– Я бы хотел поговорить с вами. Конфиденциально. Он бросил взгляд на девушку:
– Тина, дорогая, тебя не затруднит?
– Еще бы!
Она поднялась и направилась к выходу, покачивая бедрами.
– Делай что хочешь! – крикнула она, перед тем как с силой захлопнуть за собой дверь.
– Держу пари, это самые искренние слова, сказанные ею за всю жизнь. Амой улыбнулся:
– Она не красавица, но что-то в ней есть… Выпьете, лейтенант?
– Почему бы и нет? – Я расположился на стуле светлого дерева, который был не очень старинный, зато комфортабельный. – Скотч со льдом и немного содовой, – уточнил я.
Он открыл небольшой бар, стоящий около письменного стола, наполнил два стакана и один протянул мне. Устроившись в кресле за столом, он поднял свой стакан:
– Ваше здоровье. – Поставив стакан, он несколько секунд внимательно смотрел на меня. – О чем вы хотели поговорить со мной?
– Вы знакомы с молодой дамой, носящей фамилию Рэндалл?
– Допустим, – осторожно ответил он. – А в чем дело?
– Не пытайтесь хитрить. Вы знаете ее или нет?
– Положим, я ее знаю.
– Когда вы видели ее в последний раз? Он допил стакан и попытался что-нибудь придумать, чтобы уйти от прямого ответа.
– Зачем вам это знать?
– В соответствии с законом, – сказал я устало, – вы должны давать показания здесь, или, если хотите, я отвезу вас в управление и…
– Я видел ее несколько часов назад, – поспешно заявил он.
– Где?
– Здесь, в этом кабинете.
– В котором часу?
– Я не помню точно, – пробормотал он. – Однако она пришла сюда после полуночи. Должно быть, около часа, а ушла около двух часов ночи.
– Это невозможно.
– Хорошо, пусть невозможно, – ответил он, пожимая плечами. – В конце концов, это ваше дело. Скажите! – воскликнул он, внезапно изменив тон. – Ваш жетон – не липа? Вы случайно не из тех негодяев детективов, нанятых ее мужем?
– Мой жетон самый настоящий. Что касается ее мужа, я не уверен, что он у нее есть. Как его зовут? На этот раз Амой вытаращил глаза.
– Но… Рэндалл, очевидно! Что вы имеете в виду?
– Уточните для протокола: как ее зовут?
– Рэндалл! – повторил он непонимающе. – Мелани Рэндалл. С вами все в порядке, лейтенант?
– Я начинаю.., я думаю, да. Значит, это жена Френсиса Рэндалла?
– Да! – Я допил скотч. Нужно было взбодриться.
– Начнем сначала, – предложил я. – Знаете ли вы младшую Рэндалл, Алису?
– Алису? Так бы сразу и сказали. – Он казался раздосадованным, что было понятно. – Да, я знаю ее.
– Позволю себе спросить: знаете ли вы ее близко, так сказать интимно?
– Возможно.., ну и что?
– Когда вы видели ее в последний раз?
– Вчера вечером. Она была здесь часа за два до начала представления и ушла до десяти. С ней что-нибудь случилось?
– Где вы были, скажем, между десятью и полуночью?
– Здесь.
– Можете доказать?
Выигрывая время, он зажег сигарету.
– Я обязан это делать, лейтенант?
– Возможно. Кто вас видел?
– У вас есть выбор: Тони – метрдотель и Тина, девушка, которая только что здесь была. Я не выходил отсюда весь вечер, и они оба заходили сюда. Тони как раз после десяти, а Тина перед своим первым выходом, то есть около половины двенадцатого.
– Это я проверю.
– Из-за чего шум, лейтенант? Алиса совершила какую-нибудь глупость? Вы знаете, эта девочка и мухи не обидит.
– С ней случилась беда! Кто-то повесил ее на дереве этой ночью.
Дюк Амой стал зеленым, за исключением двух красных пятен на щеках.
Он проговорил:
– Значит, она умерла?
– А как вы думаете?
– Невероятно… Алиса! Но это…
– Давайте, Амой, шевелите извилинами. Одно верно: или у вас есть алиби, или его нет. И даже если алиби есть, возможно, вы за него хорошо заплатили. В любом случае я все узнаю. Вы единственный, у кого был мотив для убийства.
– Какой мотив? – спросил он.
– Она была девочкой, с которой вы проводили уикэнды, но это не мешало вам развлекаться с ее невесткой. Возможно, она узнала об этом и пригрозила обо всем рассказать брату, и тогда…
– Вы свихнулись! – закричал он возмущенно. – Алиса ничего не знала о Мелани, как и та об Алисе. Вы принимаете меня за дурака?
– Да. Вы даже внешне на него похожи.
– Хорошо, хорошо, – сказал он, вздыхая. – Раз вы так думаете, ладно, давайте докажите это! Чего вы ждете? Я вам вот что скажу: вы ничего не сможете доказать по одной простой причине – я не выходил отсюда весь вечер, и у меня есть два свидетеля, которые это подтвердят.
– Посмотрим. Пригласите метрдотеля и не забывайте, что вопросы задаю я.
– Мне нечего терять, – пробурчал Амой, поднимая трубку.
Через десять минут я вынужден был признать, что он прав. И метрдотель, и певица подтвердили его слова. Они были категоричны относительно времени, и так как мне не удалось переубедить их, я отступил.
Когда они ушли, Амой с улыбкой откинулся на спинку кресла:
– Я же вам говорил, лейтенант! Я не выходил отсюда.
– Я вам верю, по крайней мере в данный момент, – сказал я немного разочарованно.
– Не хотите ли еще выпить?
– Не утруждайте себя, – проговорил я. – А то от напряжения у вас парик свалится.
– У меня нет парика! – завопил он. – У меня свои волосы.
– Я уже вам говорил: каждый несет свой крест.
Жалкая реплика.
Я покинул его кабинет и клуб, где клиента ожидало истинное уединение, так что две родственницы могли приходить к одному и тому же парню, в один и тот же кабинет, никогда не встречаясь.
Усевшись в машину, я снова посмотрел на часы. Было половина пятого. Я решил, что на сегодня хватит, и направился домой.
Едва я коснулся головой подушки, как зазвонил телефон. Я снял трубку и положил ее рядом с аппаратом.
Было девять часов, когда я открыл глаза. Совершив, как обычно, турне в ванную и кухню, я прибыл в офис шерифа в десять утра.
Хорошенькая белокурая головка секретарши шефа повернулась ко мне.
– Ну, лейтенант, я должна вам кое-что сказать, – удовлетворенно заявила Аннабел Джексон. – Образ жизни, который вы ведете, наконец наложил на вас отпечаток. Сегодня вы похожи на старика!
– Вы знаете, что говорят о людях, которые живут в стеклянных домах? Им всегда нужно "раздеваться в темноте! – С этими словами я вошел в кабинет шерифа.
Лейверс был похож на человека, который, пережив жестокую грозу, обнаружил, что болен чумой.
– Полник дал мне более или менее точный отчет о том, что произошло у Рэндаллов вчера вечером, – заявил он сухо. – Вы не вернулись с ним в офис, и я предположил, что вы отправитесь допросить некоего Амоя. И так как вас не было до половины пятого, я решил, что вы больше и не появитесь. – Его голос вдруг перешел в рычание. – Позвонив вам домой и убедившись, что у вас снята трубка с аппарата, я решил, что мне