Пока Сэм рассматривал сидящих, один из них встал. Он выглядел весьма импозантно в цветастой рубашке от Роберта Грэма, в шелково-льняных штанах цвета слоновой кости от Армани и легких туфлях от Прады.
Фарго улыбнулся, встретившись с ним взглядом. На несколько секунд этот человек не смог скрыть своего потрясения, но лицо его быстро расплылось в привычной улыбке, такой же элегантной, как и его кремовая панама, небрежно надетая набекрень.
— Сэм и Реми Фарго. Какая приятная неожиданность! Как мило с вашей стороны, что вы к нам заглянули! — сказал мужчина с безошибочно узнаваемым аристократическим британским акцентом.
Сэм ощутил, как сзади к нему подошла жена. Не оглядываясь на нее, он с такой же дружеской улыбкой подошел к столу и протянул руку, чтобы вынуть одну из бутылок шампанского из запотевшего серебряного ведерка. Несколько секунд дайвер рассматривал этикетку, а затем уронил бутылку обратно на лед.
— Да, не кто иной, как Янус Бенедикт. Все еще пьет «Билькар-Сальмон» урожая тысяча девятьсот девяносто шестого, как я посмотрю, — сказал Фарго.
— Не вижу причин менять лошадей, имея уже испытанного фаворита, — отозвался его давний знакомый. — Осмелюсь спросить, чему мы обязаны удовольствием находиться в вашей компании?
— Мы были на том корабле, увидели ваш и задумались — нет ли у вас случайно горчицы «Грей Пупон».
— А, дает о себе знать знаменитое чувство юмора Фарго! Рад встрече, — ответил Янус.
Его тон был — сама элегантная вежливость, идеально укомплектованная седеющими, тонкими, как ниточка, усами.
Остальные трое мужчин, сидевшие у стола, смотрели на неожиданного гостя настороженно, но весело, наслаждаясь представлением. Всем было ясно, что Бенедикт и Фарго — давние враги.
Младший из мужчин приблизился к Янусу и пробормотал ему на ухо:
— Эй, что ты делаешь? Вышвырни их отсюда, немедленно. А еще лучше…
Янус резким жестом заставил его замолчать и, отведя в сторону, прошипел ему на ухо:
— Реджинальд, прекрати. Прекрати немедленно! Человек всегда должен держать своих врагов поблизости, чтобы лучше знать, что у них на уме.
— Это безумие!
Собеседник Бенедикта потянулся к своему поясу, где под свободной рубашкой был спрятан пистолет.
— Реджинальд, ты, может, и мой брат, но, если ты вытащишь это на моем судне, плата будет дьявольски высока, — предупредил его Янус. — Подумай. Просто подумай секунду. Введи в это уравнение оружие — и у нас не останется других путей. Поэтому прекрати немедленно и возвращайся к изучению своего пупка, пока взрослые будут вести игру.
С этими словами Бенедикт отодвинулся и снова сосредоточился на вновь прибывших:
— Пожалуйста. Я настаиваю. Выпейте шампанского. И, Реми, могу ли я сказать, что вы выглядите как никогда восхитительно…
Миссис Фарго откинула капюшон и расстегнула гидрокостюм:
— Вы всегда такой сладкоречивый дьявол, Янус?
— Нужно быть каменным, чтобы не заметить вашей красоты, дорогая леди, — сказал хозяин судна.
Он сел и щелкнул пальцами. Стюард в белых широких брюках и такого же цвета рубашке с короткими рукавами и черными эполетами материализовался рядом, выйдя из салона верхнего яруса.
— Принесите еще два стула для моих гостей и какие-нибудь нормальные бокалы. И поторапливайтесь, — приказал Янус.
— Да, сэр.
Словно вытащенные из шляпы кролики, появились еще два стюарда — они несли стулья и бокалы для шампанского. Реми и Сэм заняли места за столом. Тот слуга, что был пониже, налил им в бокалы шампанского — оно искрилось в ярком солнечном свете, как шипучее золото.
Бенедикт обвел открытой ладонью собравшихся за столом:
— Позвольте представить вам всех. Паскаль, Эндрю, Сергей, познакомьтесь с Сэмом и Реми Фарго… Некоторые утверждают, что они — самые удачливые охотники за сокровищами на всей планете. О, а вон тот джентльмен, который восхищается вашим прекрасным судном — мой младший брат Реджинальд.
Все кивнули чете Фарго.
Сэм покачал головой:
— Вряд ли мы охотники за сокровищами, Янус. Мы просто обладаем ненасытным любопытством и оказываемся в нужном месте в нужное время.
— Да, совершенно верно… — согласился Бенедикт. — На ваших плечах явно прочно примостилась Леди Удача. Но знаете поговорку: фортуна капризна.
Он поднял бокал, салютуя:
— За хорошую погоду и легкое плавание!
Реми подняла свой бокал, отвечая на тост, а Сэм лишь улыбнулся:
— Что привело вас к берегам Испании, Янус? Это ведь не похоже на место, которое вы посещаете регулярно?
— Я весь в работе, никаких развлечений, дорогой мальчик.
Взгляд Бенедикта скользнул по трем раскинувшимся в шезлонгах девицам рядом с бассейном.
— Таково распоряжение доктора, — добавил он. — Дышать соленым воздухом, наслаждаться солнцем. Никто из нас не знает точно, сколько времени ему отпущено. — Он немного помолчал, а затем снова подал голос: — А вы?
— У нас, должно быть, тот же самый доктор. Он дал нам практически такие же рекомендации, — вставила Реми.
— Что ж. Великие умы мыслят схоже, и все такое прочее, — согласился хозяин корабля.
Сэм подался вперед:
— Я невольно заметил, что у вас на этом судне настоящий магазин для дайверов.
Янус и глазом не моргнул, а только слабо улыбнулся:
— Некоторые из моих гостей — настоящие энтузиасты. Одна из жертв, которые приносишь, принимая гостей. Я оснастил судно так, чтобы у них было все, чего они могут пожелать.
— Судя по пустеющим подставкам для баллонов, полагаю, мы разминулись с ними.
— Да ну? Так трудно проследить за всеми на яхте таких размеров. Но весть о том, что они отправились понырять, меня не удивляет. В конце концов, это одно из больших их увлечений. Честно говоря, они просто сходят по дайвингу с ума.
— Какая длина у судна? Сорок метров? — спросила Реми.
— О, господи, нет! Скорее, пятьдесят с чем-то. Я забыл, сколько именно. Это всего лишь одна лошадка из моей конюшни, вы разве не знаете? Содержать ее непросто, и она не из дешевых, но к чему еще нам стремиться, как не к тому, чтобы наслаждаться максимальной роскошью?
Еще минут двадцать они подтрунивали друг над другом, кружа по словесной арене, как гладиаторы, и испытывая друг друга в поисках любого слабого места, однако Янус был слишком скользким, чтобы проговориться. Хотя Сэм и Реми прекрасно знали его игру, и их противник знал, что они знают, на борту его яхты они ничего не могли с этим поделать. Так что когда Фарго начал уставать от этого обмена репликами, они извинились, поблагодарили владельца яхты за гостеприимство и вернулись на площадку для дайвинга.
— От него остается