Дрожащими руками схватила Йоланда конверт, провела пальцами по вычурной надписи с адресом. Поверх неё стоял золотой герб Его Сиятельства Графа Альсидеса Альтанеро.
— А если... если они узнали? Если это из-за меня хотят снести дом этого бедняги? Ох, боже мой, нужно было бежать из города! Может быть, ещё не поздно, да, ещё не поздно, мне нужно бежать отсюда!
Йоланда ринулась к себе. Данте спокойно посапывал в колыбельке, засунув в рот большой пальчик. Девушка вынула из дубового шкафа мешок и начала запихивать в него вещи: пелёнки Данте, гребень, несколько платьев...
Когда узелок был собран, она связала его концы верёвкой и затолкала под кровать. Она уйдёт ночью. Так будет лучше.
Ужин прошёл в напряжённом молчании. На сей раз котелок наколдовал жаренного поросёнка, гроздья винограда, румяные булочки с джемом, клубничный сок и сметанный торт с кусочками мармелада. Брухо угрюмо расковыривал на тарелке кусок поросёнка. Йоланда, дабы не выдать свою нервозность, помалкивала, будто воды в рот набрала.
В десять часов старик уковылял спать, а Йоланда всё не решалась на побег. Убрав со стола, она взялась наворачивать круги по гостиной.
— Если хочешь уйти, иди сейчас, — раздался низкий голос.
— ЧТО?! — девушка обернулась, силясь найти источник звуков. Но в комнате никого не было, кроме неё самой да ещё чёрной кошки в кресле.
— Это ты сейчас со мной разговаривала? — спросила Йоланда кошку.
— Я, — не стала отпираться кошка.
И хотя Йоланда старалась уже ничему не удивляться, в этот раз не удивиться она не смогла. Кошка смотрела на неё не мигая, и глаза её, ярко-жёлтые, точно лимоны, зловеще поблёскивали.
— Ты настоящая кошка или галлюцинация? — спросила девушка шёпотом.
— Я кошка, — отозвалась кошка. — Волшебная.
— Значит, ты умеешь разговаривать?
— Совершенно верно!
— А почему ты раньше не разговаривала со мной?
— Не было повода.
— А откуда ты знаешь, что я хочу уйти?
— Ну, я всё-таки волшебная кошка. Я вижу вещи, которые не замечают люди, — кошка улыбнулась во весь рот.
— Почему ты думаешь, что я должна уйти именно сейчас? Я хотела подождать пару часов, пока старик не уснёт.
— Наверное, потому что мы, кошки, волшебные или не очень, всегда чувствуем опасность.
— Опасность?
— В этом доме тебе угрожает опасность, — кошка сверкнула глазами.
— Только мне?
— Только тебе.
— Но почему?
— Потому что ты — не колдунья. Единственная не колдунья из обитателей этого дома.
— А как же мой сын? Он... он... тоже не колдун.
— Я бы не была так в этом уверена, — кошка лениво потянулась. — Впрочем, решать тебе. Я только предупредила. Если ты хочешь уйти, то иди сейчас и одна, без ребёнка.
— Оставить Данте здесь?
— Именно.
— Но я не могу уйти без сына.
— Какая ты глупая, — скептически заметила кошка. — Не зря ты оказалась в такой ситуации. Тебе не жаль тащить младенца с собой неизвестно куда, но жаль оставить его здесь, в тепле и уюте. Этот дом находится под защитой очень древней и очень сложной магии. Любой маг, любой человек, наделённый даже каплей волшебства, будучи здесь, станет неуязвим ни для кого и ни для чего. Данте лучше остаться здесь.
— Тогда... тогда я тоже останусь, — промямлила Йоланда. — Если магия дома так сильна, как ты говоришь, значит, он сможет защитить всех, кто здесь находится.
— Я бы не была так в этом уверена, — повторила кошка. — В тебе нет волшебства, — с этими словами кошка спрыгнула с кресла и, зевнув, пошла к комнате, в которой спал Брухо.
Йоланда задумалась. Безусловно, это крайне глупо — слушать советы какой-то кошки, даже если она говорящая. Всё равно это кошка, а не человек и навряд-ли она способна дать мудрый совет.
С такими мыслями Йоланда вернулась в спальню. Покормила Данте и закутала его в одеяльце, на уголке которого было вышито имя мальчика. Но вдруг громкий треск разрезал тишину спящего дома. Йоланде со страху показалось, что это обвалилась крыша. Уложив Данте в колыбель, она бросилась в гостиную.
— Ах, боже мой! — вскрикнула Йоланда в ужасе — вся комната была объята пламенем. Пути к выходу оказались заблокированы: и дверь, и окна так обгорели, что вот-вот грозились рухнуть. Неужели об этой опасности и предупреждала волшебная кошка?
Йоланда понятия не имела, что ей делать в такой ситуации. Она огляделась по сторонам в поисках сосуда, в который можно было бы набрать воды. Взгляд её упал на тяжёлый графин, стоящий на полке неподалёку. Она цепко ухватила его, кинулась за водой, но обнаружила, что дверной проём исчез. Вместо него была гладкая стена. Меж тем, пламя уже перекинулось на мебель и ковёр.
Тщетно пометавшись и постучав в стену, Йоланда решила разбудить Брухо. Наверняка его колдовство способно потушить любой пожар. Но, надо полагать, дом вознамерился ей в этом помешать. Когда девушка добежала до места, где находился вход в спальню старика, она уткнулась в глухую стену.
— Помогите! На помощь! Горим!!! Мы горим!!!
Йоланде казалось, что в доме она совсем одна, все, все её бросили. Нет, она не может сдаться! Она должна что-то придумать!
Йоланда решила: единственный шанс на спасение — схватить Данте и вылезти вместе с ним в окно спальни. И девушка побежала в комнату. К счастью её спальня не была ещё охвачена ни дымом, ни огнём. Вот только Данте... Данте в колыбели не было. Зато по комнате ползала большая красно-жёлтая каскавела [1], легонько постукивая трещоткой об пол.
Йоланда вжалась в стену. В голову ей закралась мысль: эта тварь сожрала Данте! Но змея не могла так просто взять и проглотить ребёнка. Скорее всего, она бы его укусила или задушила, и, в этом случае, должен был остаться труп. Но его не было, как и следов крови. Младенец попросту испарился. Пока эти чудовищные фантазии метались в мозгу у Йоланды, каскавела свернулась кольцом возле двери, перегородив путь к отступлению.
По щекам Йоланды потекли слёзы от страха, главным образом за судьбу Данте. Собрав остатки храбрости, она доковыляла до окна и попыталась его открыть. И тут вдруг змея заговорила человеческим голосом:
— Зря-я стара-а-аешь-шь-ся. Дом т-те-е-ебя не вы-пус-с-тит.
— Кто ты? — Йоланда вся дрожала. — Откуда ты здесь взялась?
Щёлкнув трещоткой, змея в мгновение ока обратилась в чёрную кошку.
—