«Информация — это власть. Но, как обычно бывает с властью, есть те, кто хочет обладать ею единолично. Всё мировое научное и культурное наследие, опубликованное в течение веков в разнообразных книгах и журналах, стремительно оцифровывается и закрывается от лишних глаз горсткой частных корпораций. Хочешь прочитать о самых выдающихся достижениях науки? Тебе придётся переслать огромные суммы издателям вроде Reed Elsevier.
Но есть те, кто хочет изменить этот порядок. «Движение свободного доступа» отважно сражалось за право учёных не отдавать свою интеллектуальную собственность корпорациям, а свободно публиковать свои работы в Интернете. Так к ним сможет получить доступ любой желающий. Но даже если этот сценарий будет воплощён в жизнь, это коснётся лишь будущих работ. Все, что было создано до этого момента, окажется потерянным.
Это слишком высокая цена. Принуждать научных сотрудников платить деньги за чтение работ своих коллег? Сканировать целые библиотеки, но позволять их читать только персоналу Google? Снабжать научными статьями элитные университеты стран первого мира, но не детей из стран третьего мира? Это возмутительно и недопустимо.
«Я согласен, — говорят многие, — но что мы можем сделать? Компаниям принадлежат авторские права, и они зарабатывают огромные деньги. И это совершенно легально. Мы никак не можем остановить их». Но всё же что-то мы можем. Что-то, что уже делается: мы можем бороться.
Люди, у кого есть доступ к этим ресурсам, — студенты, библиотекари, учёные — у вас есть преимущество. Вы кормитесь на этом пиршестве знаний в то время, как остальной мир сидит под замком. Но вы не должны, вернее, у вас нет моральных прав оставлять эту привилегию только себе. Ваш долг — поделиться ею с миром. И вы это делаете, обмениваясь паролями с коллегами, заполняя запросы на скачивание для друзей»[7].
Цитатами из этого манифеста прокурор собирался доказать на судебном процессе намерение Шварца опубликовать скачанные документы в свободном доступе. Взяв резкий старт и жесткий ритм — непременно выходишь за пределы человеческих возможностей и с невероятной скоростью расходуешь жизненный заряд. С этим предположением умело связывают непродолжительность жизни некоторых гениев или потерю ими рассудка в общепринятом «расцвете сил». Не знаю, так ли это на самом деле, только в контексте этой истории поневоле задумываешься о существовании подобного свойства жизни.
Пылить и фонтанировать высокопарными речами с громкими эпитетами «жертва государственной машины» или «символ борьбы за свободный Интернет» не хочется, ведь это уже исполнено соратниками Аарона и активным онлайн-сообществом. Возможно, меня сочтут жутким прагматиком, но я давно утвердился в следующем: всякая революция нуждается в павших героях. Им предстоит олицетворять не только опасность борьбы с более могущественным противником, но и самозабвенную веру в собственные идеалы.
Часть 2
Марафон
Этой главой мы начнем открыто конфликтовать со многими идеями, организациями и персоналиями. Я буду настаивать на скептическом отношении ко всему, с чем придется столкнуться далее. Война интересов, претворение в жизнь противоречащих идеалам интернет-пространства идей — то малое, что мы охватим в этой главе.
Тренировка
Сейчас сложно точно определить, когда Интернет изменил вектор в сторону отказа от анонимности, возведя в венец творения профиль в социальной сети. Происходило это по всем законам «Искусства войны», которому претят агрессивные методы подчинения «новых территорий». Неспешно и деликатно сознание пользователей изменялось в сторону приобретения своего рода паспорта идентификации во Всемирной сети. С каждым новым годом значимость социальных сетей возрастала, а их количество приблизилось к ассортименту гипермаркета. Десятком лет ранее знания о собеседнике ограничивались исключительно никнеймом[8], а иногда тот и вовсе отсутствовал. Вы могли именоваться как угодно, использовать в качестве визуализации профиля любимого киногероя, животное, вычурный символ — в общем, любое понравившееся изображение. Реальные фото, к слову, были реликтовой редкостью. С течением времени многие форумы опустели; обмен мнениями, советы и неугасающие словоблудные баталии перенеслись на стены, страницы, ленты мировых социальных сетей. С одной стороны — одноклассники, студенческие товарищи, друзья всегда на расстоянии логина и пароля, с другой — неугодный пост[9] обрекает на вполне реальный срок заключения. Относительно недавно активист из Набережных Челнов Рафис Кашапов был осужден на три года лишения свободы за несколько постов в социальной сети «ВКонтакте». Осужденный разместил на своей странице тексты на политические темы, где нелестно отзывался о нынешней администрации полуострова Крым и допускал сравнение действующего президента Российской Федерации с небезызвестным руководителем НСДАП в период с 1921 по 1945 гг. К материалам дела также был добавлен «демотиватор»[10] с острой критикой российской внешней политики. Примечательно, что после отбытия основного наказания осужденный не вправе пользоваться социальными сетями в течение двух лет. Последний факт в очередной раз демонстрирует значимость Интернета и влияние происходящих в нем процессов на действия вовне.
Тому вторит процесс, связанный с лидером «Партии прогресса» (получившей отказ в официальной регистрации на территории РФ) Алексеем Навальным. Своей общественной и политической деятельностью Навальный выходит далеко за рамки официально допустимой «вилки» критики властей предержащих РФ. Используя Интернет как основной рычаг продвижения собственных взглядов, он запустил немало громких проектов: «РосПил», «РосЯма», «РосВыборы», «Добрая машина правды», «РосЖКХ». Каждый из проектов основывается на выявлении, анализе и, главное, всеобщей доступности информации, касающейся хищений государственных средств и всевозможных злоупотреблений в рядах государственных деятелей и служащих. Для справки: в 2011 году, совместными усилиями интернет-пользователей и международного жюри, проект «РосПил» получил награду «Наиболее полезный для общества ресурс» Международного конкурса блогов и сетевых сообществ The BOBs. Следующий год принес проекту награды в номинациях «Открытие года» и «Инвестор года» сетевого конкурса РОТОР, целью которого является обозначение самых значимых проектов и деятелей рунета[11].
Эффективно использовав (и продолжая это делать) современные средства коммуникации, Навальный снискал образ русского Джулиана Ассанжа, хотя их деятельность во многом расходится. Откровенно говоря, рождение Ассанжа на территории постсоветского пространства практически невозможно, поскольку «аборт» может свершиться на любом этапе его жизни, и огласки эта «операция» не получит так точно (или линза объектива развернется на 180 градусов, чтобы все мы узнали «истину»). Но это лирическое отступление, а нам будет интересен тот факт, что с 2010 года