— Мы сами виноваты, — сказала Лиолина. — Теперь дядя узнает, будет расспрашивать. Он заинтересуется. Спросит — расскажи ему все, как было.
— А надо? — удивился Ардай. — Может, не стоит больше никому об этом рассказывать, особенно твоему дяде?
Девушка покачала головой.
— Мой дядя — князь Дьян. И ему будет важно узнать, как ты… ну, заткнул нас за пояс с этой нашей шуткой. Ты это понимаешь?
— Заткнул за пояс? Хм. Да у меня душа ушла в пятки, если хочешь знать.
— Да. Это было необычно, — решительно повторила Лиолина. — Ты необычный парень, дровосек Кай Ир. Ты не дал дракону обратить в бегство твоего руха в ночном небе, а ведь нам и в голову не приходило раньше, что такое возможно. Ты спас меня от мага, а потом ты пришел биться с драконом. Еще ты — говорящий и повелевающий. Дяде будет очень важно узнать о тебе все это, а что касается нас… Он отходчив и не будет долго сердиться за шалости. Только вот что… — кажется, она смутилась.
— Что?
— Всего этого недостаточно для того, чтобы он стал тебе доверять. Не обижайся. Наберись терпения. Пройдет время, и ты получишь и свободу, и его доверие.
— Свободу? — уточнил Ардай, коснувшись ошейника.
— Да, свободу… чтобы стать своим среди нас, — быстро поправилась Лиолина. — Только так, Кай. Пойми, для тебя теперь возможна только такая свобода. Вернуться к прежней жизни ты больше не сможешь никогда.
— Почему?
Не то чтобы Ардай не догадывался, каков будет ответ. Но пусть она ответит.
Лиолина сказала:
— Потому что идя на бой с драконом, можно или победить, или погибнуть… для прежней жизни, для своих близких. Пути назад нет, это закон, который у нас не нарушают никогда. Но тебе проще, у тебя ведь нет близких, нет семьи? И ты почти наш по крови! Здесь замечательно. Ты полюбишь Содду, когда узнаешь ее ближе. Только наберись терпения.
— Лиолина, ты где? Лиолина! — позвала Мена откуда-то сверху.
— Спасибо, я тебя понял, — сказал Ардай. — Тебя зовут?
— Да, Кай. Мне пора, увидимся! — и она легко взбежала по крутой тропинке наверх, в кузнецов двор.
Чуть позже Ардай невольно услышал, чем это все закончилось для Криса.
— Шалим, значит, да? По ночам? Резвимся, да? Бедокурим? Делать нам нечего, да? — не говорил, а рычал кузнец. — Княжну, значит, на шалости подбиваем? А случись что, перед князем как оправдываться будем, а? Вот остолоп на мою голову!
— Да ничего бы не было, отец, сам ведь знаешь, — вяло отбивался Крис.
— Я знаю? Знаю, говоришь? Я знаю! — до ушей Ардая донесся звук оплеухи, и, почти сразу — еще одной. — Был уже об этом разговор? Был. Еще только раз — шкуры на заднице на оставлю, ясно, горе мое? А чтоб от безделья не дурел, завтра брата в кузне сменишь! Пусть погуляет, отдохнет, заслужил. Ясно тебе, дурья башка?
— Так князь же… так с князем же… — жалобно попытался возразить парень, но бас кузнеца перекрывал:
— Знаю, что князь. Князь спросит — я отвечу. В кузню, завтра, ясно? На неделю в кузню! Намаюсь я там с тобой, с остолопом чахлым, ну да ладно!
Вот так-то. Ардай подумал, что знал бы наперед, как оно выйдет — промолчал бы, или соврал что-нибудь. Что поделаешь, он и сам, бывало, делал то, чего ну вот никак нельзя… за что отец, имень Гай, тоже, пожалуй, захотел бы отсыпать ему не сахарных орехов, а другого кой-чего. Везло просто, не попадался.
Зато Крис Рай, младший сын кузнеца, летает на драконах.
* * *
Наконец-то, на шестой день своего заключения во дворе кузнеца, Ардай увидел князя. Странно, но князь даже чем-то напомнил ему отца, именя Гая — тоже высокий, широкоплечий, только волосы светлее, и одет он был так же просто, как отец всегда одевался в будни. Поскольку Ардая не пустил бы со двора его треклятый ошейник, князь явился сам. Пришел в кузню незадолго до заката, когда дневная работа вся была сделана, да и сил работать уже не осталось.
— Ну, что, как новый помощник, не жалуешься, старина Рай?
— Не жалуюсь, князь, — с готовностью отозвался кузнец. — Вовсе неплох, настолько, что даже не ожидал.
— Вот как, значит? — князь окинул его острым, внимательным взглядом. — Кто бы мог подумать, что к нам залетит настолько удивительная пташка.
В глазах князя Дьяна застыла синь ледяных зимних сумерек — так показалось Ардаю. Суровый, холодный, отстраненный. На Ардая он смотрел с некоторым недоумением, как на диковинное насекомое — да, вот именно так…
Дядя Лиолины Дьянны. А магу она, помнится, сказала — не близкий родственник…
— Мы с ним поладим, князь, — кузнец Рай встал рядом с Ардаем, засунув большие пальцы за широкий кожаный пояс. — Оставь его у меня. Все будет хорошо, князь.
Они уже второй день работали в кузне вместе — кузнец, Крис и Ардай. Талбот отправился к своей девушке в соседнюю деревню. У Ардая работа ладилась лучше, чем у Криса, да и дело оказалось нехитрым — бить молотом по наковальне, следя за легким молоточком в руках кузнеца. Очень скоро Ардай начал предугадывать движения кузнеца, и дело пошло еще лучше.
— Правда, что ли, раньше в кузне не работал? — удивлялся Имант Рай. — Надо же. Твое это дело, парень, захочешь — лучшим мастером будешь, такие тут наперечет!
Он похлопал Ардая по плечу, помял тугое плетение мышц под его рубахой, удовлетворенно крякнул.
— А ты жилистый. Видно, пришлось тебе в жизни поработать, парень. Нет, никуда тебя больше не пущу, так Дьяну и скажу. Будешь тут кузнечить. Девушку тебе сосватаем. Хочешь — тут, хочешь — там, у вас найдем. А?
Ардай в ответ лишь кивал и сдержанно улыбался. Эта сила, литые мышцы — от волшебного драконьего меча, и только.
На младшего сына кузнец посматривал, не скрывая досады. Крис с трудом ворочал тяжелый молот, и после первого дня работы мог бы больше не приходить — от боли в теле он еле шевелился. Но кузнец был неумолим, и Мена, хоть и поглядывала на сына с жалостью, не вмешивалась. У Ардая утром второго дня тоже болели руки, но это был сущий пустяк по сравнению с тем, как болели они от драконьего меча…
И вот теперь кузнец стоял рядом с Ардаем и смотрел исподлобья на князя — не отдам, дескать!
— Пришелся он тебе, значит? — усмехнулся князь. — Уж больно занятный парень. Но, если хочешь, оставлю пока. Вот только зачарованье у камня пусть пройдет завтра же. А то, он и говорящий, и повелевающий — опасно его так оставлять. Все равно ему придется…
У Ардая невольно засосало под ложечкой. Что за зачарованье еще такое?
— Ну, это само собой, как же без этого, — сразу согласился кузнец. — Как все мы, так и он.
И, словно догадавшись