех карат и он легко примет в себя Силу. Но если его перегранить и зарядить на себя, «на удачу», например, то можно заработать еще больше, как мне кажется. Думать надо, думать.

Лорд Бриггс, вице-губернатор Зоны Большого Каира, выступая перед газетчиками, сообщил, что железная дорога Каир-Александрия будет открыта первого октября. И да, британская власть открывает аукцион лицензий для казино в Александрии. Будет разыграно шесть лицензий. Хм… все же они это сделали, хотя споров в верхах было много. Теперь Александрия как курорт точно станет знаменитой.

Совет американского сектора выиграл суд о праве самостоятельно определяться с архитектурным обликом своего сектора, так что скоро начнут строить небоскребы.

Прямо перед входом в бар остановился длинный светло-серый «линкольн» с шофером за рулем, из задней двери которого самостоятельно выбрался Сол. Оглядевшись чуть неуверенно, он все же направился в бар.

— Это он, — сказал я Джимми.

Тот сразу сунул руку под стойку, к замаскированному звонку. Сингер услышит и выглянет сквозь одностороннее зеркало за спиной у бармена. Я же поднялся навстречу агенту.

— Сол, — протянул я руку.

— Рад видеть, дружище, — тот еще и по плечу меня похлопал. — Как дела? Как Сюзет после первого вечера?

— Она счастлива.

— Рад за нас с ней обоих, — Сол ухмыльнулся. — Пусть начинает блистать, а дальше старина Сол перепишет ее контракты так, что все останутся счастливы.

Дверь в дальнем конце бара открылась, и в помещение вошел Сингер.

— Заходите ко мне, — пригласил он.

Кабинет Сингера в задней части магазина был самым настоящим хранилищем древностей, настоящих и поддельных. За огромным столом с ножками в форме египетских колонн возвышалось не менее огромное кресло зеленой кожи, но сейчас Сингер провел нас к диванам, буквой «Г» выстроившихся возле низкого и длинного кофейного столика.

— Что могу предложить, джентльмены? — спросил он, входя в роль гостеприимного хозяина. — Скотч, бренди, бурбон?

— Немножко бренди, — сразу ответил Сол.

— Ничего, — отказался я от алкоголя.

Сингер поставил на стол широкий бокал, в который плеснул бренди, а потом налил себе в низкий стакан немного бурбона.

— Давай к делу, Сол, — сказал он, усевшись на диван и закинув ногу на ногу, открыв высокий пестрый носок. — Насколько ты вообще уверен, что этот Монро торгует дерьмом?

— Я уверен, хоть доказать и не могу, — ответил агент сразу. — Я выяснял. Покупатели его прикрывают, но я знаю много людей, слухи все же расходятся.

— Как он продает?

— Точно не знаю. Но зато точно знаю кому.

— Имеешь в виду, что мы сами можем… хм… уточнить? — Сингер чуть вскинул брови.

— Именно это я в виду и имею. Уточнить и удалить Монро с картины. Лучше навсегда, но и большой срок в тюрьме меня тоже удовлетворит. Этот парень как зараза, инфекция.

— Что думаешь? — Сингер повернулся ко мне.

— Надо сделать, — я пожал плечами.

— Как сделать?

— Есть пара идей. В финале его должны хлопнуть копперы. С кучей дерьма на руках.

— Нужна куча дерьма, — напомнил он.

— Я знаю, где взять.

— И не засветиться? — уточнил Сингер.

— И не засветиться, — кивнул я.

— Сколько это будет стоить?

— Оптовая цена, насколько я помню, порядка двенадцати шиллингов за грамм, если брать не меньше килограмма.

— Проклятье, я никогда не смогу считать в этих чертовых шиллингах, — вздохнул Сол. — Я научился килограммам и метрам, но от чертовых денег лайми[3] у меня ум за разум заходит. Сколько будет стоить килограмм?

— Шестьсот фунтов. Или три тысячи баков.

Сол вздохнул.

— Немало. А если купить фунт, скажем?

— Цена задерется. Получится, если в долларах… — я посчитал в уме, основываясь на том, что слышал в последний раз примерно пару лет назад, — где-то пятнадцать шиллингов, а полкило… триста семьдесят пять фунтов. Но продажа и хранение героина в особо крупных размерах начинается с килограмма. Тогда его запрут по-настоящему надолго, меньше десяти лет он не получит, а может схватить до двадцати.

— Черт с ним, не жалко, я дам шесть сотен чертовых фунтов, — махнул он рукой. — Во сколько обойдется сама

Добавить цитату