— Госпожа, — заволновался кочевник, — спрячьте лучше свое оружие. Сурабая — мирный город. Здесь и драконов-то не бывало уже лет тридцать. Обнажать оружие у нас запрещено.
— Вот как? — проворковала Франсуаз. — Хочешь, я могу его убрать. В твой кадык.
Человек испугался не на шутку и был явно готов пересмотреть свою точку зрения. С трусами всегда так.
Франсуаз развернула его и пнула сапогом пониже спины.
— Проваливай, — бросила она. — А теперь, Майкл, к вопросу о моих деньгах.
Она двинулась ко мне, отчего-то позабыв вернуть на пояс кинжал. Уверен, просто по оплошности.
За углом раздались шаги. Франсуаз развернулась, и в ее руке вырос меч.
Незнакомцев было четверо. Первый из них был одет богато и торжественно, что выдавало в нем сановника — может быть, даже городского советника. Трое других были в доспехах, за плечами у них висело оружие. Без сомнения, это были охранники.
Увидев стражу, я отчего-то не почувствовал себя в безопасности. Наверное, у меня проблемы с доверием к людям.
— Да? — мрачно осведомилась Франсуаз.
— В первый раз вижу эту женщину, — поспешно сообщил я. — Вообще-то, она пыталась на меня напасть. Арестуйте ее.
Сановник выступил вперед. Это было хорошим знаком — желай он развязать войну, прятался бы за спинами солдат.
— Меня зовут Джиованни Баркальдо, — произнес он с таким видом, словно я по меньшей мере три часа слезно умолял его представиться. — Я член городского Совета.
— Обычно я не нуждаюсь в советах, — ответил я. — Но все равно очень приятно.
Баркальдо улыбнулся — было видно, что он ждал от меня именно такой реакции. Скверно, когда становишься предсказуемым.
— Мы много слышали о вас, мистер Амбрустер, — произнес он.
— По большей части из свитков «Разыскивается за кражу», — пробормотала Франсуаз.
— Мы гордимся тем, что такой известный человек посетил наш скромный город, — продолжал сановник. — Может быть, вы не откажете городскому Совету в небольшой помощи. Мы столкнулись с небольшой проблемой, решить которую может только человек с вашими способностями.
Он сиял, как начищенный чайник.
Если член городского Совета собирается нанять вора, значит, дело и вправду чересчур сложное. Политики сами в совершенстве умеют воровать и лгать.
Им платят именно за это.
— Можете не сомневаться, что город не поскупится на благодарность.
Я по-свойски толкнул Франсуаз в бок.
— Вот видишь, сестричка, — произнес я, — как все здорово складывается. Я получу деньги и дам тебе парочку монет.
Не то чтобы я сильно хотел заполучить эту девицу в спутницы. Но если уж поблизости оказалась пара рук, способных владеть мечом, то они могут сделать и что-нибудь полезное. Например, охранять меня.
5
— И еще, — произнес я, — мне бы хотелось, чтобы были забыты… те досадные недоразумения, которые случались иногда со мной в городе и окрестностях.
Повозка, запряженная ездовыми ограми, катила по мостовой. Маливан Баркальдо источал столько меда, что я побаивался, как бы в нем не захлебнуться. Стражники ехали впереди экипажа.
— Все это будет забыто, — пообещал сановник.
Карета остановилась раньше, чем я мог ожидать. Я полагал, что мы направляемся в пригороды Сурабаи, где возвышаются особняки сановников и богатых торговцев.
Дом, выросший перед нами, был чересчур мрачен, чтобы служить резиденцией городского советника. Маленький садик вокруг него имел чахлый вид — надо думать, так действовали на растения эти темные стены. Черная решетка забора щерилась острыми наконечниками. Она была похожа и на клетку, и на западню.
Иными словами, мне здесь понравилось.
Мы вошли и оказались в небольшой прихожей. В лучшие времена здесь наверняка стоял дворецкий и принимал у гостей шляпы, плащи и оружие. Теперь здесь стоял только запах гнили.
— Вынужден попросить прощения, — лицо Баркальдо сморщилось в виноватой улыбке, — но вам необходимо сдать оружие. Уверяю вас, это всего лишь формальность… Вам предстоит встретиться с людьми, которые просто помешаны на мерах безопасности.
— Я не ношу оружия, — ответил я. — Я мирный человек, который никому не хочет вреда… Эй, оставьте мой пояс.
В ременных карманах я обычно ношу всякие полез-няшки — порции слезоточивого газа например.
— Мне действительно очень жаль, — сказал Баркальдо, — но пояс придется отдать. Конечно же, вы можете отказаться от нашего предложения, и тогда мы отвезем вас обратно.
Трое стражников снова окружили нас, заставляя задуматься: а не повезут ли нас обратно по кускам?
— Ну что же, — сказал я. — Пояс так пояс.
Ничего — ты мне еще за это заплатишь, бюрократ несчастный. Я терпеть не могу, когда мне пытаются ставить условия.
Франсуаз подчинилась на удивление легко. То есть удивиться мог бы лишь тот, кто ее плохо знал. Девушка отстегнула ножны с мечом, отдала пояс с сюрикенами и вынула из правого сапога кинжал.
Но самое страшное оружие, то есть она сама, осталось при ней.
Баркальдо обернулся — и я почувствовал, что страх стоит за его спиной и дергает за фалды.
Не один я чувствовал себя здесь неуютно.
— А теперь я должен покинуть вас, — сказал советник, слишком торопливо, чтобы мне не стало ясно — ему просто не терпится смыться. — Я должен был пригласить вас, я это сделал.
Он сделал несколько поспешных шагов к двери, остановился и взмахнул рукой.
— Когда закончите здесь, заходите к нам, в ратушу. Поболтаем и…
Он не придумал, чем еще мы можем заниматься в ратуше, и потому крутанулся волчком на месте и исчез за дверью.
— Последуем за ним? — спросила Франсуаз.
— Это было бы разумно… Но если уж они заинтересовались моей персоной, будет проще узнать, чего им надо. Не думаю, что они просто так от меня отстанут.
Словно в подтверждение моих слов, из-за спин стражников показался человек. Был он высок ростом, носил черные усы и почему-то не вызывал у меня доверия.
— Меня зовут Джонни Сан-Пауло, — сказал он, и я ему не поверил. — Идите за мной.
Дверь распахнулась с гостеприимством драконьей пасти. Изнутри пахнуло плесенью и гнилью. Ребята, которые так пеклись о безопасности, могли бы позаботиться и об уборке.
Холл растекался коридорами, и ни одним из них не пользовались уже давно. Сан-Пауло стал подниматься по широкой лестнице. Стражники шли за нами, и от этого становилось как-то неуютно.
Я повернулся, вглядываясь в туннели коридоров, и увидел его. Того, кто не должен был быть здесь. Я видел его мельком, долю секунды, — он стоял и смотрел на нас, уверенный, что заметить его нельзя.
Маленький мальчик, что водит трогательную дружбу с драконами. Мерзкий гаденыш, из-за которого нас едва не съели ночью на холмах.
Его лицо исчезло так же быстро, как и появилось, но я успел увидеть еще кое-что. Щеки его были чисто вымыты, а волосы прилежно расчесаны. Одежда, нарядная, выглядела аккуратно. Мальчишка не был беспризорным, нищим попрошайкой, которого голод погнал подбирать вещи людей, съеденных драконом.
Так что же он делал