Смогу ли я с ним справиться в случае боя? Сквозь сумрачный пласт было не видно ранга, но фигура не выглядела слабой. Точно ли здесь работает принцип, что Башня не даёт испытаний, которые невозможно пройти? Если эта воронья маска мне не по зубам, вряд ли он захочет просто убить меня, какой ему в этом толк. Может, он считает тех, кто прошёл его маленький лабиринт-игрушку, достойными разговора? Или испытания посложнее?
На самом первом этаже, когда я выбрал слабым пойти к боссу, результат был сугубо положительный. А сейчас я вовсе не слаб. И Босс этого этажа может оказаться таким же полезным. «I see no flaws in this plan!»*
Вздохнув, я поправил слинг с Мирой, проверил ресурсы: крутое зелье, семя сохранения жизни, всю стопку достижений. Они ждали, готовые быть применёнными в любой момент.
Я пожал плечами и шагнул в сумрачную арку — мгла окружила нас, невнятные аморфные тени льнули со всех сторон, в них ежесекундно возникали и таяли люди, монстры, боги… Всего два шага, и я оказался на той стороне.
*«Я не вижу ни малейшего недостатка в этом плане!» Саркастическое выражение, когда речь идёт о рискованных и опасных идеях.
Яркий зал, колонны, чистый пол из каменных плит. Кругом по всему залу стояли хрустальные сферы, в каждой из них был заперт маленький мирок: и там мелькали крошечные фигурки восходящих, которые пытались выжить. Справа от меня фигурка человека лихорадочно пыталась выплыть из запутанных узких пещер, кишащих зубастыми рыбами… А сзади стоял хрустальный шар с двойным лабиринтом — и желтоватый мерц, исчезнувший из моего инвентаря, уже собирал вокруг себя фигуру гравийного голема.
Передо мной располагалась коллекция этажей-игр, созданных чьим-то извращённым разумом, а в центре зала стояло одинокое кресло, в котором сидела фигура в маске. Увидев меня, она дрогнула, словно пробуждаясь от долгого сна, глаза осветились разумом, взгляд стал внимательный и зловещий.
— Так-так, — произнёс насмешливый голос из-под маски. — Наконец кто-то из разгадавших мою маленькую головоломку решился прийти? Хочешь высказать мне своё восхищение? Добро пожаловать в Играниум, дорогой гость.
Глава 2
Ценный урок
Судя по мантии и посоху, хозяин зала был магом. Конечно, внешность может быть обманкой, под которой прячется ловкий мошенник или смертоносный ассасин. Но над этим чародеем висели призрачные метки открытых данных: 27-й уровень, маг-иллюзионист. Причём, иллюзионист в оптимальном билде: тримаг мглы, ментала и воздуха. Редкая птица.
Иллюзии можно творить разным образом. Гипнотические фантомы из огня или чисто ментальные — их иллюзорность очевидна всем окружающим, кроме тех, кто попал под действие. Или мягкие фигуры из текучей и переменчивой воды, которая может принимать любые формы и фактуры, издалека их вообще не отличишь от настоящих. Бывают плетения из мглы и теней; или голограммы из ауриса, созданные хроматическим преломлением энергии. У каждого варианта свои плюсы и минусы, соответственно, их используют для разных задач.
А истинным иллюзионистом в моей системе можно было назвать именно тримага мглы, ментала и воздуха. Основа его иллюзий вполне материальна, потому что сплетена из мглы, которую можно пощупать и уплотнить настолько, насколько это необходимо. Мимолётные видения и эффекты он создаёт из сдвигов и колебаний воздуха, превращая его в линзы и используя преломления света. А все огрехи и недостоверности своих фантомов и иллюзий скрывает благодаря ментальному воздействию. Ведь оно может радикально повысить убедительность любой обманки.
К примеру, иллюзионист захотел создать монстра, чтобы причинить противнику немагический вред. Как раз существа из мглы вполне материальны и вполне могут наносить физический урон. Но теневое подобие всегда слабее оригинала, если только ты не магистр теней. Да и особые способности оно не перенимает: жало теневого скорпиона уколет, но не может быть ядовитым. А вот с ментальной добавкой — может! Если лже-скорпион укусил, и одновременно передал в разум жертвы импульс, она начинает верить, что яд действует, и либо парализуется, либо получает «ядовитый» дамаг.
Или чародей создаёт иллюзию ледяной стрелы из обычного преломления света, и вкладывает в неё ментальный импульс «обморожение». Такая псевдо-стрела ударит в несчастного, и если он не сообразит, что она не настоящая, то получит дамаг, и больше того, фактически будет под параличом, как от окоченения — без собственно окоченения! Потому что его мозг поверит, и мышцы поведут себя соответственно. Как сказал незабвенный Морфеус (тот, что из Матрицы): «Наш разум делает это реальным».
Иронично, что передо мной стоял маг по сути обмана — и открыто показывал свой уровень и класс.
— Итак, — голова в вороньей маске склонилась набок, слишком низко, человеческая шея на такое неспособна. — Вы с трудом выжили в моём лабиринте и пылаете гневом к его создателю? Может даже задумали отомстить? Хм. Вижу гнев в вашей ауре, но на вас ни царапины, да и ноги целы. Если моё испытание оказалось для вас столь несложным, на что же вы злитесь?
Он заговорил дальше, не дожидаясь ответа.
— А-а-а, ваша ноша. Конечно, теперь всё кристально-ясно.
Маг переглянулся с вороной, которая сидела на верхушке посоха, и та насмешливо каркнула-поддакнула: мол, ясно, хозяин, полностью ясно.
— Причина лежит в котомке у вас за спиной, — торжественно сказал маг, словно раскрыл секрет века. — Кто там? Несчастный собрат, дела которого идут не очень? Как вы оказались на одном этаже вдвоём? Уж не пришли ли вы к другу на помощь, нарушив тем самым тонкий баланс сложности в моём испытании?
Тон странного собеседника стал недовольным, но лишь слегка, ибо он прекрасно понимал, что использование слов Силы в Башне — не нарушение, а в рамках правил. Но он снова не дал мне ответить, а поднял руку в чёрной перчатке.
— Нет-нет, мы забежали вперёд. Сначала нужно представиться. Как хозяин этого места, начну первым: Ингвар Искусник из народа вранов, скромный создатель лучших этажей Башни. Добро пожаловать в мой Играниум.
В его говоре и поведении было что угодно, кроме скромности. Искусник поклонился в мою сторону не почтительно, как к достойному уважения, и не приветственно, как к равному — а свысока, чтобы подчеркнуть своё превосходство. Он развёл руки в стороны, и сквозь прошитые двойной строчкой разрезы в рукавах показались ряды чёрных перьев.
— Яр из народа людей.
— Вот и славно. Я уже познакомился с вашей расой, но пока не понял, как