Дамы от всего отказались – дома только что ужинали. Им фигуры надо беречь – на ночь они не кушают.
Вагон тронулся, колесики на стыках застучали…
Под эти звуки вскоре и разговор завязался. Девушки студентками оказались. В столичных высших учебных заведениях с наукой бьются, справки об уме хотят получить. Ну, так Василий о дипломах выразился.
– Вы чем занимаетесь? – одна из попутчиц к дамскому угоднику с вопросом обратилась.
– Заброшенные деревни исследую. Знаете ли вы, милые девушки, что наша родная Кировская область в СССР одно из первых мест занимала по оттоку сельского населения в города? – с умным видом Васька девицам начал по ушам ездить.
Те, понятное дело, не знали. Откуда? Совсем в другой области знаний они образование получали.
– Ой, как интересно! Вы, получается, этнограф? – девицы глаза вытаращили. Никогда они живого этнографа не видели.
Ваське, что этнограф, что филателист. Без особой разницы.
– Ну, где-то так… – почти соглашается, тумана немного напускает.
– С Вами, наверное, всякие истории случаются? – вторая из девиц этнографу уже начала глазки строить.
Со мной они разговора не ведут. Я себя как бухгалтера обозначил. Правильно, какая нормальная особа с бухгалтером будет общаться? Ну, если только, экономист…
– Бывает, бывает, происходят различные невероятные происшествия… – у Васьки даже голос изменился, загадочным каким-то стал. – Может, всё же чаем себя побалуем?
Девицы стойкими оказались. Отвергли предложение о чае.
– Так вот, как я уже говорил, Кировская область занимает одно из первых мест по оттоку населения из села в город. Тут и индустриализация виновата, и коллективизация свой вклад внесла, – как настоящий этнограф, с умным видом начал Василий.
Девицы после этих его слов немного заскучали. Как будто на лекцию попали, а на ней – какое веселье?
– Вы нам что-то страшненькое расскажите. Случалось, наверное, с Вами такое? – вносит вторая девица коррективу в направление Васькиных повествований.
Тот не совсем на голову скорбен был. Сообразил, что перегнул палку – сильно умным, начал себя показывать. Будь проще, и люди потянутся к тебе – не зря так сказано.
– Поехали мы как-то с этнографической экспедицией в дальнюю заброшенную деревню. – на ходу переобулся Васька. – Дорога в неё даже заросла, на машине до самого места не добраться. Оставили в селе транспорт и пешим ходом двинулись. Идём, идём, дождик стал накрапывать, сыростью какой-то потянуло…
Девицы попками своими поерзали, поудобнее устроились и Ваську слушают.
– Темнеть начало. Что-то долго деревни нет, а уже должна бы она появится… Вдруг. Что такое? – Васька глазами всех, ему внимающих, обвел. – На дереве, что перед нами, кукла большущим гвоздём прибита. Откуда она тут, посреди леса взялась? Давно здесь жителей нет, и народ тут не особо ходит. Ну, так нам в селе сказали. Плохие около той деревни места. Всякое нехорошее случается.
Девицы друг к дружке ближе придвинулись. Одна другую даже за руку взяла.
– Подошли ближе. Смотрим – у куклы глаза вытыканы, а так всё остальное целое. Платьице даже на месте, – замогильным голосом продолжает Васька. – Удивились мы этому и дальше двинулись.
– Ой, а я бы уже обратно побежала, – прошептала первая девица.
Вторая головой согласно закивала. Рядышком с первой она бы тоже уже неслась подальше от этой страшной куклы.
– Идём, значит, дальше… Вторая такая кукла нам встречается. Потом третья. Все старыми ржавыми гвоздями прибиты и без глаз. Только куклы тут уже не новые, от дождей и снегов вид потеряли, одежда их выцвела и лохмотьями болтается… – добавляет и добавляет страха храбрый и отважный этнограф.
Девицы уж чуть не повизгивают. Образное у лиц женского пола мышление. Во всех красках представляют они и поздний вечер в лесу, и чавкающую под ногами воду, клочки тумана на ветках кустов… Кукол этих, страхолюдин, безглазых.
– На полянку вышли. Посреди её пень стоит, а вокруг него на колах, в землю вбитых, опять же куклы развешаны. Тут уж совсем не целые – у какой голова отпала, у какой рук нет или безногая… – продолжает рассказывать Васька.
Мне про кукол совсем не интересно слушать.
– Пошёл я спать, – тёплой компании говорю.
Васька мне только рукой махнул, а девицы даже головы не повернули…
Так и не знаю теперь, чем эта история про кукол закончилась.
Глава 5 Ещё один Васькин рассказ
Среди ночи проснулся. Поезд где-то стоял. Станция, видно, маленькая – крохотный домик-вокзал с плохо читаемым названием этого забытого всеми места. На столбе в шаре лампочка еле светит, а вокруг её снежинки вьются.
Мои соседи ещё не ложились. На столике у вагонного окна две винных бутылки. Одна ещё целая, а вторая – уже распробованная. Еда какая-то рядышком, стаканы…
Васька и девицы в казенные одеяла замотались – прохладно в вагоне, экономят железнодорожники на отоплении.
– А, в деревне той жители и говорят нам, что бы мы в крайний дом там не ходили. Ну, не в их деревне, а уже в той, что заброшена. Старуха там жила одинокая, делами всякими бесовскими промышляла. – негромко Васька девицам свои побасенки рассказывает.
Васькин голос, скорее всего, меня и разбудил. Есть за мной такое – когда сплю, громкие звуки мне не мешают, а от тихой речи могу и проснуться. Вот так интересно мой организм устроен.
Васька руку из-под одеяла высунул, остатки из бутылки разлил. Всем поровну. Девицы уже не возражали – страх свой алкоголем глушили.
Опростали они свои стаканчики, что-то со стола поклевали. Васька по вагонной полке ближе к одной из девиц придвинулся, край своего одеяла на неё накинул. Как бы, шалашик такой уютненький на двоих соорудил.
– Были мы в тот раз только с напарником – маленькая была экспедиция. Доехали до той деревни, машину оставили у околицы. Стали саму деревню смотреть. Пустая деревня – до нас в ней уже не одна этнографическая экспедиция прошла, всё хорошее и более-менее ценное забрали. Так, остался хлам разный – лапти, вальки да часы с кукушкой. Любят деревенские такие часы, часто они попадаются. У нас в этнографическом институте такими часами все полки в гараже забиты. – рассказывает Васька, а в домике из одеял уже какое-то шебуршение пошло и девица, что там находилась, заойкала. От страха, наверное. – Полы в домах давно уже выпилены, рамы выставлены. Дверей в избах тоже нет – всё хозяйственные люди к рукам прибрали, к себе увезли.
Тут девица, похоже на то, Ваську сильно толкнула и он по полке в сторону прохода заскользил. Чуть не свалился в него, бедолага.
– Всё, всё… – Васька руками замахал, а потом вторую бутылку открывать принялся.
У меня куда то ещё на маленькой станции весь сон прошел. Надо бы поспать, а