Он вовсе не хотел напиваться… и пил все меньше, не допивал, пропускал тосты и, вообще, не очень-то и захмелел – конечно, с точки зрения гусара. Голова-то кружилась, а из души рвались наружу стихи:
Жизнь летит: не осрамися,Не проспи ее полет.Пей, люби да веселися! —Вот мой дружеский совет. * * *– Э-эй, Денис! Ты в порядке?
Дэн распахнул глаза, с удивлением оглядывая полутемную комнату и круглый, с горящими свечами, стол… Господи Иисусе! Кто все эти люди, черт побери? Гусары где? Бурцов?
– Дэ-эн!
– Надо к шинкарю послать, за водкой. Я знаю в Звенигородке один знатный шинок. Слугу моего, Андрюшку, и пошлем…
– К кому послать? – Сидящие за столом удивленно переглянулись.
– Какого Андрюшку? – Ольга округлила глаза и вдруг покладисто покивала. – А, Денисик, понятно. Ты водки хочешь? В холодильнике есть, папина. Принести?
– Водки? – похлопав ресницами, Дэн, наконец, окончательно пришел в себя.
Глянул на всех… и улыбнулся:
– Ох, ребята! Что я вас сейчас расскажу! Не поверите.
– Почему ж не поверим? – ободряюще кивнула Леночка. Синие больше глазищи ее прямо горели от любопытства. – Ты, Дэн, рассказывай. А Оля пока водку принесет.
– Не-не-не, – запротестовала хозяйка салона. – Пока не принесу, Денис, молчи! Я сыр… Сыр вот только порежу… и огурец.
– Интересно, кто ей сказал, что я хочу водки, – покачал головою Денис.
– Так ты ж и просил! Только что! – хором подтвердили все.
– Я просил?
– Ты!
– Тогда выпьем… Или мы не гусары, а?
Следующий сеанс договорились провести через неделю – приезжали Ольгины родители, так что негде было. Ровно через неделю же, справив свои дела, предки «медиума» возвращались на дачу, и «спиритический салон» открывался вновь.
Денис едва дождался конца этой столь долго тянувшейся недели! Ему так хотелось поскорее увидеть Леночку, услышать ее голос, подержать за руку… утонуть в синих глазах! В конце каждого дня юноша мечтал, лежа на диване и устремив глаза в потолок. Кто знает, может, у них – у него и Лены – еще все и сладится, не зря ведь девушка так интересовалась им, расспрашивала. А как она слушала! Каким неподдельным восторгом горели ее глаза! Нет, определенно, что-то такое завязывалось в ее сердце… ну, так же не может быть, чтобы вообще ничего.
Лежал Дэн. Смотрел в потолок. Мечтал. Надеялся.
И вот, наконец, неделя прошла…
Он летел на сеанс, как на крыльях. Загодя сговорился с Ольгой, созвонился… Вот и знакомый подъезд, лавочка… Что-то Леночки нигде не видать. А уж пора бы – время. Запаздывает что-то томная синеглазая красотка, запаздывает… Ну, мало ли у красивой девушки дел?
– Кого ждем? – окликнул, подойдя, Юрик. – Ленку? Так она, может, там уже.
И впрямь! Может, и там. Как же он не подумал? Сидит тут, глаза мозолит…
Лифт. Пятый этаж. Звонок в дверь…
– Иду, иду уже. Заходите.
– А что… Лены нет еще?
– Опаздывает подруженька. Без нее начнем, ага. Кстати, от родителей коньяка полбутылки осталось. Это тебе вместо водки, Денис!
– Далась вам эта водка… Ну… дай-ка, свечки зажгу…
Снова знакомая полутьма и горящие свечи. И таинственный голос медиума, и…
– На этот раз Николая Второго вызывать будем, – тихо промолвила Ольга. – Спросим, как там у него с Матильдой. Я фильм недавно смотрела – угар!
