— Слушаю вас, — кивнула ей, вполне доброжелательно устроившись на стуле, а своей гостье предложив присесть на кушетку напротив.
— Начну с главного, — еще раз прошлась взглядом по интерьеру комнаты посетительница, затем стиснула руки, сложенные на коленях и произнесла, — родите мне ребенка.
— Э-э-э… — протянула я, подозревая в женщине умалишенную, — Вы вообще-то понимаете, чего просите?
— Я вам сейчас все объясню, — заторопилась посетительница, нервно сжимая и разжимая пальцы рук.
— Для того чтобы ребенка произвести на свет, необходимо мужское участие, — постаралась достучаться до разума … кажется, нас обеих. Так меня своими фантазиями еще никто не огорошивал в этом заведении. Пожелание как бы имело отношение к тому, чем я здесь занимаюсь, но весьма отдаленное!
— Мы с моим мужем очень любим друг друга и высшим счастьем в нашей жизни было бы рождение детей, — начала свое объяснение посетительница.
— Так в чем же дело стало? — усмехнулась я в ответ, — Любите друга, плодитесь и размножайтесь.
— Я не могу иметь детей, — опустив глаза на свои руки и всхлипнув ответила она очень тихо.
— Мда-а … ситуация, — протянула я, а затем оживилась, — Так у вашего мужа … я ни в коем случае не хочу вас обидеть, но мужчины — они… как бы вам сказать? Ветреные. Так вот пусть ваш супруг поищет хорошенько, и наверняка найдется в какой-нибудь деревеньке ошибка молодости.
— Нет, — печально покачала головой странная гостья, — моему мужу нужен законный наследник, а не бастард.
И вот сейчас по ее щекам потекли слезы. Горючие, обиженные, изматывающие душу этой несчастной женщины. Вот, бездна! Мне настолько хорошо передались ее чувства и состояние, что у самой глаза стали на мокром месте.
— Помогите мне, прошу вас, — взмолилась гостья и подняла на меня свои печальные глаза, которые мне удалось рассмотреть сквозь густую вуаль.
— Я-то чем могу помочь? Я не мужчина, — возразила ей.
— Родите моему мужу наследника, а я буду к нему относиться, как к собственному ребенку, которого у меня больше никогда не будет, — проговорила несчастная женщина между всхлипами.
— Вы сумасшедшая, — кивнула пару раз головой в подтверждение своей правоты.
— Нет, — печально возразила она мне, — я очень несчастная женщина.
— Хотите сказать, что готовы принять в свою семью ребенка от другой женщины? — немного подумав, спросила ее. В ответ получила подтверждающий кивок, а затем продолжила, — Вот что значит аристократы.
В последней фразе даже не пыталась скрыть свое пренебрежение. У меня не было отца, потому что какой-то ушлый господин соблазнил мою мать и бросил ее, как только узнал, что она в положении. А теперь ко мне с такой просьбой обращается женщина, чтобы удовлетворить потребности своего супруга.
— Вы хотя бы понимаете, что тем самым толкаете своего мужа на измену? — вздернула бровь, подчеркивая смысл сказанного.
Одно дело, когда мужчина приходит в тайне от жены развлечься к нам в заведение, где «все прилично», как говорит Мадам, и совсем другое — приводить другую женщину в собственную спальню для совершенно определенных действий.
— Я понимаю, я все понимаю, — судорожный вздох, — Мой муж, он не знает, что я здесь. Он наверняка не согласится с моим решением, предпочтя остаться без наследника.
Загадочная женщина, и ее точка зрения для меня совершенно не понятна.
— Но я его слишком сильно люблю и чувствую собственную вину за то, что не могу дать ему то, что так необходимо. После последних событий мой организм не в состоянии даже зачать ребенка.
Вот после этих слов слезы потекли по ее лицу. Она торопливо сунула руку в крохотную сумочку и вытащила тончайшей работы платок, обшитый кружевами. О стоимости такой вещицы могла вполне судить. От двух серебрушек до половины золотого, все зависит от марки магазина. Да уж, если эта женщина в состоянии покупать такие дорогие вещи, то представляю, какой стоимости у нее все остальное.
— Я вам заплачу, — перехватив мой взгляд на платок, гостья скомкала ткань в кулаке и постаралась сдержать слезы, даже поникшие плечи расправила, всем своим видом стараясь показать, что жалость ей не нужна. Однако.
— Сколько? — серьезно спросила ее.
К финансовому вопросу всегда подходила очень жестко, так меня Мадам учила. Ну, кроме того, что с клиентов деньги надо брать вперед.
— Пятьдесят тысяч золотых, — поспешно выдохнула женщина.
От такой суммы у меня невольно перехватило дыхание, и я просто забыла, как дышать. Просто молча смотрела на посетительницу и пыталась осмыслить в голове обозначенную сумму. Уж не хотят ли меня купить для утех богатого извращенца, предлагая столь баснословные суммы? Или того хуже, пообещают и ничего не дадут. За такие деньги в столице можно купить доходный дом в приличном районе, так что мои опасения о целях и платежеспособности клиентки вполне оправданы.
— Мало? — встревожилась гостья.
— На мой взгляд, слишком много… — подозрительно протянула я.
— Вы не беспокойтесь, я все уплачу, — заторопилась нанимательница.
— Хорошо, — чуть помедлив, произнесла вслух, стараясь поймать все нюансы чувств женщины и, чуть прищурившись, задала, на мой взгляд, не маловажный вопрос, — Почему вы пришли в наше заведение, а не, скажем, в приличное агентство по найму прислуги, или, к примеру, можно в глухой деревне найти здоровую девушку за меньшие деньги?
Гостья вздохнула, немного помолчала, собираясь с мыслями, а потом решилась на честность. Это было не легко, но она все же решилась довериться мало знакомой девушке. От нее поначалу повеяло нерешительностью, потому отчаянием, а затем женщина невероятным усилием воли взяла себя в руки и заговорила.
— Я решила обратиться к девушке из подобного заведения, потому что они привыкли брать на себя определенные обязательства, получая за это оплату. Кроме того, уверена, специфика вашей работы состоит в том, чтобы сохранять интимные тайны клиентов.
В этом я с ней была согласна. Держать язык за зубами — это первое, чему нас учила Мадам. Мы могли случайно встретиться со своими единичными или постоянными клиентами в городе, и даже выражением глаз не имели права показать, что узнали их. Нам платят за определенную работу, и шантаж здесь не процветает. Точнее, такие долго не задерживаются в приличном заведении.
— Прислуга рассчитывает на другой вид работы, — тем временем продолжала посетительница, — Найти хорошую горничную, чтобы не распространялась о личной жизни своих хозяев, весьма трудно. А как вы понимаете, предложение у меня специфическое. И у меня нет никакой гарантии, что, обратившись к незнакомой девушке из агентства по найму, не получу сплетницу или шантажистку.
В ответ на эти слова согласно кивнула. В этом вопросе я была полностью с ней согласна: незнакомому человеку я бы тоже не стала доверять семейные тайны.
— И мне бы не хотелось обращаться к своим девушкам из прислуги с таким предложением по тем же причинам, плюс еще и то, что ее беременность или