дверьми стояла длинная коновязь, к которой были привязаны пять лошадей с седлами вполне земного вида. Всю виденное Сергеем говорило о том, что здешнее общество отстало в развитии от его собственного, хотя… Когда он три года назад был в деревне деда, там совсем недавно провели электричество, а газом не пахло даже в далекой перспективе. Да и дорога, которая шла через деревню, была ничуть не лучше этой. В дожди по ней вообще можно было проехать разве что на тракторе. Но там у многих были велосипеды, а у некоторых и мотоциклы, а здесь он, кроме верховых лошадей и пары запряженных конями телег, никакого другого транспорта не видел. Немного обойдя заведение, которое он про себя окрестил трактиром, Сергей увидел на внутреннем дворе много пиленых чурок и большой колун. Решение созрело мгновенно. Раз нет ничего в обмен на еду, ее нужно заработать. Поскольку его слов все равно никто не понимал, мальчик решил притвориться немым. Может быть, отнесутся с большим сочувствием и не будут такими подозрительными. Он отряхнул слегка запачканные колени и решительно вошел в трактир. Входная дверь вела сразу в обеденный зал, заставленный грубо сколоченными массивными столами и табуретами. В зале на полсотни мест сейчас ели всего шесть человек. Седьмым, видимо, был сам хозяин, сидевший за столиком на небольшом возвышении. Еще время от времени с кухни прибегал подросток чуть старше самого Сергея, который разносил гостям заказанные блюда. Мальчик подошел к хозяину, который при виде посетителя любезно улыбнулся, показал себе рукой на рот, а потом сделал вид, что колет дрова. Хозяин перестал улыбаться, вышел из‑за стола и знаком велел Сергею приблизиться. Ощупав его руки, он одобрительно кивнул и пошел сквозным коридором во внутренний двор. Во дворе он показал рукой на колун, а сам отошел в сторону. Понаблюдав пару минут за тем, как мальчик колет чурки, он еще раз одобрительно кивнул и пошел обратно на свое место. Махать тяжелым колуном пришлось долго. Время от времени Сергей делал перерыв, во время которого складывал нарубленные дрова в поленницу. Пришедший через пару часов хозяин был приятно удивлен объемом и качеством проделанной работы, а Сергей был вознагражден большим блюдом с вареной кашей, напоминавшей по вкусу гречку, и горкой поджаренного мяса. Хлеба можно было брать сколько хочешь, поэтому мальчик взял с запасом, рассовав оставшийся по карманам штанов. Когда он закончил есть, уже начало смеркаться. Проезжающих уже не было, и трактир начал заполняться деревенскими мужиками, которые приходили не столько есть, сколько пить тошнотворно воняющую брагу и чесать языками. Хозяин отвел Сергея на сеновал, где тот и заночевал. Утром, помахав топором вместо разминки, он заработал себе завтрак, низко поклонился хозяину и пошел по дороге в том направлении, куда селяне везли на своих телегах продукты, полагая, что самое подходящее место для их продажи — это город. Скоро его догнал небольшой обоз из пяти крестьянских возов, в каждый из которых было впряжено по две лошади. Он знаками попросил его подвести и, получив разрешение, быстро забрался на мешки. Хозяину воза было скучно, и он всю дорогу что‑то рассказывал Сергею, который под его говор едва не уснул. О близости города он догадался за час до его появления по увеличению числа телег и верховых, большинство из которых ехали в том же направлении. Город был настоящий средневековый, как на картинках в учебниках мамы, которые он любил смотреть еще при ее жизни. Высокая городская стена с зубцами и башнями имела пару ворот, в одни из которых и упиралась их дорога. Обоз пристроился в хвост ожидающих досмотра телег, а Сергей, поблагодарив общительного возчика улыбкой, соскочил с мешков и направился к воротам своим ходом. Пеших пропускали вне очереди и никакой платы за вход не брали, а вот с обозников после беглого осмотра груза взимали какие‑то деньги. Хорошо одетых и вооруженных всадников, которых он окрестил дворянами, тоже пропускали вперед прочих, но деньги брали и с них. Сергей подумал, что деньги платились не за людей, а за их четвероногий транспорт, и, как убедился позже, оказался прав. Удостоившись пары равнодушных взглядов стражников, он вошел в город и пошел по единственной идущей от ворот улице, мощенной крупными, плохо пригнанными друг к другу булыжниками. Сергей уже понял, в какое время попал. Огнестрельного оружия, даже самого примитивного, ни у кого не было видно. Не было даже сабель или шпаг, только длинные прямые или слегка изогнутые мечи. У стражников он видел копья, а в караване купцов на каждом возу лежали арбалеты. Сплошных доспехов или никто не носил, или носившие их рыцари ему не попадались. Большинство путешествовало в кожаной одежде, укрепленной нашитыми на нее железными бляшками разных форм и размеров. У тех, кто побогаче, были сплошные нагрудники, часто украшенные чеканкой. Кольчужную сетку мальчик видел лишь один раз на женщине–воительнице, которая въехала в город в компании пятерых мужчин, с ног до головы увешанных оружием. Сергей засмотрелся на грациозную, затянутую в кожу девушку, которая гордо восседала на такой же грациозной гнедой кобыле, и чуть не столкнулся с важного вида горожанином. Увернувшись от подзатыльника, он поймал взгляд девушки, которая ему весело улыбнулась и подмигнула. Женщины на дороге были редкостью. Кроме этой девушки, он видел только двоих. Какую‑то дворянку в сопровождении кавалькады богато одетых всадников и еще одну в купеческом караване. Все они ехали верхом в мужских седлах, одетые в облегающие штаны из тонкой кожи. Зато горожанки, которые ему часто попадались навстречу, все едва не мели мостовую юбками. Чем ближе к центру города он продвигался, тем выше и красивее становились дома. Сергей не видел вдоль дороги канав с нечистотами, но воняло ими сильно. А вот навоз за лошадьми убирали, и делали это часто. Наверное, часть сборов именно на это и шла. Очутившись на большой круглой площади, от которой во все стороны расходились шесть улиц, он задумался о том, куда идти дальше. Не то чтобы он совсем не думал об этом раньше, просто все, что приходило в голову, его не устраивало. Драться ему не хотелось, да и не владел он искусством обращения с оружием, а его навыки борьбы, это даже не смешно. Он мог попробовать отбиться от жулья или завалить пьяницу, но не связываться с воинами… Проще выйти за город, найти ветку покрепче и повеситься. И что остается? По местным понятиям он очень много знает, но попробуй еще найти того, кого эти знания заинтересуют. В любом