А ведь плотские утехи были для Джеффри не в новинку. Он спал со многими девицами, и ни одна из них не осталась неудовлетворенной. Но Ребекка казалась другой, пусть и не могла быть невинной. Невинная девушка не целовалась бы так. Дьявол, если бы он вошел вместе с ней в ее комнату, она отдалась бы ему до конца. Так что же его остановило?
За минуту до этого глаза Бекки были чисты и невинны, а уже в следующее мгновение потемнели от страсти. Она казалась такой ранимой… О чем она говорила вчера вечером со своим отцом? Он явно огорчил ее. Не важно. Джеффри спросил себя: переспав с ней, смог бы он потом уехать как ни в чем не бывало? Эта мысль заставила его напрячься. Похоже, эта девушка запала ему в душу.
А этого Джеффри не мог себе позволить.
Беннетт сказал ему, что еще даже не брался за колесо (очевидно, в точности следуя указаниям врача), и Джеффри вернулся в трактир. Усевшись в мягкое кресло в своей комнате, он вновь задумался о встрече с поверенными. В бухгалтерских книгах явно что-то не сходилось. Джеффри платил мастеровым за ремонт в своем поместье и, хоть и не был так уж хорошо знаком с этими работниками, отчетливо видел, что последние несколько месяцев деньги словно растворялись в воздухе. Поверенные снова и снова изучали учетные книги, ища оплошность. У Джеффри не было причин им не доверять, ведь их контора пользовалась уважением и сотрудничала с его семьей уже несколько поколений. Встав, Джеффри подошел к окну.
Из его комнаты открывался прекрасный вид на раскинувшиеся за конюшней пологие холмы. Возможно, эта поездка поможет ему собраться с мыслями… Внезапно внимание Джеффри привлекло что-то, промелькнувшее у него перед глазами подобно молнии. Это была Бекка, мчавшаяся на коне во весь опор. Она скакала с непокрытой головой. На девушке была зеленая амазонка, прекрасные распущенные волосы развевались за спиной. У Джеффри перехватило дыхание. Несясь галопом по ярко-зеленому склону на своей вороной кобылке, Ребекка казалась такой свободной, такой прекрасной…
У Джеффри защемило сердце.
– А, к черту! – произнес он и, отвернувшись от окна, спустился в зал для гостей.
Взяв книгу, выбранную вчера, Джеффри принялся за чтение. Так он и сидел в тишине, пока до его слуха не донеслись мужские голоса.
– Я выдам ее замуж, Питер. Скоро. За мужчину, которого выберу сам.
– Ребекка не захочет выходить за старика, которого ты ей выберешь, Томас. Подумай о девчонке.
– О ней-то я и думаю. Ее мать не хотела бы, чтобы она осталась здесь, в трактире. Иногда я раскаиваюсь… А, забудь.
– За кого же ты хочешь ее выдать? – спросил Питер.
К сожалению, их голоса стали удаляться, и ответ Томаса заглушил звук шагов и скрип закрывающейся двери – судя по всему, мужчины вошли в кабинет.
Почему Кингсли так торопился выдать замуж свою дочь? Ребекка – красивая девушка, и у нее наверняка много ухажеров. И что имел в виду Питер, говоря о старике? Впрочем, Джеффри выбросил эту мысль из головы.
Не лезь не в свое дело. Ему и без того хватало проблем. Через несколько дней он уедет. С глаз долой – из сердца вон.
Вот только Джеффри сомневался, что все будет именно так. Он покачал головой. Он не позволит себе потерять голову из-за хорошенького личика, особенно после того, что случилось у них с Патрисией четыре года тому назад… Они были уже обручены, когда Джеффри застал ее в постели со своим младшим братом. По всей видимости, Патрисия изменяла ему несколько месяцев, поскольку уже носила ребенка от Джона. После спешно организованного венчания Джеффри выделил Джону и Патрисии комнаты в крыле фамильного особняка. И с тех пор всячески их избегал.
После этого случая Джеффри просто брал то, что ему предлагали, не давая никаких обещаний. Так будет и с Ребеккой Кингсли. Она пробуждала в нем желание заботиться и оберегать, а ведь Джеффри поклялся себе похоронить его навсегда.
На следующее утро он опять нанял двуколку. Джеффри отправил матери письмо, в котором сообщал, что задержится, после чего вновь забрался в двуколку и хотел уже вернуться в трактир, однако, заметив Ребекку, выходившую из магазина, изменил свое решение. На ней было зеленое платье и соломенная шляпка с красивым бантом. Кружевной корсаж выгодно подчеркивал фигуру. И как ей удавалось выглядеть одновременно такой невинной и такой соблазнительной?
Джеффри остановился рядом с ней и спрыгнул с двуколки. Внимание Ребекки было сосредоточено на корзине, которую она несла в руках, и девушка едва не врезалась в него. Бормоча извинения, Ребекка подняла взгляд. Ее глаза расширились.
– Здравствуй, Бекка, – сказал Джеффри.
Девушка отвела глаза.
– Здравствуй, Джеффри, – тихо ответила она.
– Ты одна?
– Одна. Из трактира не могут одновременно отлучаться две служанки. Мой отец велел одному из конюхов отвезти меня сюда. Он вернется примерно через час.
– О, – произнес Джеффри. Похоже, Ребекка была необычной во всем. – А что в корзине? – спросил он, приподнимая полотенце, которым она была накрыта.
Внутри лежали сочные фрукты, твердый сыр и свежий хлеб – видимо, только что из пекарни.
– Мне нужно было купить кое-что на рынке.
– Похоже, у тебя есть все, что нужно для хорошего пикника, – многозначительно сказал Джеффри.
Ребекка покачала головой:
– О нет. Это для трактира.
Она продолжила путь, и Джеффри зашагал рядом с ней.
– Ну, – начал он, – похоже, пообедать мне сегодня не удастся. Могу я купить у тебя что-нибудь, чтобы не умереть с голоду?
Ребекка остановилась и улыбнулась ему. Ее улыбка была одновременно милой и насмешливой.
– Ты не похож на человека, который проголодался.
– Но я и правда голоден, – настаивал Джеффри. – Прошу, смилуйся надо мной, дорогая Бекка!
Она звонко рассмеялась:
– Ладно. Можешь у меня что-нибудь купить.
Джеффри начал с преувеличенным интересом изучать содержимое корзины. Затем почесал подбородок.
– Не знаю. В этой корзине нет того, чего мне хочется на самом деле.
– И что же это? – спросила Ребекка с невинным видом.
Взглянув на нее, Джеффри ощутил сильное желание. Он заставил себя улыбнуться.
– Ты. Не разделишь со мной трапезу?
– Мне не следует этого делать.
– Я компенсирую все, что мы съедим. – Джеффри прижал руку к груди. – Слово джентльмена.
Ребекка подняла взгляд. Должно быть, ему удалось скрыть свои низменные желания: она разглядела на его лице лишь голод. Девушка кивнула:
– Ладно. С превеликим удовольствием.
Джеффри взял у нее корзину и вернулся к двуколке. Достав из-под сиденья лежавшую там попону, он взял Ребекку под руку и повел ее к пастбищу, расположенному неподалеку.
Оно было покрыто густой зеленой