Но гунны, эти абсолютно чуждые людям, нравам и обычаям греко-римского мира, неведомые человекообразные существа, пришедшие как бы из ниоткуда, не знали ни пахоты, ни виноградарства, не имели крыши над головой, да и не стремились ее иметь, жить оседло. Каким же способом можно было приучить их к оседлой жизни, отучив от кочевой, посадить на землю? С греко-римской точки зрения, гунны не испытывали никаких «нормальных» человеческих потребностей, не имели никакой собственности (в греко-римском понимании этого слова). Каким же «калачом» их можно было заманить, привлечь, заставить жить, как все другие подданные Римской «мировой» империи? Ведь гунны – опять же, с греко-римской точки зрения, даже не имели собственного языка. Не владели человеческой речью, издавая лишь короткие, отрывистые, непонятные, грубые звуки, как звери, убегающие от врага. Увы, но в чем-то убедить, уговорить, перехитрить и обмануть такие существа, не владеющие нормальной человеческой речью, не способные внятно изъясняться, оказывался неспособным и бессильным изощренный, тщательно отшлифованный язык самых искусных римских дипломатов.
Никто не знал, откуда, собственно, свалились на голову «цивилизованному человечеству» (т.е., в понимании греков и римлян, Римской «мировой» империи) эти чудовищные гунны. Похоже, что и сами гунны толком не знали, откуда они. Тем не менее, внезапно они оказались буквально повсюду. И, казалось, не нашлось во всей Римской державе плотин, чтобы удержать этот хлынувший неизвестно откуда и начавший заливать всю империю неудержимый, кровавый поток. Поток, растекавшийся во все ее концы тысячами струек, несущих всему, встречающемуся им на пути, гибель и разорение, разрушение и смерть.
2. Ужасная судьба невест Христовых
В духовном плане греко-римский мир, в момент вторжения свирепых гуннов, находился в переходном состоянии. Так сказать, на переломе. Старые боги эпохи античности постепенно умирали. Они все больше отдалялись, покидали свой привычный мир. Все реже откликаясь на мольбы и просьбы своих почитателей, все больше разуверявшихся в прежних, старых, ветхих богах. Хотя еще повсюду высились древние храмы этих прежних, старых, ветхих богов. Император Константин I Великий, основатель Нового, или Второго, Рима, на Босфоре, названного в его честь, в довольно скором времени, Константинополем – «городом Константина», хотя и сделал христианство де-факто поначалу признанной официально, а впоследствии и государственной религией Римской империи, культ прежних языческих богов отнюдь не отменил и храмы их не тронул. За исключением храмов богини любви и красоты Афродиты-Венеры. Император-воин считал ее расслабляющий, чувственный культ крайне вредным с точки зрения необходимости поддерживать в «римских мужах» прежнюю воинскую доблесть, которую всеми силами стремился возродить. Но, хотя еще поднимался к небу благовонный дым курильниц и приносились кровавые жертвы на алтари древних языческих божеств, становилось все более очевидным, что дни их уже сочтены. Официальный Рим формально по-прежнему воздавал почести римским государственным богам – громовержцу Юпитеру, богам воинов Марсу и Геркулесу, богу-кузнецу Вулкану, богу торговцев Меркурию, лучезарному Аполлону, луноликой Диане и прочим. Однако сердца подданных римских императоров давно уже принадлежали иным богам. Как правило, египетским или азиатским «искупителям», «спасителям» и «избавителям» – Исиде, Аттису, Адонису, Кибеле, Дионису.
Легионарии (обладавшие римским гражданством воины состоявшей из легионов регулярной армии) и ауксилиарии (воины вспомогательных частей, не имевшие римского гражданства, но надеявшиеся заслужить его потом и кровью), несшие ратную службу на Востоке «мировой» империи, отражая нападения парфян, сарматов, персов и других восточных «варваров», переняли от парфян и персов солнечный культ древнего арийского бога-спасителя Митры (Мифры, Михра, или, по-армянски – Мгера). Этого ведического хранителя договоров и авестийского «ока» верховного Благого Божества Ормузда, или Оромазда (от персидского «Ахура Мазда» – «Мудрый Бог»). Культ Митры они переносили на новые места своей службы – на Запад и в другие части Римской «мировой» державы. Там бог света Митра (порой ассоциируемый римлянами с Марсом, Аполлоном, Гелиосом) усердно почитался, под именем «Непобедимого Солнца» (Соль Инвиктус), даже в самых отдаленных римских военных гарнизонах. Восточная по происхождению вера в искупителя Митру – митраизм – распространилась по всей Римской державе. Ее исповедовали даже императоры. А необычный культ, зародившийся в маленькой колониальной территории на берегах речушки под названьем Иордан, где римский наместник-прокуратор правил горсткой вечно склонных к мятежу, жестоковыйных иудеев, распространился до самого Рима и даже до римской провинции Галлии. И получил немало приверженцев среди «маленьких людей», лишенных корней «безродных космополитов» имперской метрополии и даже среди римских воинов.
Гунны, нарушившие «священные» и «нерушимые» (с традиционной официальной точки зрения) границы империи и вторгшиеся в римские пределы, «подобно некоему урагану племен» (Иордан), были орудием небесной кары грешному человечеству за грехи. Это стало сразу ясно всем, прослышавшим о вторжении этих «порождений демонов» в «мир людей». Столь ужасное во всех отношениях нашествие могло иметь только «потусторонний» характер. Характер прихода в этот мир пришельцев из иного мира. Однако небеса карали, судя по всему, всех скопом. Без разбора. Не отделяя правого от виноватого. Грешника – от праведника. Христианина – от язычника. Митраиста – от иудея. Взрослого – от ребенка. Все они, без разбора, гибли от гуннских стрел, растаптывались гуннскими конями.
Молодая благочестивая вдова из знатного римского рода, обратившись в христианство, возжелала совершить паломничество в Землю Воплощения, дабы поклониться святыням, описанным в Библии. В этом не было ничего необычного. По всей территории Римской империи, постоянно передвигались многочисленные путешественники, совершавшие как деловые, так и, выражаясь современным языком, «ознакомительные», «туристические» поездки. Да и могло ли быть иначе? Ведь на всей территории Римской империи единый для