– Николая так Николая, – Денис покладисто покивал. – А Лена…
В этот момент затрезвонил какой-то модной песнею мобильник. Видать, Ольга забыла выключить – тот еще медиум, ага.
– Да, але-е… Ой, привет, привет… Ты чего опаздываешь? А, вон оно что… Ну, удачи! Как говорят французы – бон вояж. Смотрите там, не особо-то балуйте!
– Ленка, – выключив смартфон, пояснила «хозяйка салона». – В Испанию с женихом уехала. Вот так вот, скоропостижно. В Калелью, это где Барселона.
– С кем уехала? – Дэн не поверил своим ушам.
– Так я ж и говорю – с женихом, – деловито расставляя стулья, пояснила Оля. – Есть так у нее какой-то. Серьезный до ужаса! Старше ее раза в два, но богаты-ый! Топ-менеджер, ага. Вот ведь повезло Ленке! С таким-то мужем можно и не учиться, и вообще…
Ольга еще что-то говорила, Денис не слушал. В голове его возник полный сумбур, а в сердце… о сердце лучше и не рассказывать! Еще бы… Все наивные мечты его вдруг разлетелись в прах одним махом. Просто вдребезги. Наверное, оттого и разлетелись, что были такими наивными, прямо по-детски. Леночка ведь, надо отдать ей должное, никакого повода не давала. Это он, Дэн, что-то такое себе нафантазировал… Спрашивается – зачем? А затем, что больно уж понравилась Денису эта утонченно-томная девушка, так понравилась, что…
Ну, и нечего было! Так сказать – на чужой каравай рот не разевай. Так он, Дэн, и не разевал особо-то… разве что – только в мечтах. Как-то раз представил даже, будто Леночка пришла к нему в гости. А у Дениса как раз было жарко натоплено, и гостья быстро скинула с себя свитерок, осталась в одном лишь изысканном кружевном белье… ну, и в рваных джинсиках, которые…
– Э-эй! Ты там заснул, что ли? Может, водки налить?
– А давай, – неожиданно согласился юноша. – Водки так водки. Юрик – составишь компанию?
– Запросто. Оль, ты с нами?
– Да вы что, сдурели – водки? – отмахнулась хозяйка. – Я – вино. Но только после сеанса… Вам, так и быть, налью. Пейте. Только быстро, ага?
Дэну было все равно. После такого вот… нет, не предательства – что же, Леночка его предала, что ли? Подумаешь, замуж выходит. Все правильно, почему бы и нет. Только от чего ж тогда так тошно на душе?
– Ну, давайте уже начнем, – опрокинув стопку, Давыдов махнул рукою.
Ольга вальяжно кивнула, уселась поудобнее, велев всем взяться за руки и закрыть глаза…
– Дух Дениса Давыдова, гусара и поэта, явись!
* * *– А давайте поедем к женщинам! – поворочавшись, предложил Бурцов. – А то тут тюфяк какой-то… точно! Не соломой набит, а старым сеном.
Денис протянул руку, помял матрас товарища и хмыкнул:
– Привередничаешь! Корова бы не отказалась от такого сена, друг Алексей!
Расположившиеся в казарме гусары грохнули смехом. Дэн же прикусил язык – фраза-то была не Дениса Васильевича – его. Из старого советско-финского фильма «За спичками».
– Корова бы точно не отказалась, – расхохотался в ответ Бурцов. – Только мы-то с вами, господа, не коровы… А бычки!
– Бурцов, ёра, забияка, собутыльник дорогой! – тут же выдал Денис. – Ты куда мою гитару дел… бычок?
– Так ведь мы к девам поедем, – Алексей – Алексей Петрович, – тряхнув челкою, рассудил вполне философски. – А им гитара ни к чему! У них – рояль. Вы ведь, друг мой, и на рояле умеете?
– Бренчу помаленьку, – Денис Васильевич отмахнулся и придал лицу самый комичный и смешной вид, который бывает, верно, только у каких-нибудь сутяг или судейских.