Голос Мориса по телефону звучал сдержанно.
– Мне необходимо вас видеть.
За три недели, прошедшие после отъезда Вольфганга из Парижа, это был первый звонок.
– Я дома, – просто ответила Анна.
– Вы не понимаете, за мной могут следить. Теперь, после всего происшедшего, я не рискую появляться у вас.
– А по телефону мы не можем поговорить?
– Я должен передать вам кое-какие бумаги. Выездные визы для вас и Жаннет, выданные французскими и немецкими властями. Да и обсудить нам нужно многое.
– Я поняла, – ответила Анна. – Но сама я не могу прийти к вам. Швебелю приказано следовать за мной повсюду.
– Merde! – Он замолчал.
Она ждала, что он скажет дальше.
– Времени осталось мало, – сказал Морис.
– Послезавтра меня здесь уже не будет. Анна по-прежнему молчала.
– После полуночи, – сказал он, – ждите меня у черного хода вашего дома. Если в течение получаса я не появлюсь, уходите.
В десять минут первого раздался негромкий стук в дверь. Анна быстро встала и открыла дверь. Морис вошел и плотно притворил за собой дверь.
– Все спят? – спросил он шепотом. Она кивнула.
– А Швебель?
– После отъезда генерала он переселился в маленькую квартирку над конюшней.
– Мне надо выпить, – попросил Морис.
– Идемте, – позвала Анна. Она провела его через темный дом в маленький кабинет на втором этаже. Открыла буфет, достала бутылку коньяку и рюмку, наполнила ее до краев и протянула ему.
Тот одним глотком отпил половину и глубоко вздохнул. Его напряжение постепенно спадало.
– Как будто ходишь по натянутой проволоке, – пожаловался он. – Вопросы. Вопросы без конца. Ловушка на ловушке.
Анна молчала.
Морис сделал еще глоток.
– От Вольфганга что-нибудь есть?
– Нет. А должно быть? Француз посмотрел на нее.
– Вероятно, нет. Хотя мне почему-то казалось, что он постарается с вами связаться.
Анна сменила тему.
– Вы сказали, что принесете мне бумаги.
– Да – Морис расстегнул куртку и вынул конверт. – Выездные визы для вас и Жаннет.
Она открыла конверт и просмотрела документы.
– Вы сказали, что хотите что-то обсудить.
– Верно. То, что нельзя доверить бумаге.
– Не понимаю.
– Золото, – сказал Морис.
– Золото? – Анна надеялась, что удивление, которое она постаралась изобразить, было достаточно естественным. – Какое золото?
– Я много раз слышал, что Вольфганг скупает золотые луидоры.
– Мне об этом ничего неизвестно, хотя я думала, что в курсе всех его дел.
– Он никогда ничего вам не говорил? Анна отрицательно покачала головой.
– Странно, – удивился Морис. – Я получил эту информацию из вполне надежных источников.
– Значит, надо проверить еще раз, – посоветовала она. Помолчала потом сказала, будто ей пришла в голову неожиданная мысль: – Может, это какая-нибудь ловушка для вас? Чтобы выяснить, в каких на самом деле отношениях вы были с генералом?
– Я об этом не подумал. Возможно, вы правы. – Морис взглянул на нее с открытым восхищением. – Начинаю понимать, почему меня так тянуло к вам с самого начала.
Анна улыбнулась, стараясь скрыть облегчение.
– Вы настоящий француз: как всегда галантны.
– Бросьте, – сказал он, беря ее за руку. – Уверен, вы знаете, как я к вам отношусь.
Она не отняла руки, не желая обижать его резким движением. Немного погодя заметила:
– Уже поздно. Вам опасно оставаться здесь дольше.
– Нет, – бросил Морис. На его лице появился румянец. – Такого случая может больше не быть. Я хочу, чтобы вы знали, что я чувствую.
– Морис… – она отняла руку, стараясь говорить спокойно. – Мы не дети. Сейчас не время и не место.
В голосе его прозвучали истерические нотки.
