— Впрочем, есть и иной вариант наказания, — объявил дражайший новый шеф. — Уйдешь на пару месяцев в неоплачиваемый отпуск, пока всё не утихнет, а напарник временно поработает в моей группе.
Неплохой вариант, если подумать, но Линда не верила в бесплатный сыр без мышеловки.
— В чем подвох? — спросила прямо, глядя в глаза мужчины, который несколько часов назад изучил ее тело вдоль и поперек.
— У всего на свете есть цена, — шеф и недавний любовник облизнул губы. — Твоя цена — продолжение близкого знакомства со мной. Мне понравился опыт. Хочу вместе с тобой испробовать несколько… хм… «приемов». Не смотри на меня, как оскорбленная невинная дева. Тебе не привыкать просыпаться в кровати с боссом. Я не о сегодняшнем утре.
Он говорил о Калибе, само собой. И это взбесило больше всего остального. Донован утверждал, что изучил ее дело. Раз так, должен знать, что она вышла замуж задолго до того, как Калиб возглавил группу. Задолго до того, как они оба вообще оказались в Охране. Так что технически она не заводила отношения с начальством. Скорее, это руководящая должность ворвалось в их семейную жизнь…
— Ну, и каков ответ?
Джеймс смотрел так, словно не сомневался в ее решении. В самом деле, о чем тут думать? Отпуск вместо безумной работы в патруле. Да еще искусный любовник в придачу. Самое настоящее сокровище с сильным мускулистым телом и вполне себе красивым волевым лицом. Линда помнила вкус губ Донована, несмотря на то, что память прятала большинство эпизодов минувшей ночи.
Но не зря о характере Линды в Охране ходили легенды.
— Да пошёл ты! Засунь свой…
Она сжала зубы, чтобы не произносить того, что крутилось на языке. Линда любила время от времени позлословить, но считала, что всему на свете есть предел.
А в следующий миг кресло Донована взлетело к потолку. Вместе с самим Донованом, разумеется.
Там и осталось. Руки чесались уронить нового начальника, но разум подсказывал, что не стоит этого делать. Иначе разбираться придется еще и с его адвокатами.
Но просто так уйти Линда не могла. Слишком слабый ответ для легендарной ведьмы.
Она щелкнула пальцами и бросила ядовито:
— Народ шепчется, что ты крутой маг. Значит, сам справишься. Без помощи знахарок.
Хлопая дверью с табличкой с именем нового шефа, Линда чувствовала себя, если не счастливой, то довольной точно. Сыпь в интимном месте — вещь крайне неприятная. Особенно для того, кто сегодня собирался ночевать явно не в одиночестве…
****
— И почему только два месяца? Почему нас не наказали на год? — ворчал Пьер, оглядывая машину, что им выделили на ближайшую смену.
Развалюха. Иначе не назовешь. Колеса бы по пути не потерять. Или бампер.
— Прости. Это моя вина, — Линда посмотрела на напарника несчастно.
Вот уж точно не поспоришь. Ее вина. Во всех смыслах сразу. Но лучше Пьеру не знать о предложении Джеймса Донована. Иначе их обоих точно уволят. Сыпью шеф не отделается. Как и полетом в кресле. Разве что это самое кресло вылетит вместе с владельцем в окно. Пьер не случайно слыл в Охране первым джентльменом. Устроил бы темную любому обидчику прекрасной дамы, будь то Линда или любая другая представительна прекрасной половины человечества. И не совсем человечества.
- Хочешь, я поведу? — спросила Линда.
Пьер взирал на авто так, будто считал ниже собственного достоинства им управлять. Однако он не уступил сомнительное право.
— Еще успеешь. Ночь длинная…
Увы, Пьер сглазил. Ночь оказалась рекордно короткой. В смысле, не сама ночь. А дежурство в патруле. Оно закончилось после первого же вызова, а Линде с Пьером пришлось заполнять кипу бумаг, дабы объяснить, что случилось с авто. Развалюха или нет, неважно, если до их появления она ездила. В смысле, ездила сама, а не на эвакуаторе…
Но обо всем по порядку.
— Помнишь девочку из отдела надзора? Брюнетку с розовыми прядями? — спросил Пьер по дороге.
— Ту, что вечно строит тебе глазки? — усмехнулась Линда. — Угу, помню.
— Она не… — начал Пьер, но отмахнулся, знал, что если начать спорить, только сильнее подначит чертенка, что сидел внутри напарницы.
Пьер Эверет слыл в Охране заядлым холостяком и в то же время завидным женихом. А что? Внешность более чем привлекательная. В конторе на хорошем счету. Сильный ведьмак. Живет в роскошном пентхаусе в центре города. Вот девы всех мастей и паслись бесконечно поблизости. Однако Пьер не заводил романов на работе. Довольствовался интрижками с девчонками, которых «снимал» в барах, и менял их чаще, чем дамы перчатки. Шутил, что ждет ту единственную. Но Линда знала, что это чушь собачья. Сердце напарника было разбито. Не так, как у нее после смерти Калиба. И все же Пьер не хотел пускать туда кого бы то ни было…
— В общем, девица поведала по секрету кое-что интересное о новом боссе.
Линда чуть не закатила глаза. Только разговоров о Джеймсе Доноване ей сейчас и не доставало. Однако она изобразила интерес. Пусть Пьер рассказывает. Авось пригодится информация в наметившемся «противостоянии».
— Донован жил в столице. Был женат на дочери шефа, что здорово его продвинуло в Охране. Но однажды мужик закрутил роман с ведьмой на работе. Сохранить в секрете адюльтер не удалось. Так наш новый начальник лишился и жены, и теплого места. Однако у него остались друзья. Потому он и оказался здесь. Под чьим-то теплым крылышком. К слову, говорят, что крылышко не друга, а подруги. Кого-то из верхушки.
Линда усмехнулась. Ну дает, Джеймс! Его пригрела влиятельная любовница, а он тащит в постель первую попавшуюся девицу из бара! А потом пытается добиться продолжения, зная, что «отношения» запросто станут всеобщим достоянием! Он считает, что «подруга» простит похождения? Или же Джеймс Донован просто идиот?
— Повезло же нам, — проворчала Линда, глядя в окно на ночной город.
Она всегда считала Беркут особым местом. Днем он выглядел самым обычным мегаполисом, но ночью преображался. Линда кожей ощущала магию, пропитывающую город. Иногда даже казалось, что у него есть душа, которая время от времени болит. Из-за разломов, что покрывали его как шрамы. Разломы появились вместе с прорвавшейся в мир магией. За ними следили лучшие ведьмы и ведьмаки, «залатали» и не допускали новых проникновений чужеродной магии или незваных гостей, которые могли запросто оказаться опасными противниками.
— Машина номер двенадцать, для вас вызов, — проснулось радио.
— Слушаем, — отозвался Пьер.
Диспетчер назвала адрес и пояснила:
— В высотке повыбивало стекла. Похоже, ребенок с проснувшейся силой.
— Приняли, — объявил Пьер и покосился на напарницу.
Он явно ожидал, что Линда отпустит пару комментариев. Например, о невезучести или карме. Ведь последний аналогичный случай обернулся работой в патруле.
— Какая-то ты странная нынче, Ли, — проговорил Пьер задумчиво.
Он всегда отлично чувствовал настроение напарницы. Не только благодаря ведьмовскому чутью. Пьер просто знал ее. По-настоящему знал.
— Слишком много всего навалилось, —