Ежели бы князь Василий обдумывал вперед свои планы, он не мог бы иметь такой естественности в обращении и такой простоты и фамильярности в сношениях с людьми. Что-то влекло его постоянно к людям сильнее и богаче, и он одарен был редким искусством ловить именно ту минуту, когда надо и можно было пользоваться людьми».
…Социопату необходимо постоянно поддерживать у самого себя уверенность в собственном всемогуществе.
«Социопаты жаждут власти, – пишет М. Томас. – Власть – единственное, что мне было на самом деле нужно всю жизнь: физическая власть, власть обожания и восхищения, власть разрушительная, власть посредством знания или невидимого влияния. Мне нравятся люди, нравятся настолько, что мне хочется их трогать, мять или ломать по моему усмотрению. Я делаю это даже не для того, чтобы непременно получить результат, но просто чтобы проявить власть. Завоевание, удержание и использование власти – вот что движет социопатами».
Психологическая защита социопата – так называемый всемогущий контроль. Если у хищника не получается утвердить свою власть, у него возникает чувство тревоги, опасности (ведь если не «сделал» он, то «сделают» его!), он ярится. В этот момент он чувствует себя тотально беззащитным, управляемым непредсказуемыми и жестокими внешними силами, а это для него непереносимо. В нем словно оживает бессильный, униженный, отверженный ребенок, полностью подвластный своим мучителям. Это нестерпимо и страшно, поэтому социопат спешит восстановить «равновесие» с помощью насилия.
«Любой, чьи образы собственного Я отражают нереалистические представления о превосходстве; тот, кто избегает очевидного факта, что он всего лишь человек, будет пытаться восстановить самоуважение посредством проявления силы», – пишет американский психоаналитик Нэнси Мак-Вильямс в книге «Психоаналитическая диагностика»[13].
Многие исследователи отмечают обольстительность хищников и их гипнотическое влияние на нас.
«Они способны выдернуть вас из повседневной жизни в свою альтернативную реальность, наполненную весельем и приключениями. Не прилагая к этому никаких усилий, они действуют как отличные гипнотизеры», – пишет Бернстайн.
Вспоминая Толстого, мы видим, что гипнотическому обаянию социопата Анатоля, «увлекающего в свою альтернативную реальность», не может противиться ни Пьер Безухов (хотя пообещал князю Андрею, что прекратит кутить с Курагиным), ни Наташа Ростова, ни княжна Марья, ни мадемуазель Бурьен.
«Несмотря на дурную репутацию, мы, социопаты, отличаемся неотразимым, хотя и поверхностным обаянием, – пишет М. Томас. – Если бы нам довелось встретиться, я бы вам понравилась. Я совершенно в этом уверена, так как знакома с достаточным количеством людей, подпадающих под мои чары. Моя улыбка – словно у звезды телешоу: я улыбаюсь, демонстрируя сияющие зубы, и притягиваю внимание. Я та девушка, которую вы с радостью привели бы на свадьбу своей бывшей жены. Жена вашего босса была бы в восторге от столь милого создания. Ваши родители были бы очень рады, увидев в своем доме такую умную и успешную девушку, как я».
С гениальной точностью магию социопатически-нарциссического обаяния описывает Фицджеральд в романе «Великий Гэтсби»[14]:
«Он улыбнулся мне ласково, – нет, гораздо больше, чем ласково. Такую улыбку, полную неиссякаемой ободряющей силы, удается встретить четыре, ну – пять раз в жизни. Какое-то мгновение она, кажется, вбирает в себя всю полноту внешнего мира, потом, словно повинуясь неотвратимому выбору, сосредоточивается на вас. И вы чувствуете, что вас понимают ровно настолько, насколько вам угодно быть понятым, верят в вас в той мере, в какой вы в себя верите сами, и безусловно видят вас именно таким, каким вы больше всего хотели бы казаться».
Однако не зря обаяние социопатов называют поверхностным и лживым. Оно не проистекает естественно из глубин души, как у здорового человека. Оно чрезмерно, слишком уж идеально, поскольку хищники используют его как оружие. Но обладая опытом и находясь в контакте с интуицией, вы можете почувствовать наигрыш, фальшь. Вот и герой Фицджеральда разоблачает искусственность магического очарования Гэтсби:
«Но тут улыбка исчезла – и передо мною был просто расфранченный хлыщ, отличающийся почти смехотворным пристрастием к изысканным оборотам речи».
Вспомните, как быстро «включает» обольстительную улыбку бандит Фокс, попав в «Астории» в засаду и решивший телом официантки проторить себе путь на волю. Он одновременно сладко улыбается девушке, тревожно косит глазами по сторонам и непреклонно движется к цели – большому окну.
Разумеется, хищники обольстительны не сутки напролет. Обаять, «загипнотизировать» – лишь средство достижения цели. Достиг – маску можно временно убрать в карман. Остап Бендер резко перестает быть неотразимым, когда мадам Грицацуева становится ему не нужна.
Впрочем, не все социопаты такие уж очаровашки.
«Многие пациенты с антисоциальным расстройством личности, особенно принадлежащие к преступному сообществу, не обнаруживают поверхностного обаяния», – пишет Отто Кернберг.
Пример: манеры социопата Кота Базилио отталкивающи, но он не может или не хочет их подкорректировать, даже когда этого требуют интересы разбойничьего ремесла.
…Еще одно излюбленное оружие социопатов – ложь. И многие из нас принимают их россказни за чистую монету, особенно поначалу, пока мы не обожглись на этих людях. Но это не значит, что мы такие доверчивые и наивные «фраеры ушастые». Во-первых, для нормального человека естественно доверять. Во-вторых, уж больно убедительно психопаты врут, даже вещдоки иной раз предъявляют. И никаких заминок, рдений щек, почесываний носа – хищник врет, как дышит, словно актер, полностью вжившийся в образ. И тут, как и в театре, есть «народные» и «заслуженные» артисты лжи, а есть топорненькие, у которых ус то и дело отклеивается.
«Гэтсби сунул руку в карман, и мне на ладонь упало что-то металлическое на шелковой ленточке.
– Вот это – от Черногории.
К моему удивлению, орден выглядел как настоящий. По краю было выгравировано: “Orderi di Danilo, Montenegro, Nicolas Rex”.
– Посмотрите оборотную сторону.
“Майору Джею Гэтсби, – прочитал я. – За Выдающуюся Доблесть”.
– А вот еще одна вещь, которую я всегда ношу при себе. На память об оксфордских днях. Снято во дворе Тринити-колледжа. Тот, что слева от меня, теперь граф Донкастер».
(Тем, кто подзабыл сюжет, напомню, что никакая Черногория не награждала Гэтсби, его оксфордом стала «школа» криминального авторитета, а первый шанс увидеть вживую людей вроде графа Донкастера он получил, лишь когда стал устраивать гламурные вечеринки.)
Но даже если в данный момент хищник не врет напрямую, он так или иначе искажает действительность, преувеличивая, приуменьшая, умалчивая о существенных фактах, намеренно выпячивая выгодные ему детали и отводя софиты от компрометирующих. Так, Анатоль Курагин «недоговаривает», что женат.
«Ярик был патологическим лжецом – он врал