— Тише, тише, — простонал я. — Иначе выгоришь.
Юсупова потянула меня, и я послушно сел на кровати. Кристина прильнула ко мне всем телом. И я заметил, как в ее глазах пляшет, заволакивая зрачки, дым. Руки девушки мелко подрагивали. Она обхватила меня ногами так крепок, что я не смог бы освободиться при все желании.
Я обнял ее в ответ, но княжна отстранилась, словно не пуская мою силу в себя. Мне удалось прикоснулся к дымному плетению, но услышал ее горячий шепот:
— Нельзя. Не давай мне ничего, Леша. Иначе дома могут возникнуть ненужные вопросы.
А затем, ее крылья сомкнулись за моей спиной, завернув нас в кокон. Касание светлой силы лишало ориентиров и наслаждение накрывало с головой. Блаженство впитывалось в каждую клеточку моего тела, растворяясь в крови. Сердце билось часто, а кожа, казалось, светилась от впитанной энергии. Кристина коснулась губами моей щеки в месте, где остался ожог. Кожа начала зудеть, зачесалась. Кристина мягко отвела руку, когда я попытался притронуться к ране:
— Не трогай. Просто получай удовольствие.
И я подчинился. Что в этот момент было совсем несложно.
Когда Кристина нехотя перекинула через меня ногу и сошла с кровати, я чувствовал себя намного лучше.
— Ну, как ваше состояние, больной? — строго осведомилась Юсупова, надевая толстовку.
— Вы просто чудо, доктор, — выдохнул я. — Можете поставить на ноги даже самого безнадежного пациента. И если вы умеете творить такое руками, то боюсь представить, как это будет…
Кристина усмехнулась и села в кресло, пытаясь унять возбуждение.
— Мы ведь уже… — я облизнулся, вспомнив, как провел ночь с двумя сестрами.
Похоже, Кристина тоже подумала об этом и едва заметно нахмурилась.
— Я тогда еще не умела владеть силой и… — она посмотрела на меня исподлобья, — ты больше был занят не мной.
— Мне сложно жалеть о том, что я открыл твою силу.
— Ну, об этом мечтает каждый. Я понимаю тебя. И очень благодарна.
— А… — начал было я, но девушка не дала мне договорить:
— Главная добродетель светлых — умение бороться с желаниями. И я воспитываю в себе эту добродетель. Но возможно, ты проверишь свою гипотезу. И мы попробуем это вдвоем.
— Когда?
— Нибудь, — односложно ответила Кристина.
— Зря ты отказалась от того, чтобы я добавил тебе немного силы. Это было бы вкусно.
Юсупова с неохотой покачала головой:
— Все, не искушай меня. Мне ибез этого было тяжело сдержаться. Такие вещи чувствуются издалека. Да, фактически мы не переспали. Но кому какое дело? Если в девушке есть чужая сила — никто не будет разбираться.
Я попытался сесть на кровати, но тело почти не слушалось.
— Черт… — прохрипел я и провел по губам пересохшим языком.
— Обезвоживание? — иронично уточнила Кристина.
— Что-то вроде… того.
— Ну, прости. Ты был сильно отравлен… странным веществом. Каким-то токсином. Так что другие методы выведения яда не сработали бы. Ну, или я их пока не знаю. Сейчас попрошу кого-нибудь принести воды.
— Давай лучше попьем чай, — предложил я.
Кристина склонила голову и внимательно посмотрела на меня большими, голубыми глазами:
— Хорошо, — согласилась она и хитро добавила. — Только переоденься. У тебя на штанах появились какие-то влажные пятна. И я даже думать не хочу об их происхождении.
Она вышла за дверь. А я встал с кровати и тяжело прошелся по комнате.
Усталость и сонная оторопь, вызванная отравлением, прошли будто их и не было. Подошел к шкафу, торопливо переоделся, закинув перепачканные после пережитой страсти штаны в ведро. Вместо них я надел просторные спортивки для бега. Накинул кофту. Посмотрел на себя в отражение ростового зеркала.
