– Суки, – качаю я головой. – Надо срочно стёкла вставлять, а то если дождь, оборудование может накрыться… Давай, Паша, решай. Я тоже – за. А без Иглы даже лучше, можно будет нормально всё обсудить и порешать. Что скажешь?
– Стрёмно, – говорит Цвет. – Заманят нас и порешат. Я им вообще не верю.
– Старый и я, – говорит Джемо, – мы гарантируем сохранность, понимаешь? Безопасность. То есть под его и под мою ответственность. Вы мне-то верите или нет?
– Я себе не верю, – хмыкаю я. – А тебе я верю…
– Ну, всё значит, – кивает Джемо. – Встретимся в хинкальной в Дивноморском.
– Откуда там хинкальная? – прищуриваюсь я.
– Да есть там чуть в сторонке. О ней мало, кто знает. Всё порешаем и разъедемся.
– И как мы её найдём? – спрашиваю я. – Хинкальную.
– Ну, я покажу, – отвечает Джемо. – Вместе поедем. Чё вы боитесь? Возьмёте бойцов своих и все дела.
– Не нравится мне это, – мотает головой Цвет.
– Ну, сам тогда скажи, как поступить, – едва заметно раздражается Джемо, стараясь не показать виду.
Мы долго и нудно гоняем этот разговор по кругу и, наконец, уговариваем Цвета согласиться.
– Ладно, пойду скажу кентам, что добазарились на завтра, – начинает вставать он из-за стола.
– Стой-ка, – хватаю я его за руку. – Мне тут сказали, что ты анашу долбишь и кокос.
– Чего?! – тянет он, выдёргивая руку. – Тебе-то что за дело, даже если бы это так и было.
– Я, конечно, понимаю, у тебя девушка этими товарами промышляет, но ты сам-то подумай…
– Ладно всё, – хлопает Цвет ладонью по столу. – Про это потом побазарим!
На следующий день выезжаем целым кортежем. Мы с Цветом на одной машине и ещё на двух тачках его и мои ребята. Встречаемся с Джемо и подхватываем его к себе. Он садится на переднее сиденье и показывает дорогу.
– Ну чё, как делишки? – смеётся он. – Подгузники сделали? Марлю подложили? Чё такие перепуганные?
– Шутник ты! – хлопает его по макушке Цвет. – Чё такой весёлый?
– Обдолбался, – качаю я головой. – Наркодилеры, б*я…
– Да что ты цепляешься ко мне? – чуть поворачивается Джемал с блаженной улыбкой. – Вот есть же люди, которым плохо, когда другим хорошо.
– А с чего тебе так хорошо-то? Разговор не простой предстоит.
– Да нормально всё будет. Заживём после этого, как в сказке.
Ну, ещё бы. С новеньким оборудованием в двух катранах, с пошивочным цехом и прямыми поставками афганской наркоты. Размечтался ты, Джемал.
То, что это ловушка, мы с Цветом знаем. Ему рассказал я, а мне – Сеня Кабарда. Не зря же он вокруг Иглы в последнее время пребывает. Но вот будет ли там сам Игла неизвестно. Интрига сохраняется. Он, конечно, ссыкло, но статус победителя Цвета манит и сводит с ума. Ладно, посмотрим… У нас, вроде, всё просчитано…
Я открываю окно и в машину врывается свежий сладкий воздух, молодая весенняя зелень и обилие цветов радует глаз. Вот живи да живи, казалось бы, себе в удовольствие, так нет же, вечный бой, вечная нервотрёпка.
Прибываем на место. Хинкальная – это жилой дом, куда приезжают воры. Не то, чтобы притон или малина, а такой типа домашний ресторан для своих. Дорожка к нему ведёт через узкое поросшее кустарником ущелье. Ну, правильнее сказать, не ущелье, а просто узкое место. Если мы вырвемся и будем уходить, здесь нас добьют.
