Кухня располагалась слева и была в том же состоянии, что и обычно. Груды неделями не мытых тарелок громоздились не только в мойке, но и на столе, стульях и даже на полу. Окурки, пивные банки и пустые бутылки валялись повсюду. Холодильник был пуст, но снова наполнился, после того как она выложила туда контейнеры.
Это была тесная «однушка», где единственная комната совмещала функции гостиной и спальни. Мебель появилась здесь ее стараниями. Средств едва хватило на самое необходимое, поэтому главным предметом обстановки оставался большой мольберт возле окна. В углу валялся потрепанный матрас. Она так и не смогла позволить себе купить ему нормальную кровать.
Поначалу она помогала ему следить за собой и поддерживать порядок в квартире. Постоянно что-то подтирала, подбирала мусор с пола, стирала одежду и мыла его самого. Так было много лет тому назад. Потом она сдалась и теперь следила только за тем, чтобы он не умер с голоду.
Иногда ей хотелось сделать для него больше. Вина тяжким грузом лежала на ее плечах, сдавливала грудь. Раньше, когда она, стоя на коленях, подтирала его блевотину, это воспринималось как искупление и приносило облегчение. Но это было раньше, а теперь она несла свой крест без всякой надежды.
Он лежал возле стены, весь в нечистотах. Дурно пахнущая развалина, но за неприглядным фасадом скрывался большой талант. Сколько раз она спрашивала себя, как бы все сложилось, сделай она в тот день другой выбор. За двадцать пять лет не было ни дня, когда бы она не задавалась этим вопросом. Двадцать пять лет – достаточный срок, чтобы как следует все обдумать.
Иногда, уходя, она оставляла его валяться на полу. Но не сегодня. От стен тянуло холодом, а он лежал в одном белье. Она потянула его за руку, безжизненно лежавшую на боку, – никакой реакции. Схватив обеими руками за запястье, поволокла его к матрасу, попыталась перевернуть – и вздрогнула, коснувшись пальцами мягких кожных складок на талии. В конце концов ей все-таки удалось разместить бо́льшую часть его тела на матрасе. Одеяла не было. Она накрыла его курткой, которую принесла из прихожей, и опустилась на пол перевести дух.
Многолетний физический труд укрепил ее мышцы не хуже тренировок. Иначе откуда взяться силе в ее возрасте? Ее беспокоило только, что с ним будет, когда эта сила иссякнет.
На его лицо упала засаленная прядь, которую она убрала указательным пальцем. Жизнь пошла не так, как она рассчитывала, ни для него, ни для нее. Но она сделает все, чтобы сохранить то немногое, что им осталось.
Люди отворачивались, встретив ее на улице, но она успевала поймать в их взглядах искорку сочувствия. Андерс пользовался дурной репутацией и считался почетным членом местного «клуба алкоголиков». Он имел привычку шляться пьяным по поселку, выкрикивая неприличные слова в адрес каждого встречного и поперечного, и внушал тем самым отвращение. Она же вызывала в людях только симпатию. Хотя, по справедливости, должно было быть наоборот. Если кто из них и заслуживал участия, то это Андерс. Потому что это из-за ее слабости его жизнь пошла под откос.
Она просидела на полу несколько часов. Когда он вздрагивал в забытьи, гладила его по голове и успокаивала. Там, снаружи, жизнь шла своим чередом, но в этой комнате время остановилось.
* * *В понедельник установилась плюсовая температура, а небо заволокли дождевые тучи. Эрика всегда была осторожным водителем, но сейчас еще больше сбавила скорость, чтобы следить за боковой ограничительной линией. Она боялась, что машину занесет.
Вообще, за рулем Эрика была не бог весть что, но ценила одиночество, поэтому предпочитала автомобиль тесноте автобусного салона или электрички.
Свернув на шоссе, Эрика прибавила скорость. Встреча с Хенриком Вийкнером назначена на двенадцать часов. Она рано выехала из Фьельбаки и имеет в запасе достаточно времени, чтобы добраться до Гётеборга.
Эрика вспомнила разговор с Анной – впервые после того, как увидела в ванной мертвую Алекс. Ей до сих пор не верилось, что сестра сможет продать дом их детства. Представить только, что было бы с родителями, узнай они об этом… Но нет ничего невозможного, если в деле замешан Лукас. Эрика и раньше знала, что его подлость не знает границ, однако на этот раз он превзошел сам себя.
В любом случае имеет смысл юридически прояснить ситуацию, прежде чем всерьез заниматься домом. А до того Эрика не даст Лукасу, со всеми его затеями, сбить себя с толку. Она должна сосредоточиться на предстоящем разговоре с супругом Алекс.
* * *По телефону Хенрик Вийкнер произвел впечатление приятного мужчины и был в курсе ее с Карлгренами дел. Разумеется, она может подъехать и задать ему несколько вопросов об Александре, если эта статья так важна для Биргит и Карла-Эрика.
Эрике было любопытно взглянуть на дом Алекс, притом что она опасалась лишний раз сталкиваться с человеческим горем. Встреча с родителями Алекс далась ей тяжело. Как писательница, Эрика предпочла бы дистанцироваться от всего этого. Изучать действительность со стороны, холодным взглядом незаинтересованного наблюдателя. Тем более что это была ее первая возможность составить представление о личности взрослой Алекс.
Они были неразлейвода уже с первых дней школы. И Эрика страшно этим гордилась, потому что Алекс была настоящим магнитом для всех, кто оказывался в поле ее притяжения. Все хотели быть с ней, притом что сама она едва ли осознавала масштабы своей популярности. Алекс отличалась застенчивостью, но того особого рода, который свидетельствует об абсолютной уверенности в своих силах – и у детей, как это позже поняла Эрика, встречается крайне редко.
Несмотря на эту свою особенность, Алекс оставалась открытой и великодушной и совсем не оставляла впечатления стеснительной девочки. Это она выбрала Эрику в подруги. У самой Эрики ни за что не хватило бы духу первой приблизиться к ней. Они оставались неразлучны, пока Алекс не переехала и не исчезла из ее жизни навсегда. Впрочем, из жизни Эрики она уходила постепенно, пока та, запершись у себя в комнате, часами напролет оплакивала их дружбу.
Так, однажды, когда она позвонила Алекс домой, никто не взял трубку. И двадцать лет спустя Эрика во всех подробностях помнила тот день, когда узнала, что Алекс переехала. Не попрощавшись и не сказав ей ни слова! Эрика до сих пор не знала, как так вышло, и,