– У вас есть что-нибудь успокаивающее?
– Сестра дала мне что-то.
– Я имею в виду выпивку. У вас есть что-нибудь выпить?
– Нет.
Лицо его сразу сморщилось, из глаз потекли слезы. Он отвернулся от Буни и, всхлипывая, снова заговорил:
– Почему они не взяли меня? Почему не пришли за мной?
– Может быть, они придут позже, – сказал Буни, – когда меня здесь не будет?
Незнакомец снова взглянул на него.
– Что вы знаете об этом? – спросил он.
«Очень мало», – хотел сказать Буни, но промолчал. Он знал кое-что об этой легенде, но никогда не интересовался подробностями. Действительно ли это то самое место, где находят покой те, кто потерял последнюю надежду? А сам он дошел уже до этого состояния? Ведь у него не осталось ничего, что принесло бы успокоение. И никто не сможет помочь ему – ни Декер, ни Лори. Даже смерть отвернулась от него. И хотя Мидин был всего лишь красивой легендой, свято хранимой обреченными на страдания людьми, Буни хотел теперь побольше узнать о ней.
– Расскажите мне, – промолвил он.
– Это я вас прошу рассказать, – ответил незнакомец, почесав свой небритый подбородок серебряным ногтем.
– Я знаю, что там облегчаются все страдания, – сказал Буни.
– А еще что?
– А еще… туда принимают всех.
– Не правда, – последовал неожиданный ответ.
– Не правда?
– Если это так, то почему же я до сих пор там не оказался? Разве вы не знаете, что это самый большой город на земле? И конечно, не всех туда пускают. Его глаза, полные слез, уставились на Буни. «Интересно, он понял, что я ничего не знаю, – подумал Буни. – По-видимому, нет». А его сосед продолжал говорить и, казалось, испытывал удовольствие от обсуждения этой темы. Но скорее всего в этом просто выражался его страх.
– Меня не берут туда, потому что я, наверное, еще не заслужил этого, – сказал он. – Не так-то легко получить у них прощение. Да и вообще, не все грехи отпускаются. А знаете, что они делают с теми, кто не достоин этого прощения?
Однако Буни гораздо больше интересовала сама уверенность этого человека в том, что Мидин действительно существует. Он говорил о нем не как о несбыточной мечте, которую лелеет в своей душе любой сумасшедший, а как о чем-то реальном, куда можно прийти и действительно получить то, что тебе нужно.
– Вы знаете, как попасть туда? – спросил Буни.
Незнакомец отвернулся. И вдруг Буни охватил страх. Что если этот урод не станет больше ничего рассказывать!
– Мне нужно знать, – повторил он.
Незнакомец снова взглянул на него.
– Это заметно, – сказал он изменившимся голосом.
Подавленный вид Буни явно заинтересовал его.
– Мидин находится к северу-западу от Атабаски.
– Правда?
– Это то, что я слышал.
– Но там совершенно пустынная земля, – сказал Буни. – И без карты в тех местах можно блуждать до бесконечности.
– Мидин не обозначен ни на одной карте. Но действительно расположен к востоку от города Пис-Ривер, рядом с Шернеком, севернее Двайера.
В его словах не было ни тени сомнения. Он верил в существование этого места, пожалуй, даже больше, чем в то, что сам находится сейчас в четырех стенах больничной палаты.
– Как вас зовут? – спросил Буни.
Вопрос, казалось, привел его в замешательство. Уже долгое время никто не спрашивал его имени.
– Нарцисс, – ответил он наконец. – А вас?
– Арон Буни. Правда, никто не зовет меня Ароном. Просто Буни.
– Арон, – сказал Нарцисс. – А откуда вы знаете про Мидин?
– Оттуда же, откуда и вы, – ответил Буни. – От других людей, от тех, кто мучается и страдает.
– От монстров, – добавил Нарцисс.
Буни не считал этих несчастных монстрами, но, возможно, с точки зрения нормального человека, они действительно ими были.
– Только их принимают в Мидин, – объяснил Нарцисс. – Если вы не зверь, тогда вы – жертва. Ведь правда же? Вы или тот, или другой. Вот почему я не осмеливаюсь идти туда один. Я жду друзей, которые придут за мной.
– Людей, которые уже отправились туда?
– Да, – сказал Нарцисс. – Некоторые из них живые, а некоторые пошли в Мидин уже после своей смерти.
Буни показалось, что он ослышался.
– После смерти? – переспросил он.
– Послушайте, может быть, у вас все-таки найдется что-нибудь успокаивающее?
– У меня есть немного таблеток, – сказал Буни, вспомнив о лекарстве Докера. – Если хотите, я вам дам.
– Хоть что-нибудь.
Буни с радостью избавился бы от этих таблеток. Они дурманили ему голову, приводили в такое состояние, когда не знаешь, жив ты еще или уже умер. Сейчас он знал, что жив. Теперь ему было куда пойти. Было такое место, где его хоть кто-нибудь сможет понять. А для этого не нужны таблетки. Для этого нужны силы и страстное желание получить прощение. Желание у него было. А силы… Он должен найти их.
– Где же они? – нетерпеливо спросил Нарцисс.
Старая кожаная куртка Буни, которую с него сняли во время осмотра, висела на спинке стула. Он запустил руку в ее внутренний карман и, к своему ужасу, обнаружил, что пузырька с лекарством там нет.
– Кто-то вытряхнул мою куртку!
Он осмотрел другие карманы. Везде пусто. Письма Лори, бумажник, лекарство – все исчезло. Через секунду он понял, что случилось, и внутри у него все похолодело. Они искали документы, хотели установить его личность. Попытка самоубийства была налицо, поэтому они и обчистили его карманы. А в бумажнике был адрес Декера. Наверное, доктор уже торопится в больницу, чтобы забрать своего непутевого пациента и отвести его в полицию. И тогда, прощай, Мидин…
– Вы сказали, что у вас есть таблетки! – завопил Нарцисс.
– Кто-то взял их у меня.
Нарцисс выхватил куртку из рук Буни и стал в ярости терзать ее.
– Где? – кричал он. – Где?
Его лицо снова сморщилось от отчаяния. Он бросил куртку и отпрянул назад. Из глаз его катились слезы, а рот растянулся в страшной улыбке.
– Я знаю, кто вы, – сквозь рыдания и истерический хохот сказал он, указывая на Буни. – Вас послали сюда оттуда. Чтобы убедиться, достоин ли я попасть в Мидин. Вы пришли специально, посмотреть на меня – подхожу я вам или нет.
Он бился в истерике, не давая Буни возможности вставить даже слово.
– А я сижу здесь и молю всех богов, чтобы за мной кто-нибудь пришел. А вы, оказывается, уже тут как тут. Наблюдаете за мной все это время и видите, какое я дерьмо!
Он громко захохотал и вдруг заговорил вполне серьезно:
– Я никогда не сомневался. Я всегда знал, что за мной придут. Но я думал, что это будет кто-нибудь из знакомых. Марвин, например. Мне следовало догадаться, что они пошлют человека, которого я не знаю. Ну как, посмотрели! Услышали? И мне совсем не стыдно. И им никогда не удавалось добиться от меня этого. Спросите любого. А они пытались! И не один раз. Они хотели разложить меня на кусочки, вытащить из меня все самое безобразное. Но я держался, потому что знал: рано