Мы входим в дом всей толпой, оставляя в машинах водителей. Виктор и Алик идут со мной. Здесь уже ждут участники встречи. Смотри-ка, раньше приехали, причём все, как один. Ну-ну, стратеги хреновы.
Их пацанчики шмонают нас, а мои парни шмонают их. Вроде всё честно. Оружие складывается в два ящика, которые закрываются на замки. Затейники, блин. Дальше участники совещания проходят по коридору в большую столовую с каменными стенами и полом. Здесь стоит круглый стол с тарелками и бокалами. Победителей ждёт ужин.
Сопровождение остаётся в первой комнате. Вроде, всё чётко и прозрачно. Но хохма в том, что через некоторое время всех угостят компотом из сухофруктов или чаем и охрана отрубится. Только наша, естественно. А того кто не отрубится или подрежут, или застрелят, но это если глушитель найдут.
Ну, и всё. Дальше пацанчики войдут в гостиную буквально по команде «Федя, дичь!» и займутся мной и Цветом. Зная, что мы просто так не сдадимся, они сразу применят оружие. Всё. Дело сделано. Гениальный, твою дивизию, план. Но у нас, правда, имеется свой собственный взгляд на этот сценарий.
Поэтому мы заходим, в общем-то, практически без опаски. Ну… как без опаски, расслабляться нельзя, да организм и не позволит. Я не завтракал и кроме адреналинчика, вызывающего студенческий мандраж, во мне ничего нет. Так что, потряхивает, конечно, не без этого.
Понятно, что сначала мы посудачим, иначе не успеет произойти намеченное с компотом. Впрочем, затягивать эту часть тоже нельзя, вдруг мы психанём и решим уйти, а там ещё не готово. Ну и для контроля пара стрелков в кустах над «узким местом».
В общем, мы заходим в комнату для переговоров. Она небольшая, здесь окно с распахнутыми створками, деревянный потолок, каменные стены без штукатурки, старинный стол и два деревенских буфета с керамической посудой. Красиво, что сказать. За окном зеленеет сад, поют птицы, пахнет весной и счастьем. Но это для тех, кто его может ощутить. Счастье то есть.
Ворьё заходит первым и начинает рассаживаться. Мы тоже подходим к столу, но сесть не успеваем, потому что вдруг из маленькой двери за шкафом вылетает худая фигура в чёрном и в один миг оказывается перед нами.
Близко, но не достаточно для того, чтобы дотянуться до него. В вытянутых руках он держит по пистолету. Лара Крофт, расхитительница гробниц. Нет, это разумеется не она. Это Сева Пятигорский, он же Игла. Нервничает, урод, щурится, глаза мечутся, перепрыгивая с меня на Цвета и снова на меня.
Стволы его «Макаровых» смотрят чёрными дырами отверстий прямо в лоб. Мне и Цвету.
– Ну что, ссуки! – дрожащими губами шепчет Игла.
Получается зловеще. Но мне почему-то совсем не страшно, хоть я и не обкуривался для храбрости, как Джемал. Сучонок. Иудушка. Я чуть поворачиваюсь к Цвету и вижу как он прямо и спокойно смотрит на Иглу. Только желваки ходят на скулах.
Я отворачиваюсь и смотрю внимательным взглядом на холодную, ничего не выражающую рожу Лазаря, на бегающие глаза Кахи, на обескураженного и раздосадованного лесовичка Женю Старого и на смеющегося Джемала.
– Э, Сева, чё за дела! – восклицает Женя. – Ты чё творишь? Мы же забились!
– Заткнись! – хрипит Игла. – Сюда смотри, Бро. Я хочу чтобы ты видел свою смерть. Заигрались вы голубки. Не туда сунулись. Не по зубам вам Сева Пятигорский! Сюда смотри, я сказал!
Я смотрю на него, но перед глазами встаёт картина, которую я вижу постоянно и которая не выходит у меня из