На улице моросило. Ричарду приходилось нагибаться, чтобы Бруно мог нести над ним зонт.
Не смотря на слякоть и раннее утро, жизнь уже закипела. После заката электроэнергию понизят до минимума. Оставят только в больницах, полицейских постах и королевской администрации. Поэтому все нужно успеть засветло. Мальчишки и девчонки опаздывали на уроки, прыгая по лужам. Коробейники гремели своими телегами. Зазывалы лезли в лицо и совали промокшие листовки.
– Кроссовки! Совсем новые! Почти не ношеные, бери не дорого командир!
Ричард оттолкнул торгаша и тот завалился в лужу
– Что за дело ко мне, от самого папы? Ты уверен, что с пьяных шар, не спутал магистра с бродягой или проституткой?
– К тому времени я выпил только пол литра и нашего магистра тяжело не узнать. Он говорил что-то про предателя и орден какой-то. Тут я перестал улавливать мысль.
– Папа посылает нас на восточного захватчика, когда некогда, утверждали, что все неверные были уничтожены и лишь нашим предкам было даровано право жизни! Не противоречит ли папа сам себе? Разве смогли бы мусульмане выжить в святом атомном огне? Ясно же, что не на человеческого врага отправляет нас Хьюго! На монстра! Монстра, что не был убиен святой радиацией, а был послан дьяволом! – вопил молодой паренек стоя на скамейке. Вокруг него уже собралась парочка зевак.
Ричард с призрением глянул на кричащего и перешел дорогу к двоим из полицейской кавалерии. Они стояли у ларька с пирогами и болтали о чем-то своем. Скорее всего о женах, или вчерашнем кулачном бое, что транслировали после всех повторов папской речи.
– Капитан Ричард семнадцатый, – представился Ричард. – Вы слышали того ненормального? Он пугает людей.
Полицейские кавалеристы оглядели Ричарда, Бруно и только потом вопящего парня.
– Спасибо капитан.
Путь капитана и его верного слуги преграждали все, кому не лень. Коробейники предлагали электрические чайники, мятые консервы, презервативы и детские игрушки. Те, что посмелее демонстрировали электрошокеры и алюминиевый порошок, из-под полы засаленных плащей.
– Встаньте плечом к плечу со своими мужьями и сыновьями! Возьмите в руки мечи, во имя девы Марии. Святой Ирины и Ольги! Чем больше нас будет, тем скорее папа благословит нас на поход! – коротко остриженная девушка сунула Ричарду в лицо буклет. Тот же, что видел прошлой ночью дома.
– Проходите мимо, дамочка. – Бруно оттолкнул девушку и смачно высморкался в ее листовку.
– Моей жене такую всучили. – со злостью в голосе произнес Ричард.
– Да пусть идут! Кто им не дает? Чем нас больше, тем мы сильнее.
– Это решать папе, кого благословлять, а кого нет. Куда мы идем?
– В пивную, естественно. Вам ведь всем дали отгулы до сборов к походу, а где еще нам найти твоих солдат, в эти славные деньки.
Глава 3. Живительные силы
Чего только не найти в безжизненных землях. Кости людей и животных, монеты, обтесанные ветрами и песком, закопанный танк.
– Аллах всемогущий. Это американский танк?
– Нет, мутировавшая змея! Конечно это танк, идиот. Этот Абрамс, был на вооружении у соединенных штатов. Эта дура могла разрушить целое здание, а осколками превратить твою задницу в дуршлаг. Бери лопату и за работу, Аддин. – Раван, вытер потный лоб арафаткой и достал из рюкзака складную лопату.
– Охренеть. – Аддин стоял и пялился на дуло, торчащее из песка.
– Выкопаем, разберем. Продуем движок от песка. Наверняка там еще и остались снаряды!
– Я хочу по нужде.
– Так иди, или ты решил обмочиться в штаны?
– Но… – Аддин замешкался. – В какую сторону. Я не хочу разгневать пророка.
– Хоронят на восток, значит срать на запад.
– А где запад?
– Это американский танк. Они шли с запада. Нос его смотрит на восток. Значит тебе в противоположную сторону! И закрой рот. Испражняются молча. – Раван проводил глупого друга взглядом, и опустился на колени перед торчащей из-под песка башей. Он очистил ее руками, а затем принялся убирать песок с боков лопатой. Он рассыпался во все стороны скатывался обратно, летел в глаза. Раван продолжал. Металл башни быстро нагрелся и когда Раван задевал его локтем он обжигал кожу.
– Эй! Ты собираешься помогать? – крикнул Раван. Вопрос ушел в пустоту. Раван залез на башню и огляделся.
Аддина нигде не было. На мили вперед простирался песок и редкие засохшие кусты.
– Аддин! Ты где? Черт, ты что ушел ссать в Норвегию? – Раван быстро выбрался из выкопанной им самим ямы.
– Аддин! – позвал он снова. В глаза бросилось черное пятно портящее желтизну песка. Из-за слепящего солнца тяжело было разглядеть, куст это, животное, человек или просто мусор.
– Аддин. – позвал он еще и совсем рядом с ухом раздался свист. Хлопок, и прямо рядом с ногой песок разлетелся в разные стороны. Раван вытянулся в струну и спрыгнул обратно в яму. Следующий хлопок и всплеск песка раздавался над самой его макушкой. Он дернул ручку люка, но та не поддавалась. Она больше сорока лет провела похороненной в пустыне.
Два часа. Жара стояла самая злая. Без головного убора даже не стоило выносить мусор. Прохладно было лишь в тени башни госпиталя Святых Петра и Павла. Окна были заклеены фольгой. Деревянный пол полит водой. Дом паломников или старый госпиталь. Все звали его по-разному. Кто-то пристанищем для воинов и страждущих. Больных и здоровых. Кто-то проклятым местом на границе святых земель, откуда никто не возвращался. Госпиталь был самой простой пристройкой к ветхой церквушке. Снаружи невзрачный деревянный барак, зато внутри госпиталь, оборудованный по предпоследнему слову медицинской технику. По последнему слову, стоило лечить святой водой, шалфеем и молитвами.
На мокром полу на крыше было прохладно и даже приятно. Холодный метал винтовки нежился о горячую щеку. В наушниках Рамонес пели про блицкриг и кладбище домашних животных. Только пластырь от пота сползал с изрезанных пальцев. Панама чужака то выскакивала, то скрывалась в глади песка. Выстрел. Панама больше не показывается. Можно было лежать так хоть целый день на стреме, если бы не мясные мухи и сестра Сильвия. Тучная женщина, скрипевшая половицами и