3 страница
Тема
в каждой детали каюты чувствовалась искусная работа мастера.

Пространство не было захламлено: в нем выделялись только обшитые атласом стулья, стоявшие у длинного стола, во главе которого сидел Зола.

В центре стола красовались серебряные подносы с едой и золоченые подсвечники. Лучи света танцевали на блестящих ножках фазана и жареных артишоках с почерневшей кожурой – настоящее пиршество.

Даже не посмотрев на меня, Зола подхватил кусочек сыра из миски и уложил его на край своей тарелки. Над головой Золы, поскрипывая, на крючке висела поржавевшая люстра, отбрасывающая мерцающий свет – на ней осталось совсем немного хрустальных шариков. Все зрелище кричало о попытке бедняка показать свое величие, хотя, казалось, Золу это не смущало. В его жилах текла кровь Узкого пролива, поэтому он скорее умрет от своей горделивости, чем признает свое лживое притворство.

– Что же, добро пожаловать на «Луну», Фейбл. – Зола поднял на меня взгляд, плотно сжав губы.

Я почувствовала жжение на горле, которое всего пару минут назад он сжимал своими руками.

– Присядь. – Зола взял со стола украшенный жемчугом нож и вилку и принялся разделывать фазана. – Давай, не стесняйся. Ты, должно быть, голодна.

Из открытого окна подул ветерок, задевая на своем пути свернутые на столе Золы карты, отчего их растрепанные края радостно затрепетали. Я осмотрела каюту, пытаясь найти какую-либо подсказку о том, что он задумал. Но она не отличались от всех тех кают рулевого, которые я уже видела. Да и Зола ничем себя не выдавал, только выжидательно смотрел на меня поверх подсвечников.

Я небрежно отодвинула стул на противоположную сторону стола – ножки скрипели по полу – и села. Довольный, Зола снова обратил свое внимание к тарелке. Как только из фазана стал вытекать сок, я отвела взгляд в сторону. Соленый запах еды пробудил во мне тошноту, но даже она не сравнится с тем голодом, который я испытаю через пару дней.

Зола наколол вилкой кусок мяса, вытянул его перед собой и посмотрел на Каллу. Она кивнула и выскользнула из каюты, закрыв за собой дверь.

– Верится мне, ты осознала, что мы далеко от суши и тебе не попытать удачу в море. – Он закинул кусок фазана в рот и прожевал его.

Наверняка я знала одно – мы плывем на юго-запад. Но куда мы направляемся, непонятно. В Узком проливе самым южным портом был Дерн.

– Куда мы плывем? – спокойно спросила я, расправив спину.

– К Безымянному морю, – ответ дался Золе слишком легко, что мгновенно насторожило меня. Однако я не смогла скрыть своего удивления, чему Зола был явно рад. Он подцепил кусочек сыра и завертел пальцами вилку.

– Тебе нельзя плыть к Безымянному морю, – бросила я, поставив локти на стол и нагнувшись вперед.

Бровь Золы изогнулась, он медлил с ответом, прожевывая пищу.

– Значит, люди до сих пор рассказывают эту байку?

От меня не ускользнуло, что Зола не поправил меня. Золу до сих пор разыскивали в тех водах, отчего могу предположить, что у него было разрешение на торговлю в портах, расположенных ниже Узкого пролива.

– О чем задумалась? – ухмыльнулся он. По голосу Золы казалось, что ему действительно интересно.

– Пытаюсь понять, почему война с Уэстом для тебя важнее собственной головы.

Его плечи затряслись, голова склонилась вниз, и как только я подумала, что он подавился куском сыра, я осознала, что Зола смеется. Истерично.

Он ударил ладонью стол, сощурил глаза и отвалился на спинку стула.

– Ох, Фейбл, ты же так глупа. Уэст тут совсем ни при чем. И тот ублюдок, за которого он делает грязную работу. – Зола выронил нож. Он лязгнул о тарелку, отчего я вздрогнула.

Так он знает, что Уэст работает на Сейнта. Возможно, из-за этого и возникли разногласия.

– Да, я знаю о «Мэриголд». Я не дурак. – Его ладони опустились на подлокотники стула.

Внутри меня все сжалось: его расслабленное поведение подсказывало, что где-то нависла большая опасность, которую пока мне не под силу увидеть. Зола слишком расслаблен. Слишком спокоен.

– Дело в тебе.

По коже пробежали мурашки.

– Это еще что значит?

– Фейбл, я знаю, кто ты такая.

Его слова прозвучали где-то вдалеке. Всего лишь эхо на просторах океана, полного паники, завладевшего моей душой. У меня сперло дыхание, будто грудь веревкой перевязали. Зола был прав. Я была глупой. Зола знал, что я дочь Сейнта, потому что его штурман – один из трех людей, которые во всем Узком проливе знали об этом. Вряд ли это совпадение.

Если это все-таки правда, то Клов предал не только Сейнта. Он также предал мою маму. А я и подумать не могла, что Клов на такое способен.

– Ты и правда похожа на нее. На Изольду.

У меня скрутило живот от того, насколько его слова были пропитаны близкими отношениями с моей мамой. Я с трудом поверила отцу, когда он рассказал мне о том, что Изольда работала на «Луне», прежде чем стала членом команды Сейнта. Она никогда не говорила о тех временах, будто время установилось после того, как она уплыла из Бастиана и примкнула к команде «Жаворонка».

Уже в те времена Зола враждовал с отцом. Противостояние между торговцами не прекращалось, но Золе удалось найти то оружие, которое круто изменило течение войны.

– Как ты узнал? – спросила я, внимательно наблюдая за ним.

– Будешь притворяться, что не знаешь моего штурмана? – Он встретился со мной холодным взглядом. – Сейнт сжег много мостов, Фейбл. Жажда мести сильно движет людьми.

Я медленно вздохнула, наполняя ноющую грудь влажным воздухом. Крошечная частичка моей души хотела, чтобы он опроверг это. А надломленная частичка разума надеялась, что узнал он это не от Клова.

– Если ты знаешь, кто я такая, то понимаешь: только Сейнт узнает обо всем, он убьет тебя, – бросила я, желая, чтобы в словах появилась доля правды.

Зола пожал плечами.

– Скоро он не будет моей заботой. – В его голосе звучала уверенность. – Вот поэтому ты и здесь. Мне нужна твоя помощь. – Он откинулся на спинку стула, потянулся за буханкой хлеба и оторвал от нее кусок.

Я наблюдала, как он жирно намазывает масло на корку.

– Моя помощь?

Он кивнул.

– Именно. После сможешь вернуться к своей жалкой команде или в какое-нибудь захолустье на Серосе, где ты хотела обжиться.

Тревожило то, что Зола, казалось, правда, имеет это в виду. В его взгляде, остановившемся на моих глазах, не было ни капли лукавства.

Мой взгляд снова обратился на закрытые ставни окна, за планками которых сияла голубая вода. Здесь должна совершиться сделка. Я ему нужна.

– Чего ты от меня хочешь?

– Ничего, с чем бы ты не справилась. – Он медленно очистил артишок от кожуры и пронзил мякоть зубами. – Почему ты не ешь?

Я бросила на него взгляд. Только на смертном одре я соглашусь поесть или принять что-нибудь от любого на этом корабле.

– Ты всегда кормишь пленников со своего стола?

– Фейбл, ты