– Хоть я и не немецкий генерал под метр девяносто, но у меня есть то, чего нет ни у одного из них, – сила, которой они все завидуют. – Быстрым движением он расстегнул ширинку. – Смотрите! – приказал он.
Она взглянула и остолбенела от удивления: размеры его пениса с лихвой компенсировали недостаток роста. Толщиной почти с запястье, он доставал до середины бедра.
– Дотроньтесь, – попросил он. – Вам понадобятся обе руки, чтобы обхватить его.
– Не могу, – она покачала головой, не в состоянии отвести взгляд.
– Почему? – резко спросил он.
Анна заставила себя посмотреть ему в лицо.
– У меня сейчас месячные, – объяснила она – А я боюсь, что если дотронусь, то не смогу остановиться.
Морис внимательно посмотрел на нее.
– Это правда?
– Правда. – Анна заставила себя улыбнуться. – Кто же осмелится лгать при виде такого чудовища!?
Он глубоко вздохнул и на секунду отвернулся. Когда он снова повернулся к ней, его одежда была в полном порядке.
– Ничего, мое время придет, – сказал он, – этого вы никогда не забудете.
Еще через неделю Швебель вместе с бывшим десантником перевезли ее в Швейцарию. Мужчины сидели на переднем сиденье, она с Жаннет, укутанной в одеяло, на заднем. Пограничники разрешили им проехать, даже не взглянув на их багаж.
Теперь, больше года спустя, слушая, как Вольфганг рассуждает об этом странном браке, Анна вспомнила слова, сказанные Морисом в ту последнюю ночь в Париже. Она впервые поняла как он был прав тогда: забыть она не смогла Как ни старалась она сосредоточиться на вязании, перед глазами у нее стоял его чудовищный фаллос.
Вольфганг захлопнул саквояж, выпрямился и повернулся к ней.
– Вот и все.
– Да.
Они стояли по разные стороны кровати.
– Может пройти много времени, пока мы снова увидимся, годы, – сказал Бреннер.
– Знаю.
Он с трудом улыбнулся.
– Я даже не смогу быть на твоей свадьбе. Анна промолчала.
Генерал не сделал даже попытки подойти к ней.
– Я ведь никогда не говорил тебе, что люблю, верно? Она покачала головой.
– Никогда.
– Но ведь ты знала правда?
– Да.
– Может, и не так, как другие люди любят друг друга. По-своему.
– Я знаю, – сказала Анна. – И я тебя люблю. Тоже по-своему.
Бреннер взглянул на часы.
– Пора.
Анна открыла дверь и позвала Швебеля. Тот взял саквояж, и они начали спускаться по лестнице. Она придержала Вольфганга за руку и, дождавшись, когда Швебель выйдет на улицу, спросила:
– Золото, что я должна с ним делать?
– Пусть лежит в банке, – ответил Бреннер. – Как только я устроюсь, напишу тебе, что делать.
Она все еще держала его за руку.
– Жаль, что ты едешь в Германию, а не прямо в Латинскую Америку.
– У меня там еще есть дела, – сказал он. – Ты не волнуйся, ничего со мной не случится. Я останусь во французской зоне: Морис там все для меня подготовил.
– Я все-таки ему не доверяю. Бреннер попытался пошутить.
– И это ты говоришь о своем будущем муже! Анна даже не улыбнулась в ответ.
– Это дела не меняет.
– Морис жадный, – заметил генерал. – Ему нужны титул и деньги. И он знает, что только с нашей помощью сможет получить и то и другое. Поверь мне, все будет нормально.
Она заглянула ему прямо в глаза.
– Не хочу, чтобы с тобой что-нибудь случилось. Ты был так добр ко мне.
Он смущенно кашлянул.
– Ты тоже была добра ко мне.
– Ради нас будь осторожен.
– Ты тоже береги себя. Помни, что я тебе сказал. Как бы француз ни настаивал, после женитьбы не соглашайся переводить компании на его имя, сделай его управляющим. Если будет допытываться, почему ты не соглашаешься, скажи, что