— Передам. Что-то еще?
— Нет, теперь все. До связи, — торкленец улыбнулся, на миг обнажив ряд мелких синих зубов, и отключился.
Тайк некоторое время сверлила своим взглядом матовую поверхность экрана, затем шлепнула когтем по пластине эйпера.
— Гера, найди мне капитана, скажи, что его старый друг выслал посылку и ее скоро доставят.
Лифт, позвякивая и поскрипывая, начал свой неспешный бег, а Кир, скрестив руки на груди, оперся спиной о стенку, уперев свой невидящий взгляд в небольшое окошечко за которым то и дело менялись цифры проезжаемых уровней. Казалось, что лифт идет наверх, однако на самом деле это ощущение было обманчиво. Космическая станция «Темклат», зависшая на орбите белого карлика, напоминала огромный темно-серый цилиндр, снабженный полупрозрачными крыльями солнечных батарей, внешняя сторона которого была покрыта причудливыми наростами различных надстроек, а внутренняя щерилась «клыками» причальных платформ, приткнувшихся между горбами энергореакторов. Так что, по сути, кабина никуда не поднималась, а словно дрессированная белка мчалась внутри бесконечного колеса лифтовой шахты пронизывающей все двадцать уровней станции.
На одном из уровней лифт замер и в него ввалилась шумная компания космиков, в форменных комбинезонах. Заметив Кира, они дружно отдали честь и больше не обращали на него внимания, обсуждая последние станционные новости. Кирилл некоторое время растерянно прислушивался к их разговору, затем прикрыл глаза, погрузившись в собственные размышления.
Все последние годы он гонялся за «Незримыми» — таинственными чужаками, которых Лайпида подозревал во многих проблемах то тут, то там сваливающихся на головы жителей Федерации, но те хоть на шаг, но постоянно были впереди. В результате в расставляемые сети попадали лишь рядовые исполнители, которые знали не так уж и много, но, тем не менее, постепенно образ таинственного противника и его замысел начинал приобретать все более явные очертания. Все было просто: враг стремился внести разлад в ряды союзников, раздробить Федерацию, заставить ее членов перегрызться друг с другом, чтобы потом единым ударом покончить с обломками ее былого могущества. Нечто подобное много веков назад пережила дайтанская цивилизация, построившая огромную космическую империю, в состав которой входили тысячи планетарных систем отстоящих друг от друга на сотни световых лет. При помощи системы порталов мгновенного перемещения жители этой империи могли без труда добраться в любую ее точку за считанные дни, о ее могуществе до сих пор слагали легенды и, тем не менее, на нынешний день от нее остались лишь воспоминания да разбросанные по галактике артефакты. Потомки ж некогда великого народа деградировали, откатились к уровню средневековья и уже не помнят о былом величии. По мнению Лайпиды Торкленской Федерации была уготовлена подобная участь, ибо в данный момент времени они столкнулись как раз с той самой силой, что стояла за гибелью Дайтанской Империи.
В эту теорию Кирилл не верил, считая ее слишком невероятной, однако во всем помогал Лайпиде, так как таинственный чужаки явно имели по отношению к нему какой-то интерес. Все первые годы своего пребывания, что на Энгмаре, что в Федерации они незримой тенью стояли за спиной, преследовали, явно пытались заставить его пойти по нужной им дороге, а когда это не получилось, решили избавиться. К счастью их план провалился, однако именно из-за этого странного внимания «незримых» к его персоне капитану Кир Керку пришлось исчезнуть, уступив место Керн Тар Кейтану — танийцу, жителю одной из окраинных планет Федерации. Внешне представители этой расы были похожи на землян, однако из-за своего особого строения глаз не переносили обычный дневной свет, поэтому вне своего мира в основном носили специальные маски больше похожие на широкие темные очки. Собственно говоря, именно этой особенностью и был обусловлен выбор его новой личины, так как какие-либо кардинальные пластические изменения Кир в свою внешность вносить не хотел. А так, маска, мешковатые одежды и грим помогали скрыть от глаз любопытствующих все внешние отличия.
Только вот…только вот в очередной раз сменив личину, он так и не смог изменить себя.
И хотя говорят, что человек такое существо, которое постепенно привыкает ко всему, видимо он был не из таких. Физически он был здесь, а его душа, все его желания остались там, на небольшой голубой планете в системе желтого карлика под названием Солнце. Больше четверти века он провел среди чужих звезд, среди чужого народа, но так до конца и не привык к течению местной жизни, не стал своим, даже для тех, с кем все это время работал буквально бок о бок. Рен, Намар, Ай, профессор — его бывшая команда, его немногочисленные друзья в этом мире, затерялись где-то в прошлом, их дороги разошлись, осталась лишь Тайк… Кирилл вздохнул. Авайт прав, проблемы этого мира не трогают его сердце, — ему все равно. Больше пяти стат-лет он потратил на погоню за «незримыми» в надежде, что это поможет ему отыскать дорогу домой, но с каждым годом эта надежда все больше и больше таяла, пока не превратилась в разочарование. В результате: слишком часто он стал допускать ошибки, слишком часто стал рисковать жизнями других разумников, слишком часто стал действовать наобум… А затем последовал провал операции на Гертрокке, десятки убитых агентов СиБЭЗ и обвинение в пособничестве «незримым». Тогда Лайпида встал на его сторону и, надавив на нужные ниточки, все же добился для него оправдательного приговора, вот только теперь путь в центральные секторы энвок-зоны ему был заказан. В сложившейся ситуации обвинение чужака, пусть и являющегося сотрудником СиБЭЗа, было выгодно многим высоким чинам. Нужен был эдакий «козел отпущения», на которого можно было свалить всю вину за свои просчеты и поэтому когда ему удалось избежать наказания, слишком уж много влиятельных разумников осталось недовольно таким исходом дела. Нет, его новое назначение, единственное верное решение. Сектор Трента — ничейная территория, буферная зона отделяющая Федерацию от Империи, мекка для проходимцев и изгоев различных мастей, самое подходящее место для такого как он, его новое пристанище.
Дверь натужно заскрипела раздвигаемая невидимыми моторчиками, заставив Кира приоткрыть один глаз и проводить взглядом покидающую кабину компанию. Судя по цифре на стене, лифт добрался до пятого уровня, а значит его следующий. Нужно было прекращать хандрить. Кирилл мотнул головой, отгоняя упорно лезущие в голову мрачные мысли и, поправив маску, шагнул к двери.
Эокер захлопнул технологический лючок и, вытерев руки тряпкой от остатков токопроводящей пасты, повернулся к все еще копающемуся за соседней панелью напарнику.
— Рик, я закончил.
— Я тоже почти все, — ответил тот, не отрывая взгляд от небольшого приборчика, на экране которого плясали разноцветные линии. — Сейчас докалибрую тристер и можно отправляться.
Эокер кивнул и принялся неторопливо собирать разбросанный на полу инструмент. Закончив