– Так, – произнёс отец, крепко стискивая в руках чемоданчик с инструментами. Щёки у часовщика пылали, глаза горели лихорадочным огнём.
Хелене был знаком этот взгляд – он часто блуждал на лице родителя, когда девочка возвращалась из школы домой в часовую мастерскую, где отец работал вместе с двумя товарищами. «Посмотри, Хелена, какая филигранная работа, – говорил он, склоняясь над золотым брегетом или над изысканными дорожными часами. – Взгляни на этот фарфоровый циферблат, изящные стрелки, тонкие пружины. И ведь кто-то же изобрёл такой чудесный механизм!» Хелена обычно улыбалась и ждала, когда отец закончит свою восторженную речь, стараясь припомнить, когда он в последний раз с таким же восхищением говорил о ней.
На этаже под самой крышей вправо и влево от маленькой лестничной площадки тянулись коридоры. Здесь было темнее, окна меньше, стены выкрашены, а не оклеены обоями, деревянный плинтус обшарпан.
– Комнаты мистера Уэскотта слева по коридору, – сообщил Стэнли. – Ваши будут справа.
– Мистер Уэскотт спит в людской? – удивился отец.
Стэнли пожал плечами:
– Все остальные комнаты занимают часы.
– Неужели абсолютно все?! – в изумлении распахнула глаза Хелена.
– Все до единой, – с тяжёлым вздохом подтвердил Стэнли.
Окно на площадке было открыто, и порыв свежего воздуха пробрался Хелене под воротник. Звук, похожий на шелест трепещущей на ветру бумаги, пощекотал ей уши. Стэнли и отец, кажется, не расслышали его – увлеченно беседуя о распорядке дня и ведении хозяйства, они уже шагали по правому коридору. Хелена бросила взгляд в том направлении, откуда исходил шорох. У входа в противоположный коридор развевался прикреплённый к стене чуть выше человеческого роста листок.
Какой-то рисунок. Хелена поставила клетку с Орбитом на пол, шмыгнула в ту сторону и, встав на цыпочки, взглянула на рисунок. Линии, углы, крылья. Это был подробный карандашный набросок летательного аппарата. Девочка провела пальцем по краям крыльев, вспомнив фотографию аэроплана братьев Райт [1], которую видела в «Лондонском вестнике». Рисунок изображал почти такую же машину.
Тут из-за спины Хелены протянулась тонкая рука и сорвала листок со стены. Кнопка упала на пол. Стэнли, прищурившись, посмотрел на рисунок, потом аккуратно сложил его втрое и сунул в карман пиджака.
– Извините, – слегка покраснев, сказала Хелена. – Я увидела его на стене и заинтересовалась…
– Любопытство не порок, – мягко произнёс Стэнли.
Хелена растерянно похлопала глазами. Что он имеет в виду?
Стэнли вытащил заляпанный чернильными пятнами платок и вытер лоб.
– Я и правда очень рад, что вы с отцом решили поселиться здесь. – Он повернулся и пошёл прочь, но остановился и оглянулся: – Если увидишь ещё какие-то прикреплённые к стене рисунки, пожалуйста, сообщи мне.
Хелена вспомнила запрет Кэтрин обсуждать происходящее в доме. Должна ли она выполнить просьбу Стэнли? Голова у девочки чуть закружилась. Новый дом. Сонмище часов с боем. Рисунки на стенах. Она вдруг почувствовала невесомость, словно поднималась в летающем аппарате, отправляясь в путешествие к неизведанному, и это ей ничуть не понравилось.
Глава 4
Вопросы
Пока они с отцом осматривали новое жилище, в голове Хелены носились мысли.
– Почему ты согласился на условия мистера Уэсткотта? – взволнованно приступила она с расспросами, как только они остались одни. Её комната была обставлена более чем скромно: кровать с розовым покрывалом и комод. Из единственного окна, выходившего на Трампингтон-стрит, открывался прекрасный вид на университетский городок – группу зданий из жёлто-оранжевого и красного кирпича, производящую впечатление спокойной важности.