Бледность сошла, пропали и черные круги под глазами, которые вызывает сильное истощение и выгорание. А на месте, где должен был остаться ожог, красовался тонкий, едва заметный белесый шрам. Я провел по нему пальцами:
— Ну, с боевым крещением тебя, Карамазов. Думаю, скоро шрамов прибавиться. С такой-то работой.
Дверь распахнулась, и в комнату вошел Мейхэм. В руках дворецкий нес поднос, на котором стоял чайник и две чашки. За Мейхэмом с немного пристыженным видом шла Кристина. Заметив, что я стою у шкафа, слуга недовольно нахмурил брови:
— Негоже, князь. Отдохнули бы.
— Я прекрасно себя чувствую, — отмахнулся я. — Как Феникс и Катерина?
— Екатерина отдыхает. А Виктор тренируется с Настасьей, — дворецкий покачал головой, — Безграничная энергия — удел молодых.
— А Екатерина, значит, старуха, если отдыхает, — довольно пробормотала за спиной слуги Кристина. — Ну, значит мои подозрения сбылись.
Дворецкий поставил поднос на стол и обернулся:
— А вы, княжна? Чай таскать удумали. Не для аристократов это занятие. Не хочется, чтобы ваш папенька решил, что в доме Камрамазовых вас учат плохому.
Последняя фраза прозвучала двусмысленно и мы все это поняли.
Кристина опустила голову и потупила глаза. Спрятала руки за спиной и принялась водить по полу ножкой в белом носочке:
— Просто я хотела поухаживать за больным. А то оставишь его здесь на секунду и сразу набегают всякие престарелые секретутки. Покушаться на честь князя. А он сильно ослаб. Может, и не справится с наглыми девками.
Мейхэм скрыл довольную улыбку, но ничего не ответил. Поклонился и вышел из комнаты, оставив нас наедине. И Кристина тут же подошла ко мне, взяла меня за руку:
— Больному нужен уход! — не терпящим возражений голосом произнесла она, подводя меня к столику.
Я кивнул и сел в кресло. Ее забота пришлась по душе. Кристина уселась напротив и разлила напиток по чашкам.
— Спасибо. Ты просто чудо, — поблагодарил ее я.
— А то, — подтвердила Кристина и взяла чашку. — Кстати, я видела, что вы приехали с Финистом?
— Да. Нашли его в туманном городе. Есть такой по дороге в страну болот.
— Ага. Там похитили папу, брата и Ольгу. Отец рассказал.
Кристина взяла из вазочки печенье и осторожно отломила кусочек.
— Кстати, у меня есть разговор к Михаилу Александровичу.
— По поводу клятвы крови? — тут же с интересом уточнила Кристина.
— И по поводу ее тоже, — ответил я.
Откинулся на спинку кресла и сделал глоток. Довольно прикрыл глаза: чай был хорош.
— Ты заваривала? — уточнил я, но Кристина только махнула рукой:
— Из меня весьма посредственная хозяйка. В нашем доме все делает Леночка. Так что…
Юсупова развела руками:
— Но я умею готовить борщ, — не без гордости добавила она. — Меня Настя сегодня научила, пока я вас ждала. Кстати, не расскажешь, куда вы ездили?
Она сделала глоток горячего напитка и отставила чашку. С любопытством посмотрела на меня, ожидая истории.
— Потом. Когда приду в гости. Все расскажу, обещаю.
Кристина тяжело вздохнула:
— Так и знала, что у вас с Калининой какие-то секреты. Я предполагаю, что эта старуха тебя и отравила. Хотела взять тепленьким. А мне потом выхаживай и отгоняй всяких.
— Откуда такие домыслы?
— Она похожа на ведьму из сказок. Вся мерзкая такая. Только бородавки на носу не хватает. Не понимаю, что в ней тебя привлекло? Надеюсь, ты был пьян. Сильно пьян. Прямо вот….
— Ты такая милая, когда ревнуешь, — улыбнулся я.
— Лучше не играй со