???
Рубака
???
???
Наше появление можно было сравнить с прогулкой двух белых туристов в Гарлеме. Все разговоры стихли, а челюсти перестали тщательно работать. Причем, что интересно, Лиций приковал к себе даже больше внимания, чем я. Хорошо, что эту неловкую паузу нарушил сам хозяин.
– Говорят, ты разобрался с рахнаидами. Признаться, мы бы и сами справились, но уж очень много дел по управлению общиной.
Я сдержался, чтобы не ляпнуть чего лишнего. Видимо, попойки и были главным методом управления общиной. С другой стороны, в этом прослеживалась некая мудрость – если все работает, то не надо ничего трогать. Будет только хуже.
Вообще хозяин дома производил приятное впечатление. Крепкий, симпатичный, с внимательным умным взглядом. Если не брать во внимание его некоторую развязность, он мне понравился… бы. Именно тем «бы» стало пленение Рис, которое я простить не мог.
– Сколько вас было? – спросил правитель.
– Включая меня шестеро, сахем.
Что-то в моем ответе чрезвычайно рассмешило честную компанию, потому что все дружно загоготали. Да и сам хозяин улыбнулся и объяснил мою промашку.
– В Пургаторе нет сахемов. Редкие общины связаны между собой. Но обычно каждый сам за себя. Называй меня Пуль. Итак, давай не будем разводить пустые разговоры. У меня еще много дел. Где листок с поручениями?
– Я… Я его потерял.
– Или, скорее всего, у тебя его никогда не было. И ты лишь отнял мое время. Гай, проводи этого Игрока, он ошибся дверью.
Скала уже двинулся в нашу с Лицием сторону, поэтому пришлось говорить быстро.
– И тогда каждый узнает в общине, что с Пулем не надо иметь дело. Мелочь, но репутация будет подпорчена.
– У нас с тобой не было никакого договора.
– Но остальные не в курсе. Они знают, что ты дал поручение. Я его выполнил. За доказательствами дело не станет.
– Ты угрожаешь мне? Я могу сейчас же прихлопнуть тебя, как муху.
– Попробуй, – в одной руке мгновенно оказался кошкодер, а в другой нож, – только я тебе обещаю, что кто-то из твоих людей, а может и ты сам, погибнут. Я убил Царицу, а с парочкой из вас точно справлюсь.
Лиций, поняв, что дело пахнет керосином, изогнулся, сгруппировавшись для прыжка. Да и мордовороты Пуля вскочили, готовые к драке. Я смотрел на появившиеся мечи, длинный магический посох и арбалет, и уже начинал сомневаться. Особенно, когда правитель негромко произнес: «Взять».
Похоже, нас никто не собирался убивать. Сразу. Потому что арбалетный болт попал мне не в голову, а в ногу и вышел с обратной стороны. По ходу сломал кость, размолотив ее на множество осколков. Я чуть не ослеп от чудовищной боли, но все же самое главное сделать смог.
∞
Болт воткнулся в пол, потому что я успел увернуться. Почувствовал некоторое нарастающие жжение в ногах, от которого становилось неприятно. Стопы горели, словно я стоял на раскаленных углях. Повинуясь инстинктам, подпрыгнул на месте и весьма кстати. Потом что один из головорезов Пуля решил произвести ампутацию в полевых условиях рубящим ударом меча.
Думал даже выполнить контратаку, но тут получил эфесом сабли от другого мордоворота. Да что ж такое!
∞
Теперь я напоминал циркового акробата. Отскок, прыжок, вытянул руку кастанул Заморозку. И тот самый обидчик, что хотел начистить мне лицо немного замедлился.
Навык Изменений повышен до первого уровня.
Нет, до полного слоу-мо было далеко, но мне хватило, чтобы успеть не только переместиться, но даже зайти за спину первому негодяю. Тому самому недохирургу, что хотел лишить меня ног. Перехватил левой рукой шею, может и не профессионально, но как смог. Прижал к себе и поднес клинок к кадыку головореза.
– Пуль, останови своих парней, а то здесь будет много крови.
Не знаю, откуда во мне взялась эта безбашенная удаль. Но сейчас я и вправду был готов на все. Смерть Двуликого что-то во мне поменяла. Пусть я еще не в полной мере осознал это. Но Временщик, стоявший сейчас перед правителем общины, был совершенно другим человеком, чем Сережа-грузчик недельной давности.
Навык Убеждения повышен до шестого уровня.
Вы достигли седьмого уровня.
– Хватит, – поднял руку Пуль, – теперь отпусти Руфа.
– Сначала поклянись Игрой, что не причинишь мне и моему другу вреда.
Пуль усмехнулся, явно о чем-то размышляя, но произнес.
– Клянусь тебе, наглый незнакомец, убивший Царицу, что не причиню тебе и твоему грязному животному вред, если ты не нападешь первым. В этот раз.
Я хотел было поправить правителя, мол, Лиций никакое не животное. Хотя вел себя сейчас зверолюд не самым лучшим образом. Сидел на одном из телохранителей и скалил зубы в непосредственной близости от шеи. Да не успел. Сияние охватило Пуля – его клятва была принята. Я оттолкнул Руфа и сделал два шага назад к проходу. Одновременно приближаясь к зверолюду и собираясь в случае чего отступить.
– Я могу дать двести грамм, наглец, – произнес Пуль, – и ты уберешься отсюда навсегда. И не посмеешь даже вспоминать моего имени. А если вдруг начнешь болтать, то мои люди найдут тебя и убьют. Если вдруг решишь вернуться в Вирхорт, тебя убьют. Если вдруг…
– Я понял. Чихнул не так, меня убьют, – адреналин начинал уходить, а вместе с ним и смелость. Но я старался держать марку, – но мне не нужны деньги. У тебя моя знакомая. И я прощу твой долг взамен на нее.
Пуль не стал улыбаться или скромно хихикать, прикрыв рот рукой. Он натуральный образом заржал, как взрослый состоявшийся конь. А вместе с ним стали смеяться и мужики, еще минуту назад готовые растерзать меня, как приснопамятный тузик грелку.
– Всех денег Пургатора не хватит, чтобы заплатить за Рис, – вытирая слезы, ответил Пуль, – а через пару дней она навсегда станет моей.
– Что это значит?
– Понимаешь в чем дело, – к хозяину общины вновь вернулась его развязность, – мне была нужна одна вещица. И мы с красавицей Рис заключили сделку, чтобы она ее достала. И что же я вижу? Осталась всего два дня до первого цикла Синей луны, времени, когда договор должен быть исполнен, а ничего не изменилось!
– Как бы она тебе принесла эту вещицу, если ты держишь ее взаперти?
– Я бы с удовольствием отпустил Рис. Если, например, она бы поклялась, что вернется к концу срока. Но нет. Наша красавица горда… и глупа. Поэтому приходится ее держать рядом, чтобы потом не гадать, куда она сбежала.
– Имеет ли значение, кто должен достать эту вещь?
– Что ты имеешь в виду? – пристально посмотрел на меня Пуль.
– Если я принесу то, что тебе