В этот момент лицо его искривилось, а рука, которая собиралась ко мне прикоснуться… не смогла это сделать!
Внезапный приступ радости заставил меня улыбнуться и тяжело задышать. Счастье, при мысли, что я догадалась, надежда от того, что пока мыслю позитивно мне ничего не угрожает, – все это смешалось внутри, переполняя меня.
– Ты очень красивый, – произнесла я, внимательно глядя на рогатого красавца. – Высокий, красивый, щедрый…
Мне казалось, что я слышу скрип зубов. В глазе сверкнула ярость. Все вокруг потемнело. Вещи затряслись… Словно какая-то невидимая сила пробудилась вокруг, окутывая меня тьмой, холодом и страхом.
Стало как-то не по себе. Я понимала, что мне угрожает неиллюзорная опасность. “… рога большие, копыта очень стройные и добрая душа…”, – подсказывала строчка из детской песенки. Я посмотрела на ноги, но копыт там не было. Зато были красивые сапоги с вышивкой.
– Рога большие, а еще…. а еще…. у тебя ресницы длинные, – прошептала я, видя, как тьма, пугающая меня первобытным страхом, не может ко мне подступиться. – А теперь я пойду…
Рука попыталась меня схватить…
– У тебя очень красивый глаз…. – прошептала я, видя, как рука замирает в сантиметре от меня. – И вообще… Ты – не мужчина, а мечта!
Я сейчас искренне в это верила. Не моя, конечно, но чья-то точно!
Моя рука нащупала дверь, а я вышла в нее, стараясь думать только хорошее.
– Ягодка моя… – слышала я голос в спину.
– А ты жаловалась,– сглатывала я, пытаясь ускорить шаг. – Что в жизни романтики мало и щедрых мужчин! А тут гляди сколько подвалило!
Может, со стороны это было похоже на бред, но очень помогало бороться со сковывающим страхом, который следовал за мной по пятам.
Я вылетела на улицу, а потом побежала, куда глаза глядят.
Лес вокруг шумел, словно от негодования.
– Далеко не уйдешь, ягода! – послышался хрипловатый смех, а с крыши слетела шумная стая крикливых ворон. – Значит, поиграть решила! Ничего… Поиграем…
Глава 9
Я мчалась, не разбирая дороги.
Сейчас я была бы рада оказаться подальше от этого места!
Лес выглядел зловеще. Он шумел над головой, гоняя стаи птиц. Я пыталась взять себя в руки, перелезая через трухлявые коряги.
Я слышала свое сбивчивое дыхание, чувствовала, как гулко бьется сердце в груди.
– Думай о хорошем, – шептала я себе, тревожно оглядываясь. – Вон, птички поют!
И правда, среди деревьев слышались одиночные переливы птичьих трелей.
– Все хорошо, – вдохнула я сыроватый, пахнущий прелым деревом, хвойный воздух. А потом я медленно выдохнула.
Я пыталась понять, как я здесь очутилась? Последнее, что я помню, так это бабку, которая что-то шептала над моей заколкой.
Все началось с череды неудач.
Словно гром среди ясного неба! Неприятности внезапно набросились на мою биографию, словно стая голодных волков.
Грядущее повышение на работе обернулось банкротством фирмы. Директор развел руками, вздохнул и благословил нас на поиск новых вакансий. Телефон оборвали коллекторы, намекая, что долг платежом красен. Случайно выяснилось, что еда в холодильнике, по мановению волшебной палочки не появляется. Чем мой мужчина был категорически недоволен.
Мой ненаглядный забыл дома телефон. Он так и лежал бы под диванной подушкой, если бы не пискнул сообщением.
Пришло сообщение от Михалыча Директора. “Зай! Привет!”.
Я удивилась. Может, Михалыч Директор всех сотрудников называл зайками. Нас на работе называли ласково “дебилами”. И меня обуяла зависть к чужому директору.
Следом прилетела еще одна: “Любимый на улице холадна! Надень куртку!”.
Зависть к заботливому директору росла с каждым новым сообщением
“Котенок, ты почиму не отвечаешь? Ты сигодня приедишь?”.
Хуже безграмотного директора может быть только безграмотный директор, который называет тебя “любимым и котенком”. Особенно, если ты – мужчина.
“Прости, у меня только что начались мурсики…”, – прочитала я. Мурсики Михалыча заставили меня присесть на диван.
Из скромной переписки под видом трудолюбивого сотрудника я узнала, что Михалыч думал, что это – беременность. Он был в этом почти уверен. . А потом раздался звонок. Михалыч Директор разговаривал женским голоском, а я вздохнула с облегчением. Это было не самое худшее. Хуже, если бы голос был мужской.
Зато я точно знала, что готовить на ужин. На ужин у нас был приправленный отборной руганью изысканный скандал. Солянка из всех нецензурных выражений, которые я знала. А на десерт месть, которая подавалась холодной.
Почти семейный ужин закончился выбрасыванием чужого телефона на лестничную клетку и бесплатным цирком для соседей. Зато теперь весь подъезд знает, что у меня жопа толстая, дырка на трусах, посуда не мытая, рожей я не вышла и в постели я дочь бревна и тюленя.
Концерт без заявок продолжался под закрытой дверью до глубокой ночи. А потом артист откланялся и ушел к мурсикам.
Так началась совсем другая жизнь.
Деньги, отложенные на черный день быстро заканчивались.
Следом посыпались все планы.
Работы не находилось. Десятки собеседований заканчивались равнодушным “мы вам позвоним”.
На кухне прорвало кран, следуя его примеру протек бачок унитаза, в потом перестал включаться ноутбук…
Все беды обрушились на меня, словно из рога изобилия, и где-то на горизонте стала маячить депрессия.
Нашелся психолог с позитивным мышлением, которая объяснила мне, что одна неудача заставляет человека думать о жизни плохо. И жизнь подбрасывает ему неудачи и беды. Но стоит только поменять мышление, как жизнь снова улыбнется. И я честно пыталась, делать это упражнение в минуту беспросветной тоски и ностальгии по ушедшим временам.
А еще психолог посоветовала мне найти бабку.
Потом я докатилась до того, что мялась возле домика в частном секторе, ожидая, когда Баба Маша примет меня и снимет предполагаемую порчу. Я относилась к этому скептически, чувствуя себя круглой дурой.
Но стоило мне войти в чистенький дом, наполненный иконами и свечками, как ощущение поменялось.
Предыдущая Всевидящая Имулана сразу сказала, что какой-то мужчина чародейской наружности сделал мне порчу на яйцах. И выкатывать ее нужно яйцами.
Я думала мужскими. И была бы не против, если бы порчу снимали оторванными яйцами этого проклятого колдуна. Мне казалось это очень справедливым.
Но решили обойтись куриными.
Пока по мне каталось яйцо, я сидела со стаканом на голове, пытаясь понять, что Всевидящая Имулана там увидела. И почему у нее такое лицо, словно в стакане с разбитым яйцом фильм ужасов показывают.
В итоге она сказала, что все беды мои из-за женщины. У нее черные глаза и дурной характер. Под портрет подпадало сразу человек пятьдесят моих знакомых. Круг никак не хотел сужаться. В итоге я осталась в загадками, а Имулана с пятью тысячами рублей.
В надежде найти ответы на свои вопросы я докатилась до глухой деревни, в которой жила Баба Маша. Пока я шла по единственной улице, поглядывая на номера домов, мне казалось, что здесь каждый второй – экстрасенс. Иначе, как они без интернета, который