Секунду техноведьма не шевелилась, а затем развернулась и поплыла во тьму, скрывавшую далекий вход в зал.
— Союзники Магистра войны – не слепцы, Малогарст. Тебе стоило бы… - Сота—Нул замешкалась, и у Малогарста возникло впечатление, что она пытается подобрать следующее слово. – Побеспокоиться.
— Я беспокоюсь… – прошептал он самому себе, слыша, как двери за ней закрылись. - Беспокоюсь.
Лайак
Трисагион и Мстительный дух встретились в бездне меж звездами, среди мертвых боевых кораблей. Эскадры боевых крейсеров окружали флагман Магистра войны с флангов. Сотни эсминцев и фрегатов двигались между ними, подобно мелкой рыбе вокруг левиафанов, их орудия были заряжены и готовы, а ауспекс–системы сканировали усыпанную осколками тьму.
Флот Несущих Слово приближался медленно, меньшие корабли шли в тесном строю, транслируя литании восхваления и молитв. Их орудия молчали, ауспексы и системы прицеливания отключены, пустотные щиты деактивированы.
Корабли Сынов Гора окружили их, идя так близко, что их залп ударил бы прежде, чем цели засекли бы его. Несущие Слово сохраняли прежний курс. Вихрь сигналов пронесся в пропасти между флотами. Были подтверждены идентификационные маркеры, осуществлены обмен и проверка шифров. Монотонный гул приветствия Несущих Слово проникал фоновым шумом в каждый вокс–сигнал.
«Неделимая слава. Слава Гору Луперкалю, возвышенному и высочайшему. Слава помазаннику Богов. Слава…»
Слова текли водопадом голосов.
Несущие Слово остановились в пятидесяти километрах от Мстительного Духа. Меньшие суда изменили позиции и выстроились в восьмиконечную звезду. Желтые огни двигателей вспыхнули по всему флоту, корабли полностью остановились.
Только «Трисагион» скользил вперед, как королева, оставившая позади свиту, чтобы приблизиться к трону императрицы. Сыны Гора держались в отдалении, позволив кораблю пройти без сопровождения. Турбины вспыхнули по всей длине его корпуса, с каждой вспышкой распыляя пепел тысяч рабов, загнанных в двигательные туннели, дабы благословить эту встречу своей смертью. Наконец, «Трисагион замер», нос к носу с Мстительным духом, их разделял чуть больше, чем километр. Так они зависли на некоторое время: два божества разрушения, схожие размером и силой, но мало чем иным.
Одинокая Грозовая птица вылетела из ангара на носу Трисагиона к «Мстительному Духу». Внутри ее корпуса, в красноватом мраке, сидел Зарду Лайак. Дрожащий воздух был наполнен молчанием. Сорок воинов его собственного Ордена Безмолвных находились на скамьях, их алая броня была присыпана пеплом. Восковые полоски со священными символами свисали с их наплечников. Это были Трижды Рожденные, избранные из тех, кем он командовал. Их отрезанные языки, заключенные в янтарь и нанизанные на шнуры, сплетенные из человеческих волос, свисали с их шей. Двое его рабов клинка, Кулнар и Хебек, сидели по обе стороны от Лайака, подобно статуям. Только черное железо и золотые рукояти мечей у них на поясе отличали их от всех остальных.
Лоргар стоял в дальнем конце кабины, склонив голову и закрыв глаза. Воздух вокруг него мерцал в такт его безмолвным молитвам.
Лайак почувствовал, как замедляется «Грозовая Птица», и увидел, как примарх поднимает голову и открывает глаза. Транспорт с лязгом содрогнулся, когда его посадочные опоры коснулись палубы. Лайак поднялся, и вместе с ним, как один, поднялись Безмолвные. С шипением опустилась передняя штурмовая рампа. Лоргар оглянулся через плечо.
— Боги ступают с нами, - сказал он.
— И в их воле наша сила.