Отец раскрыл кожаный чемодан и стал передавать Хелене летние платья, юбки, блузы и две поношенные вязаные кофты с заплатами на локтях. Все вещи помялись.
– Просто я не понимаю, – настаивала Хелена, небрежно бросая одежду на кровать. – Зачем ты пообещал этому отвратительному человеку всё наше имущество? И что за беда, если часы вдруг остановятся?
Отец поднял голову.
– Мы не вправе осуждать чужие решения, – решительно сказал он.
– Но ведь мы можем всё потерять! – дрожащим от гнева голосом воскликнула Хелена. – Ты видел, как мистер Уэсткотт смотрел на Орбита? Словно лев, готовый наброситься на зебру! Если часы остановятся, он заберёт его у нас.
Отец сел на пятки и отрывисто засмеялся:
– Дорогая моя, не нужно волноваться. Орбит в безопасности, и вся наша собственность тоже. Мистер Уэсткотт один из самых богатых людей в графстве, а то и во всей стране. Он может купить сотню попугаев, если пожелает. Для нас эта работа – удачная возможность оставить прошлое позади и двинуться дальше.
Девочка опустила глаза. Спору нет, им нужно изменить свою жизнь. Однако побег от прошлого означает его скорое забвение.
– Этот договор весьма необычен, но я уверен, что он не имеет законной силы, и любой юрист это подтвердит. Тем не менее нам не стоит тратить лишние деньги на консультацию: я буду следить за часами, и они не остановятся. Беспокоиться не о чем. – Отец вынул из чемодана последние вещи и захлопнул его.
Хелена села на край кровати и подковырнула с покрывала вытянутую нитку.
– У Джека и Джилл садовник служил, жил не тужил, – произнёс Орбит и стал клевать прутья клетки.
Отец присел на кровать рядом с Хеленой:
– Согласен, мистер Уэсткотт производит впечатление чудака, и некоторые его затеи немного экстравагантны. Но, честное слово, поводов для волнения нет. Мы будем поддерживать часы в рабочем состоянии, накопим кругленькую сумму и начнём новую жизнь. – Отец улыбнулся. – Мой хороший друг мистер Смит, владелец часового завода в Кларкенуэлле, обещал мне помощь в поисках подходящего помещения в Лондоне. Только представь: однажды у нас будет своя часовая мастерская!
– Но зачем мистер Уэсткотт вообще собирает часы? И разве не странно, что сам он при этом живёт на одном этаже с прислугой?
Отец вздохнул:
– Ну хватит, Хелена. Прошу тебя, больше никаких вопросов. Мы должны проявлять вежливость и не совать нос в чужие дела. Это очень важно. Завтра утром мне потребуется твоя помощь. В коллекции мистера Уэсткотта больше часов, чем я думал, и, боюсь, одному мне не справиться. Напольные часы нужно заводить раз в восемь дней. Хронометры поменьше придётся осматривать каждый день. Необходимо составить подробный список действий и расписание. – И разговор погас, как залитый водой костёр.
Отец задвинул чемодан под кровать Хелены и направился в свою спальню, чтобы взять записную книжку и чемоданчик с инструментами.
– Перед ужином мне надо хотя бы бегло осмотреть коллекцию и определить объём работы. – Он вышел, даже не попрощавшись.
– Хиккори-диккори! – крикнул Орбит, наклоняясь с жёрдочки за насыпанными в медную миску семечками.
Хелена просунула через прутья палец и погладила сине-зелёные перья хвоста.
– Мама, мама, мама! – заверещал попугай. То же самое произнесла про себя Хелена.
Закусив нижнюю губу, дочь часовщика взглянула на дверь. Шаги отца удалялись по коридору в сторону лестницы.
– Мама любит Хелену. Мама любит Хелену, – прошептала девочка птице.
Орбит посмотрел на неё несколько мгновений и нахохлил перья на шее.
– Мама любит