2 страница из 72
Тема
ниже и хай-ратей, чем она помнила, только теперь его хайр поник. А в свете из окна она увидела другого парня, который лежал рядом со студентом с кинематографии,- я больше не девственница, подумала она,- чувак, лежащий рядом с парнем из Нью-Йоркского университета, открыл глаза и по-прежнему был пьян, и раньше она его никогда не видела. Из городских, наверное. Она в самом деле переспала с городским. Больше не девственница, снова подумала она. Городской ей подмигнул, не утрудился представиться и затем рассказал анекдот, который слышал вчера, про слона, который брел через джунгли и наступил на шип, боль ужасная, а вытащить не получается, и тогда слон попросил крысу, проходившую мимо, пожалуйста, мол, вытащи шип из ноги, а крыса поставила условие: «Только если дашь мне себя чпокнуть». Слон тут же согласился, и крыса быстренько вытащила шип из слоновьей ноги, а затем вскарабкалась на него сзади и принялась его ебать. Мимо проходил охотник и пульнул в слона, а тот застонал от боли. Крыса, не зная, что слона ранили, говорит: «Страдай, зайка, страдай» – и давай жарить его дальше. Городской принялся смеяться, и забыть бы поскорей этот анекдот, но с тех самых пор он с ней и остался. До нее начинало доходить, что она не знала, кто (технически) лишил ее девственности (хотя шансов на то, что это был студент с факультета кинематографии Нью-Йоркского университета, а не городской, было больше), но по какой-то причине в то утро, уже потеряв девственность, она думала, что это не важно. Она смутно помнила, что у нее шла кровь, но лишь немного. Парень из Нью-Йоркского университета рыгнул во сне. Мусорное ведро Лорны было все заблевано (кем?). Голого городского по-прежнему крючило от смеха. На ней все еще был лифчик. И она сказала в никуда, хотя хотела адресовать это Дэниелу Миллеру: – Я всегда знала, что так оно и будет.

Шон

Вечеринка подходит к концу. Я подгребаю к Уиндем-хаусу, как раз когда в дело пускают последний кег. Стрелка в городе прошла нормально, и у меня есть кое-какая наличность, так что покупаю травы у первокурсника, что живет в комнатушке в Бут-хаусе, и накуриваюсь перед тем, как отправиться на «Сушняк по четвергам». В общей комнате рубятся в квотерс, а Тони наливает в кувшин пиво.

– Что происходит? – спрашиваю его.

– Здорово, Шон. Потерял удостоверение. «Паб» отменяется,- говорит он.- Бриджид кончает от этого парня из Эл-Эй. Присоединишься?

– Отлично,- говорю.- Стаканы где?

– Вон там,- отвечает он и возвращается к столу.

Беру себе пиво и замечаю, что красотка-первокурсница с короткой стрижкой и шикарным телом, которую я чпокнул недели две назад, стоит у камина. И только собираюсь подойти и поболтать с ней, как Митчелл Аллен уже подносит ей зажигалку, и мне не хочется решать этот вопрос. Так что стою у стены, слушаю REM, допиваю пиво, наливаю еще и наблюдаю за первогодкой. Затем ко мне подкатывает какая-то дива, кажется, ее Дейдре зовут, с черными торчащими волосами – не новинка, но моднецки,- черная помада, черные ногти, черные гольфы, черные туфли, хорошие сиськи, фигура ничего, со старшего курса, в черной блузке на бретельках, хотя в комнате чуть ли не минус пять, она пьяна и кашляет, будто у нее чахотка, налегая на вискарь. Я видел, как она сперла Данте из книжного магазина.

– Мы не встречались? – спрашивает она. Если она шутит, это слишком тупо.

– Нет,- говорю я.- Привет.

– Как тебя зовут? – спрашивает она, стараясь сохранить равновесие.

– Питер,- говорю я.

– Серьезно? – спрашивает она с недоумением.- Питер? Питер? Нет, это не твое имя.

– Мое-мое.

Я продолжаю поглядывать за секси-первокурсницей, но она – ноль внимания. Митчелл протягивает ей еще пиво. Поздняк. Перевожу взгляд на Деде, Дедире, или как ее там.

– Так ты не на последнем курсе? – спрашивает она меня.

– Нет,- отвечаю,- первокурсник.

– Правда?

Неожиданно она закашливается, потом прикладывается к вискарю, прямо опрокидывает в себя бутылку и говорит сиплым голосом:

– Я думала, ты старше.

– Первокурсник,- говорю я ей и осушаю стакан.- Питер. Питер – первокурсник.

Митчелл что-то ей нашептывает. Она смеется и отворачивается. Он продолжает шептать. Она не отстраняется. Все. Она хочет уйти с ним.

– Типа, могла бы поклясться, тебя Брайан зовут,- говорит Дидам.

Рассматриваю варианты. Можно оставить ее прямо сейчас, вернуться обратно в комнату, поиграть на гитаре и завалиться спать. Или сыграть в квотерс с Тони, Бриджид и этим тупарем из Эл-Эй. Или можно поехать с ней в город, бахнуть в «Карусели» и там и оставить. Или пойти ко мне в комнату, надеюсь, Лягушатника нет, накуриться и трахнуть ее. Но на самом деле – особо не хочется. Меня она не слишком впирает, но секси-первогодка уже слилась с Митчеллом, учиться завтра не надо, да и поздно уже, и кег, похоже, заканчивается. А она глядит на меня и произносит:

– Какие планы?

А я думаю: «Почему бы и нет?»

Так что в итоге я иду с ней домой – она, конечно, туповата, зато и еблива, сама из Эл-Эй, папаша работает в музыкальной индустрии, но Лу Рид ей незнаком. Мы идем к ней в комнату. Дома соседка, но она спит.

– Забей на нее,- говорит она, включая свет.- Она больная. Все нормально.

Я снимаю одежду, тут просыпается соседка и начинает беситься, завидев, что я голый. Я забираюсь под одеяло к Д., но соседка ударяется в слезы и вылезает из кровати, а Д. начинает на нее орать: «Ты спятила, иди спать, ненормальная!» – потом соседка, рыдая, уходит в слезах, хлопает дверью. Мы начинаем обниматься, но она вспоминает про спиральку и пытается ее вставить, выдавливая пену по всей руке, только не на ладонь, и она слишком набралась, чтобы понять, куда ее вставить. Пробую ее трахнуть по-любэ, но она не перестает ныть: «Питер, Питер», и я прекращаю. Думаю, может, поблевать, но вместо этого делаю несколько затяжек из бонга и сливаюсь. Вопрос решен. Рок-н-ролл.

Пол

На «Сушняк по четвергам» мы добрались реально бухими, а вечерок только занимался, и тут ко мне подкатывает высоченная светловолосая шведка из Коннектикута, похожая на мальчика, и я не стал ее останавливать. Пьяный, но все же прекрасненько понимая, куда это ведет,- я ее не остановил. Пытался все поговорить с Митчеллом, но ему куда больше была интересна эта невероятно уродливая пизденка со второго курса по имени Кэндис. Кэнди, для краткости. Я реально офигел, но чего уж тут поделаешь? Я начал болтать с Катриной; в черном пальто из Армии спасения и матросской фуражке, из-под которой торчала прядь светлых волос, она выглядела шикарно, а ее большие глаза светились голубым даже в темноте

Добавить цитату