Рампа полностью раскрылась. Лоргар сошел вниз, в открывающийся за ней свет.
Лайак следовал в десяти шагах позади, его посох постукивал в ритм его шагам. Его рабы и его братья шли следом.
Ангар был пуст, не считая «Грозовой Птицы» Лоргара; очертания огромного зала терялись в темноте. Это пространство было заполнено Сынами Гора, выстроившимися шеренгами и квадратами, алые линзы светились на фоне брони цвета морской волны. Над ними висели знамена, отмеченные немигающим Оком Гора, вытканным золотом, серебром и медью по черному. За ними стояли создания Механикум, сгорбленные, в темных одеждах, а еще дальше – смертные солдаты, тысячами, их лица скрадывали расстояние и темнота.
Взревел искусственный гром, когда собравшиеся воины, как один, обратили на себя внимание. Лоргар остановился и на одну–единственную секунду склонил голову.
Три воина Легиона стояли перед ними нестройной группой. Лайак знал каждого из них по внешнему виду и репутации: Фальк Кибре, угрожающий в обсидиановой броне типа Катафрактарий; Гор Аксиманд, чье содранное и пришитое заново лицо было похоже на маску; и в центре, Малогарст. Советник Магистра войны стоял, ссутулившись, под бронзовым посохом, увенчанным золотым Оком Гора. Испещренным символами зрением шлема–маски Лайак видел, как аура Малогарста идет рябью и колышется, точно рваный саван.
Шепоты зудели в ушах Лайака.
+Кхак’акаоз’кхишк’аками, К’тлашси’иссо’акшами, Бахк’гуранхи’агхками.+
Он видел жизненную силу, истекающую из советника, даже когда энергия душ клубилась вокруг него.
«Могуществен, - подумал Лайак. – Могуществен в любом смысле слова».
— Досточтимый лорд Аврелиан, - сказал Малогарст. Аксиманд и Кибре коротко наклонили головы. Лайак отметил неявную демонстрацию силы, власти и официоза. Скипетр в руке Малогарста обозначал, что тот в это мгновение представляет Гора. Он говорил голосом Магистра войны и, потому не выказывал подобострастия перед примархом Несущих Слово.
Лоргар улыбнулся.
— Малогарст и двое из Морниваля. Вы удостоили меня великой чести. – Слова были безмятежны, от них явственно исходила теплота искренности.
— Честь здесь для нас, - сказал Малогарст.
— Фронт Бета—Гармона прорван. Путь к Терре открыт, и торжество истины близко. Настал ваш час. Богам ведомы ваши имена, и по делам вашим вы подняты высоко.
Рубленая рана рта Аксиманда открылась, чтобы что–то сказать, но Малогарст опередил его.
— Здесь многое нужно обсудить. Прошу, позвольте нам проводить вас и ваших воинов.
— Благодарю. Ведите же, прошу.
Малогарст кивнул и повернулся. Лоргар зашагал с ним рядом. Аксиманд и Кибре следовали за ними рядом с Лайаком. Его двое рабов клинка держались позади, на расстоянии шага. Лайак почувствовал, как крючки на внутренней стороне маски глубже вонзаются в плоть, по мере того, как воины проходили все дальше внутрь Мстительного духа. Варп пронизывал его покои и залы. Он уже проник в кости самого корабля. Наполовину родившиеся демоны рыскали на краю поля зрения. Сами боги ступили на эти палубы, и теперь глядели из теней. Это было хорошо – будет проще посеять те семена, какие он должен.
— Надеюсь, мой брат сможет принять меня, как только разрешится то дело, что задерживает его, - небрежно заметил Лоргар, когда они вошли в один из главных магистральных туннелей корабля.
— Разумеется, - без запинки отозвался Малогарст.
Гул работающей силовой брони и тяжелый топот закованных в броню ног наполнил мгновение, что последовало за этой ложью.
— Если позволите, лорд Аврелиан, - прохрипел Малогарст. – Мы