— Там чертовски холодно! — воскликнул Уоллес.
— Конечно, холодно. Иначе это был бы летний карнавал. Победитель конкурса получит… месяц бесплатных завтраков.
Стюарт с Уоллесом пожали плечами — хороший знак. Малышка запрыгала на сиденье, как попкорн на сковороде. Только мужчина остался безучастным. Когда остальные поспешили на улицу, Эдди подошла к его столику.
— Послушайте, — опередил ее бизнесмен, — я не хочу лепить снеговиков, понятно? Я пришел сюда только для того, чтобы позавтракать.
— А мы сейчас не обслуживаем клиентов. Мы лепим снеговиков.
Эдди подарила ему свою самую очаровательную улыбку.
Посетитель, похоже, растерялся. Он швырнул на стол деньги, взял свою куртку и ноутбук и поднялся.
— Вы все чокнутые!
Эдди посмотрела ему вслед.
— Да, — пробормотала она. — Так и говорят.
На улице Стюарт с Уоллесом, обмотавшись шарфами, сооружали огромного броненосца. Делайла вылепила из снега курочку, ножку ягненка и вьющуюся фасоль. Малышка, которую запихнули в зимний комбинезон серого цвета, лежала на спине, изображая ангела. Однажды Хло спросила: «Небеса выше или ниже того места, откуда падает снег?»
— Тебе чертовски повезло, — сказала Делайла, обращаясь к Эдди. — А если бы не было снега?
— Когда это у нас в марте не было снега? Кроме того, разве это называется «повезло»? «Повезло» — это если бы мастер пришел вчера.
Эдди как будто напророчила. Раздался мужской голос:
— Есть кто-нибудь?
— Мы здесь, на заднем дворе.
Эдди расстроилась, увидев вместо мастера по ремонту холодильников молодого полицейского. Тот как раз показался из-за угла.
— Привет, Оррен! Пришел выпить кофейку?
— Да нет, Эдди. Я тут по работе.
Эдди растерялась. Неужели бухгалтер уже успел донести в отдел здравоохранения? Но разве полицейский обладает достаточными полномочиями, чтобы заставить ее закрыть заведение? Не успела она высказать свои сомнения вслух, как полицейский продолжил:
— Речь идет о твоем отце, — покраснев, объяснил он. — Его арестовали.
Эдди с такой скоростью влетела в полицейский участок, что чуть не снесла двойные двери с петель. За ней ворвался морозный воздух.
— Святые угодники! — воскликнул дежурный сержант. — Надеюсь, Куртманш хорошо спрятался.
— Где он? — требовательно спросила Эдди.
— Дай угадаю. Наверное, укрылся в мужском туалете, в кабинке. Или просочился через пустые шкафчики в дежурку. — Сержант почесал подбородок. — Представь, я однажды спрятался в багажнике полицейской машины, когда моя жена вышла на тропу войны.
— Я имела в виду не офицера Куртманша, — сквозь зубы сказала Эдди, — а своего отца.
— А-а, Рой в обезьяннике. — Он поморщился, как будто что-то вспомнил. — Но если ты хочешь, чтобы его освободили, все равно придется побеседовать с Уэсом, поскольку это он его арестовал. — Дежурный снял трубку. — Присядь, Эдди. Я скажу, когда Уэс освободится.
Эдди нахмурилась.
— Уверена, я и сама узнаю. Скунса слышно по запаху, даже когда его еще не видно.
— Зачем же, Эдди, говорить так о человеке, который спас жизнь твоему отцу?
В синей форме полицейского, со значком, сверкающим, словно третий глаз, Уэс Куртманш был довольно красив, и женщины в городке Сейлем-Фоллз втайне мечтали о том, чтобы совершить какое-нибудь преступление и привлечь к себе его внимание. Однако Эдди лишь мельком взглянула на него и подумала — уже не в первый раз! — что некоторые мужчины должны рождаться с определенным сроком годности.
— По-твоему, арестовать шестидесятипятилетнего старика означает спасти ему жизнь? — гневно спросила Эдди.
