Оля кашлянула.
– Кхм, кхм… Вы пришли позже других.
– Верно.
– Платье очень красивое на вас было, похоже, жутко дорогое.
– Я старалась хорошо выглядеть.
– Вам удалось по полной программе! – заявила Коркина и добавила: – У вас фигура, как у молодой.
Я пропустила мимо ушей сомнительный комплимент, решив не зацикливаться на обидных словах «как у молодой», и поторопила девушку:
– Дальше.
– К вам подошла корреспондентка Светлана Сафонова. Она человек интеллигентный, гадостями не занимается, я не стала нервничать.
– Дальше.
– Сейчас, записи посмотрю.
– Записи? Вы о чем?
– Я фиксировала всех представителей СМИ, которые интересовались вами.
– Зачем?
– Как же иначе? Вы им мини-интервью давали, а я потом подходила, вручала визитку и просила сообщить, где и когда появится текст. Заводила контакты с прессой, это моя рабочая обязанность. Ага, вот. Слушайте. Сначала к вам подошла Светлана Сафонова, следом за ней Ирина Васильчикова. Она тоже очень милая и никогда грязи не льет. Потом к вам подрулил Ахмет Бозиев. Он сотрудничает с «желтыми» газетами, но, как ни странно, порядочный человек. И такой симпотный – глаза карие, волосы темные! Знаете, он по образованию ветеринар, я как-то пожаловалась, что моя кошка кашляет, и Ахмет…
– Оля, – перебила я Коркину, которой явно слишком понравился красавец-журналист, – вернемся к нашим баранам.
– Животных на тусне не было, – живо отреагировала Оля, – только собачка Дуся. Такая классная! Йоркширский терьер! Его хозяйка, Светлана…
– Оля! Я поговорила с Ахметом, и что было дальше?
– К вам подрулила камера с кабельного канала. Все шло чудесно.
– Я выглядела нормально?
– Супер, как девочка, все удивлялись!
Я подавила вздох. Думаю, еще больший эффект произвело бы мое появление с окладистой бородой на лице.
– Платье было шикарное, – вернулась к теме Оля, – но сумочку я не помню. Если честно, я ее вообще не заметила.
– Когда отъехала камера, чем я стала заниматься?
– Ну…
– Говори, – от нетерпения я перешла на «ты» с юной сотрудницей «Марко».
– Э… э…
– Оля! Мне необходимо восстановить события того вечера поминутно, только в этом случае я сумею найти сумочку.
– Телевизионщики ушли…
– Я уже это слышала!
– Вы… ну… в общем…
– Пожалуйста, не стесняйся, рассказывай.
– Виола Леонидовна, милая…
– Ленинидовна.
– Что?
– Мое отчество Ленинидовна. Оно немного странное, вот люди и путают.
– Ой, простите! – чуть не зарыдала Коркина.
– Ерунда, лучше обойтись без церемоний. Просто Виола!
– Вы такая милая, – залебезила Оля, – не то что Нестеренко. Вот противная, всего одну книжонку написала, а гонору!
– Камеру убрали и… – напирала я.
– Только не обижайтесь.
– Я не обидчива.
– Не расстраивайтесь.
– Оля!!! Немедленно отвечай, чем я занималась после телеинтервью!
– Вы же меня не выдадите?
– Нет!
– Ахмет суперски милый! Очень красивый! Он принес коктейль. Дико вкусный, с шампанским. Пошел в самую толпу и приволок бокал. Нам на работе пить нельзя…
– Понятно.
– Вообще-то я не увлекаюсь алкоголем.
– Так.
– Чуть-чуть хлебнула.
– Ладно.
– И с Ахметом поболтала. Он симпотный и ветеринар в прошлом, а моя кошка кашляет…
– Я уже слышала трагическую историю про мурку. Чем я занималась?
– Извините, Виола, – захныкала Оля, – фишка по-дурацки легла. Я хлебнула коктейля, побеседовала с Ахметом. Понимаете, в мою обязанность входит наводить контакты с журналистами, но Ахмет такой душка…
– Понятно, – резюмировала я, – ты забыла про службу, увлеклась красивым парнем.
– Выпустила вас из виду на полчаса, не больше! – заплакала Коркина. – А потом Нестеренко, наша новая авторша… Слышали про нее?
– Нет.
– Издала в «Марко» одну книгу и звезду из себя зажигает, – начала самозабвенно сплетничать Коркина. – Ну чума! Нажралась водки и дала по морде парню из «Трепа». Вот уж когда я перепугалась! Кинулась скандал гасить… Спасибо, Ахмет мне помог. Он такой замечательный!
– А я что делала?
– Не знаю! Я не смотрела на вас.
– Ясненько.
– Виола! Дорогая! Ну зачем за вами постоянно следить? Ничего ужасного вы не делаете. Тихо беседуете, журналистам не хамите, на столе не пляшете, на шею мужикам не бросаетесь… Вот я и сосредоточила свое внимание на Нестеренко. Та жуткая скандалистка!
– Уходила я тоже незаметно?
– Угу.
– Одна?
– Не помню.
– Не видела?
– Да. Вернее, нет. То есть да!
– А кто со мной беседовал, кроме корреспондентов?
– Так куча народа на тусне толпилась! А мне велено только писак отслеживать.
– Спасибо, – вздохнула я.
– Вы обиделись?
– Нет.
– Не нажалуетесь на меня?
– Спи спокойно! Мне и в голову не придет стучать.
– Ой, спасибочки.
– До свидания.
– Если вдруг вспомню чего про сумку, сразу позвоню! – пообещала глупышка.
– Буду благодарна.
– Вы супер! – взвизгнула Коркина и отсоединилась.
Я отшвырнула трубку. Было глупо рассчитывать на то, что девица зафиксировала в памяти все передвижения писательницы Виоловой. Коркина присматривала сразу за несколькими подопечными, да еще ей, как на грех, подвернулся симпатичный Ахмет.
Ладно, сейчас я попытаюсь заснуть, а завтра с утра пораньше поеду в поселок Рокот и выясню, чт спрятано в мешке, зарытом под газонокосилкой. Ситуация похожа на бред сумасшедшего, но мне отчего-то не по себе. Если уж совсем честно, испугалась. Надо же, я совершенно не помню, как добралась в тот вечер домой, когда ушла из ресторана и прочее! И спросить не у кого. На тусовке было неимоверное количество народа, и все они, само собой разумеется, сильно выпили. Я хоть и ношу гордое звание писательницы, пока не принадлежу к категории звезд первой величины, добрая половина гостей не знает меня в лицо. Вот окажись на празднике у Бустиновой Смолякова, с той бы все не сводили глаз.
Я налила себе чашку чая и стала класть в нее варенье – одну ложку, вторую… Очень люблю варенье, способна съесть целую банку и не поморщиться. Интересно, правда ли то, что сказала Вера Туманова? Неужели хозяева «Марко» решили вложить деньги в Арину Виолову?
Внезапно у меня закружилась голова. Если девочка не солгала, то я имею шанс стать яркой звездой на книжном небосклоне.
Я подняла чашку, поднесла ее к губам, отхлебнула малую толику и сморщилась – слишком сладко даже для меня. Ну и ну, мечтая о невероятной славе, я забабахала в кружку чуть ли не все содержимое банки! Вилка, приди в себя и попытайся быстренько разобраться в ситуации. Сейчас тебе может повредить любой, даже самый скромный скандал, а уж если ты окажешься в центре истории с убийством,