По-прежнему удерживая взгляд в районе полотенца Ведьмочки, будто стараясь прожечь там дыру, Зевс, не глядя на Дему, вынес механическим голосом краткий вердикт:
— Все в сборе. Блин, наконец. От Кима поступило забавное предложение сходить на новую версию Игр Смерти. В воскресенье. Ким всех приглашает и говорит, что жаждет выложить собственное бабло, дабы собрать корешей и корефанок под знамя культурного времяпрепровождения, — с этими словами Зевс, поднял глаза и отвесил резкий полупоклон…
«Ага, жажду», — скривился Ким. Его родители не обращали на свое чадо внимания, зато выделяли монет, сколько влезет. В основном на учебные программы и курсы, которые он с завидной регулярностью пропускал. Единственным, что искренне привлекало Кима из всех его «дополнительных» занятий являлась спортивная акробатика. Всем остальным он пренебрегал, а деньги выделенные родителями, использовал совершенно свободно, не испытывая при этом ни малейших угрызений совести — если вообще она имелась у него в отношении денег.
Тем временем, не обращая внимания на задумавшегося «спонсора», татуированный блондин почему-то стал расписывать остальным прелести совместного нахождения Игроков в непосредственной близости друг от друга, а не киберпространстве во время прохождения Игры. Дело состояло в том, что при погружении в современные многопользовательские программы, игроки очень давно перестали смотреть на экраны мониторов, надевать очки и тактильные перчатки, или облачаться в смешные костюмы на мобильных платформах.
Ведь игровая индустрия, без преувеличения, являлась вершиной земной науки!
Ни сотовое телевидение, ни возможности Домовых, ни нано-персолизация, ни химическая память не могли сравниться по совершенству (и, конечно, по объемам финансирования) с сетевыми Играми. Инвесторы в буквальном смысле раздирали новые игровые проекты на части! Прибыль, которую приносил каждый сетевой шутер или бродилка была сравнима с доходами, которые в прошлом столетии давали нефть и наркоторговля!
Объяснялось все просто. С момента объединения земной инфосферы в единую сеть, многопользовательские Игры стали общемировыми — в полном смысле этого слова. Релизы происходили не часто — ведь Игры становились все сложней и на их разработку уходили десятилетия. Но зато получали откровенно массовый, всепланетный характер.
В заранее объявленный компаниями «день открытия продаж» в специальные игровые дворцы, построенные по всей планете, одновременно входили миллионы молодых людей. Они подключались к единой Игровой сети и… засыпали. Их разум погружался в компьютерную вселенную. А тела — оставались в игровых центрах подключенные к автономным системам жизнеобеспечения, способные жить без движения много дней.
Игра начиналась!
И всё же, связь с реальным миром оставалась сильной. Именно на это намекал Зевс, говоря о «близости в игре». Команда, находящаяся в одном зале действовала более сплоченно, чем игроки не знакомые друг с другом и находящиеся в разных частях планеты. Возможно, это действовали какие-то феромоны или соприкосновения аур — ни Ким, ни Зевс этого не знали, как не знали ученые, отслеживавшие уникальный феномен. Но факт оставался фактом.
«Шестеро» — а именно так называли себя Дементор, Зевс, Ким, Эльфийка, Валькирия и Ведьма были сплоченной КОМАНДОЙ, когда-то весьма известной в сети своими блистательными победами. В последнее время они играли не часто — двенадцатичасовые занятия в школе и перегруженные программы старших классов все сильнее заставляли их погружаться в учебный процесс, оставляя на отдых лишь выходные. Но Игры Смерти являлись слишком разрекламированным проектом!
«Эти игры, — неожиданно подумал вдруг Ким, — действительно могли всех собрать, вернуть былое назад!»
И правда, тирада Зевса возымела нужное действие.
Первой сдалась озябшая после душа Ведьма. Снова обернув себя в полотенце, она прервала общее молчание и заявила, что пойдет вшестером хоть на край света. Естественно за счёт Кима.
Затем из полугипноза вышел Дементор. Он пообещал в обязательном порядке пропустить свой любимый кружок качков-староверов и посвятить воскресенье Играм.
Сгоревшее блюдо, вероятно, ничуть не смущало Киру, поскольку застыв безмолвной статуей, она пыталась уловить суть доводов-рассуждений Зевса. Но на самом деле, эти доводы не значили для неё ничего. Мысль снова собраться вместе, но не в кафе, не на пляже, а в подзабытой Игровой всепланетарной сети обескуражила девушку, вспоминавшую о прежних блестящих «детских» победах с ностальгией и легкой тоской. Система НДТНС жалобно пищала о пожаре на заднем фоне за ее спиной, роботы в доме носились с огнетушителями, истошно вопя сигнализацией, но Валькирия, не обращая на огонь никакого внимания (техника справится), молча сняла белый фартук, повесила его на стену и, поглядев на Кима, безмолвно качнула головой.
Согласна, заключил Ким!
Последней сдалась Эльфийка. Всё это время она мучила кота, попавшегося под расправу. Кот ревел и вырывался, но Эля упрямо продолжала его гладить. Кто-то сказал ей, что андроидным котам нравится, когда их гладят. Какая глупая шутка! Испробовав все возможные отговорки от совместного похода, Эля всё же позволила себя уговорить. Переборов себя, она отложила встречу с очередным «прелестным мальчиком», как она его называла, упорно не выдавая имени. Возможно, подумал Ким, персонаж был вымышленным. Но даже если он был настоящим, красавица, наверняка, любила мужчин меньше, чем жестокие и красочные виртуальные схватки, в которых, действительно, ей не было равных!
Недаром их звали — «Шестеро». Ей богу, это стоило дорогого.
Итак, их ожидала Игра!
Часть I: Смертные
Портал Игрового поля. Ввод
Квартира Эльфийки.
Тридцать минут спустя.
Если голова акробата Кима считалась в «Шестерке» генератором новых идей, то квартира «неоготессы» Эльфийки являлась её штабным бункером. Именно здесь знаменитая в прошлом школьная команда собиралась, чтобы обсудить будущие кровавые кампании в игровой сети.
В отличие от готов прошлого, предпочитающих всё черное и бледную кожу, неоготы, напротив, настаивали на загаре и немало времени проводили в соляриях.
На часах было без пяти семь. Пятеро друзей, учитывая время путешествия на скоростной подземке, развивающей скорость до пятисот километров в час, должны были ввалиться «в хату» с минуты на минуту, а Эля еще не думала о косметике! Она ужасно не успевала.
— Чего одеть? Ну чего?!
Как любая индоевропейца, Эльфийка не была смуглокожей от природы. Для того чтобы поддерживать «колорит» своей внешности ей нужны были солярии и чёрные краски, которые она использовала во всю. Чёрные губы, глаза и волосы, и даже… некоторые другие места на теле которые обычно никто не видел. Интимный макияж Эльфийка считала еще одной своей «фишкой» наряду с татуировкой на зрачке глаза. Однако зачем она его делала было непонятно, ведь постоянного партнера у неё не было никогда. Впрочем, общепринятый порог половой зрелости (четырнадцать лет) она перешагнула всего два года назад, так что, в каком-то смысле, всё ещё только начиналось.
Не успела Эльфийка подойти к зеркалу, как в дверь раздался протяжный звонок, имитирующий пение какой-то вымершей доисторической птички. Кот