Уэс взял ее за локоть и неспешно повел по коридору, подальше от любопытных ушей и глаз дежурного сержанта.
— Твой отец опять сел пьяным за руль, Эдди.
Ее щеки запылали. Ни для кого в Сейлем-Фоллз не было секретом, что Рой Пибоди прикладывается к бутылке, но в прошлом месяце он зашел слишком далеко — врезался в памятник Джайлса Кори, богатого фермера, пострадавшего во время охоты пуритан на ведьм. Права у Роя отобрали. И Эдди, ради его же безопасности, избавилась от машины. Ее собственная «мазда» стояла у закусочной. На чем же он ездил?
Как будто прочитав ее мысли, Уэс сказал:
— Он ехал по аварийной полосе по дороге № 10 на газонокосилке.
— На газонокосилке? — переспросила Эдди. — Уэс, этот тарантас больше семи километров в час выдать не может.
— Тридцати. Но дело не в этом. Суть в том, что у него нет водительского удостоверения. А чтобы сесть за руль любого транспортного средства с мотором и ехать по улице, нужны права.
— Возможно, возникла крайняя необходимость…
— Похоже, что именно так и было, Эдди. Мы также изъяли у него непочатую литровую бутылку водки. — Уэс помолчал. — Он возвращался домой из ликеро-водочного магазина в Северном Хейверхилле. — Он увидел, что Эдди потерла виски. — Я могу тебе чем-нибудь помочь?
— Ты уже мне помог, Уэс! Черт, я имею в виду то, что ты арестовал человека, который решил прокатиться на газонокосилке. Тебя, разумеется, наградят Пурпурным сердцем. Или как-то еще отметят твои подвиги по защите общественной безопасности.
— Подожди секунду. Верно, я обеспечивал безопасность… но безопасность Роя. А если бы из-за поворота вылетел грузовик и переехал твоего отца? А если бы он уснул за рулем?
— Я могу его сейчас забрать?
Уэс задумчиво посмотрел на нее. Эдди показалось, что он копается у нее в мозгах, внимательно изучает одни мысли и отбрасывает в сторону другие. Она закрыла глаза.
— Конечно, — ответил Уэс. — Иди за мной.
Он провел ее по коридору в комнату в глубине полицейского участка. Здесь находился стол, за которым сидел еще один полицейский, стояла высокая стойка с чернильными подушечками для снятия отпечатков пальцев, а чуть дальше виднелись три крошечные камеры. Уэс коснулся ее плеча.
— Я не стану его регистрировать, Эдди.
— Да ты просто благодетель!
Он засмеялся и отошел. Она услышала, как заскрипела, открываясь, решетчатая дверь, как будто меч вытащили из ножен.
— Угадай, кто к тебе пришел, Рой.
Голос ее отца тек елеем, словно мед.
— Моя Маргарет?
— Боюсь, что нет. Маргарет умерла пять лет назад.
Они показались из-за угла. Уэс тащил ее отца на себе.
Рой Пибоди был красивым мужчиной: густые седые волосы, словно голубиное оперение, и голубые глаза, скрывающие какую-то тайну.
— Эдди! — обрадовался он, увидев дочь. — С днем рождения! Он бросился к ней. Эдди чуть не упала.
— Папа, прекрати. Я отвезу тебя домой.
Уэс засунул большой палец за ремень.
— Тебе помочь довести его до машины?
— Нет, спасибо. Мы сами справимся.
В эту секунду отец показался ей еще легче и невесомее, чем Хло. Они причудливыми зигзагами направились к выходу, словно участники забега среди трехногих.
Уэс придержал дверь.
— О черт, Эдди! Жаль, что пришлось потревожить тебя в день рождения.
Она даже не остановилась.
— Сегодня не мой день рождения, — ответила она, выводя отца из участка.
В половине седьмого утра Джиллиан Дункан зажгла спичку и нагрела над ней термометр, чтобы температура на градуснике забавила отца поверить, что она по-настоящему больна и не может идти в школу. Вместо этого она все утро провела в