— Не уверен, что ваша жизнь будет длинней: тайна Укуса Розы известна только внешнему кругу королевской семьи, внешнему кругу Розы. — Льер Датим недовольно хмурился, оглядывая друзей.
— Это логично. — Ладар спокойно кивнул. — Такое поощрение было названо, и маленький лечебный секрет, знание которого убивает, прекрасно подтвердил, что короли не бросают слов на ветер. — Мне удалось нейтрализовать ее действие: да, вы не можете похвастать сколь-нибудь существенным повышением сил и скорости, но и ранняя смерть вам не грозит. И не нужно меня благодарить: основная заслуга тут его величества короля Родерика. Он умеет делать верно даже самые безнадежные ставки.
— Хватит болтать лишнее. — На плечо Ладара легла рука Ируга и надавила сильно и мощно, обрывая поток горячечных слов. — Уважаемый льер Датим, каковы теперь наши обязанности?
— Дайте подумать… — Глава разведки походил по поляне, небрежными ударами раскидывая начавшие чернеть лианы роз-кровососок. — Значит, так, особое подразделение, подчиненное непосредственно королю. Нет, рангом ниже тут не получится, дабы без его разрешения никто не мог задать вам вопрос на официальной основе. Это самое понятное и простое. Теперь попробуем угадать место дислокации и образ действий.
— Замок Кренеры, Звездная скала. — Вак внимательно изучал оставшийся в руках шип. Умный гном сразу понял, что попасть в родные подземелья ему уже не светит. — Этот замок защищен от любого магического и ментального воздействия. Ну а если кто-то захочет нас навестить… Добро пожаловать! — Гном зло усмехнулся. — Детище подгорного народа способно постоять за себя.
— Ты сможешь проникнуть в него? — Ируг с удивлением смотрел на понурого гнома.
— А что тут уметь? — Вакенши угрюмо смотрел в пол. — Изделие подгорного народа всегда готово подчиниться своим создателям.
Айяр присвистнул.
— Интересно все складывается у Родерика! Древнейшая скала, способная остановить любого архимага, и даже их малый круг, равнодушная к усилиям метателей, на которую давно уже махнули рукой все людские, да и не только людские, правители поверхности земли. Гномья гордость, скала Кренера, называемая за глаза «Клыком земли», в одночасье вдруг оказывается в его косвенном подчинении.
— Пусть и не надеется! — Вак сделал неприличный жест куда-то в сторону захлопнувшегося портала. — Кренера никогда не подчинится людям! Вы там будете только гостями, а клык земли еще дождется своего часа, чтобы сомкнуться на горле врага, посмевшего впиться в земные недра.
— Ладно, о ней вы мне расскажете потом, все равно я ничего не слышал о гномьих замках. — Ладар устало прикрыл глаза. — Главное, никто не против устроиться там, надолго и с комфортом. Осталось решить вопрос: как? И можно праздновать.
Датим задумчиво оглядел валявшихся на земле штрафников и еле заметно улыбнулся.
— Праздновать хотите? Это где, в лазарете? В ближайшие дни вам прописан покой и усиленное питание под руководством уважаемого льера Гинаши. А на последний вопрос вам даст ответ этот самый главный задохлик, имеющий собственные секреты с его величеством королем Родериком Пятым. Думаю, вы будете мотаться по передовым, изучая возможности вражеской обороны. Не знаю, в чем именно он углядел слабину противника, пока никто из магов ничего не нашел, но круг розы ему верит.
Река была большой. Глубокой, полноводной, лениво и могуче несущей свои воды в дальние моря. Многие архимаги стремились развернуть, использовать ее силу в своих, непонятных воде, целях. Река просто не замечала их усилий. Игнорируя потуги жалких смертных, она была стихией — могучей и равнодушной ко всему, кроме собственного пути. Но однажды и ей пришлось потесниться. Огромный, одинокий утес встал на ее пути, напрочь игнорируя чужие устремления. О, как ярились волны, разбиваясь о клыки-скалы! Но время шло, упрямец утес продолжал перегораживать реку, смирившуюся до поры и проложившую русла с двух сторон каменного гостя. Сила воды была достаточно мудрой, чтобы отступить, не уйдя: она знала, что последнее слово всегда остается за самым… не сильным, скорее терпеливым. Вот только подземные Гленды могли поспорить терпением даже со стихией.
Замок Кренеры больше походил на одинокий утес, вздымающийся над озером, в который превратилась недовольная препятствием река. То, что эти вздымающиеся до уровня горных вершин скалы рукотворны, можно было понять только по двум мостам, с разных сторон реки подходящим к двум вертикально стоящим стенам скалы, стенам без всякого намека на хотя бы какой-то вход.
Нетерпеливые люди не раз пробовали пробиться сквозь породу: но магия непонятным образом отталкивалась от камня-исполина, а киркой… киркой по необычайно жесткой породе много не накопаешь. Помучившись год-другой, люди отступились, и скала в очередной раз показала свою силу: за одну ночь все следы многолетних попыток пробиться вглубь сквозь преграду исчезли, словно земля сама затянула раны.
И вот теперь каким-то штрафникам предлагают если не изучить, то хотя бы прикоснуться к тайне подземного народа!
Вакенши настоял, чтобы шли ночью. Никого чужого: даже льер Датим, ворча, остался у края моста, ведущего к черной громаде замка. На всех были навьючены рюкзаки со всевозможным снаряжением: оружие, книги, карты, магические инструменты. Как будет работать людская магия в сердце совершенно чуждой людям цитадели, упорно отрицающей любую магию, и почему в ней не нужны продукты, хитрый гном отвечать отказался наотрез. Зато все остальное брал по максимуму: кончилось тем, что он запряг себя в небольшую телегу, с тщательно смазанными осями, покрытой темным тентом, чтобы не привлекать внимания, но по-гномьему основательной и вместительной. Мост шел постоянно вверх, Вак пыхтел, однако упрямо тянул свою поклажу. Ируг и Айяр, нагруженные внушительными вещмешками, старательно подталкивали повозку сзади, и лишь Ладару оставалось только скрипеть зубами: без рук особо много на себя не навьючишь. Небольшая котомка, тщательно примотанная не к плечам даже — к туловищу. Тело, стараниями мастера лечебной магии, требовало нагрузки, но как дать ее без рук? Сразу всплыл озабоченный голос Гинаши, рассуждающий о строениях тел. Голос, напомнивший ему Дирила, любившего порассуждать о той или иной проблеме:
— Я много изучал строение различных существ, населяющих этот мир. Трудно судить, является ли возможность регенерации признаком совершенства: в конце концов, ей обладают и мелкие рептилии, и членистоногие. Думаю, это особенное свойство организма возникло у существ, поставленных на самой грани существования. Тех, кому пришлось сложнее всех. В любом случае люди, пришедшие в этот мир далеко не первой расой, эту способность не получили. Лучшие умы пробовали решить эту проблему. Казалось бы, ответ лежит на поверхности: использовать чужие тела! Наверняка в своем стремлении стать нормальным вы не пройдете мимо такой возможности. Более того, я даже верю, найдется негодяй или неуч,