От звонка ее буквально подбросило в кресле. Сообразив, что она, кажется, допрыгалась, Аня выключила ноутбук, сунула флешку поглубже в карман, подхватила компьютер и затравленно огляделась. Спрятаться в этой квартире было совершенно негде, если только не запереться в ванной. Но Аня с детства ненавидела маленькие пространства, из которых есть только один выход, и в ванну бы ни по чем не полезла. По той же причине отпадал встроенный шкаф. Вряд ли ее стали бы искать, ну а вдруг? Куда тогда бежать?
Не придумав ничего лучше, Аня нырнула за диван, сжавшись между подлокотником и стеной. В крайнем случае, окно было совсем рядом. Это было глупо, но наличие открытого пространства за спиной всегда придавало ей уверенности.
В дверь еще раз позвонили. А потом что-то резко хрустнуло, и в коридоре послышался топот и голоса.
- Игорь, потише.
- Да все нормуль, тут никого.
У Ани по позвоночнику прошел озноб. Она не то чтобы хорошо узнавала людей по голосам, но это явно был один из тех, кто шарил фонариками у стен завода.
Следовало оставить чертов ноутбук на столе. Или вышвырнуть в окно. Судя по звукам, в коридоре находились двое. И едва ли они пришли в квартиру мертвого подельника просто попить кофе.
Где-то на границе сознания Ани вертелась мысль, что она забыла что-то важное.
Один из мужчин прошел в комнату. Что-то пнул. Грубо выругался, в общем и целом, донося до приятеля информацию, что здесь чисто как в келье монашки и компа не видать. Второй, до этого момента копошившийся в кухне, что-то невнятно пробурчал в ответ, двинулся в их сторону по коридору, как вдруг...
- Бабские туфли.
Аня закусила костяшки, чтоб не заскулить. Да, чертовы бабские туфли, благополучно оставленные в коридоре.
Полы покойника она пожалела. Что-то ей подсказывало, что, если не случится чуда, тут еще и туфли покойницы скоро образуются.
- Кто тут? Выходи. Эй!
Если бы Аня своими глазами не видела, что осталось от лица Андрея, она, возможно, рассмотрела бы вариант договориться. И тогда бы точно была мертва как он. Но в критической ситуации эта разумная альтернатива ей даже в голову не пришла. Аня резко вылетела из-за дивана.
Первый мужчина - типичный "браток", коротко стриженный, с квадратной челюстью и полным отсутствием шеи - на секунду опешил, уставившись на нее, как на привидение. Второй еще находился в коридоре.
О том, чтобы драться, не могло быть и речи. Аня, неплохо стрелявшая в вирте, в реальной жизни вряд ли сумела бы даже успешно застрелиться с первой попытки, не говоря уже о том, чтобы раскидать двоих мужчин, каждый из которых превосходил ее в весе в полтора, если не в два раза. Собственно, ситуация была безвыходная, и единственный выход из нее, как ни странно, представляло окно.
Шестой этаж.
Если бы у Ани не получилось, медикам пришлось бы неплохо потрудиться, чтобы ее труп отодрали от асфальта и опознали. Хотя проще и дешевле было бы закрасить.
- Эй, стой! - мужчина начал поднимать руку. Аня видела пистолет как в замедленной съемке. Она никогда в жизни не сталкивалась с боевым оружием. Это был просто кусок пластика, а еще это была смерть. Маленькая такая, в девять граммов. Но окончательная и бесповоротная.
Трудно было совместить в голове такие нелогичные вещи.
Но тут в комнату влетел второй мужчина и сразу же выстрелил. Окно за спиной Ани взорвалось осколками. И этот грохот как будто сработал для нее как сигнал, что разговаривать с ней никто не будет. Она вышла из ступора. Резким движением выбросила ноутбук в окно и прыгнула сама, молясь только о том, чтобы балкончики с геранями оказались крепкими. И там было бы, за что зацепиться. Иначе никакой паркур бы не помог.
На самом деле, от шестого этажа до четвертого лететь было не так уж далеко - всего метров восемь - но за эти восемь метров Аня успела осознать, что "вся жизнь перед глазами" - полная брехня. Перед глазами у нее проносились не идиллические картины детства, а окна, балконы и секунды до смерти, как встроенный таймер. А потом она все-таки врезалась в антенну спутниковой связи (благословен будь Moscow Telecom TV во веки веков!), зацепилась за нее и ухитрилась изменить траекторию падения так, чтобы следующим раундом влететь ногами вперед в балкон третьего этажа. Аккурат в стекло, за чертовы кованые перильца. Никогда звук собственных хрустнувших костей и удар об пол не доставлял Ане большей радости. Она лежала лицом вниз прямо под подоконником, вся в осколках и земле из разбитых горшков, чувствуя под щекой ворс ковра, пропитывающийся ее кровью. Очень сомнительное блаженство.
Однако никто не орал и не вызывал полицию.
Аня попробовала приподняться на локтях, и тут же убедилась, что договориться с правой рукой не получится: запястье смотрело вбок под таким углом, что она даже без медицинского образования понимала: дело плохо. Хорошо хоть из-за болевого шока и адреналина ничего не чувствовала и могла ходить. Прижимая к груди покалеченную руку, Аня доковыляла до прихожей. Припала ухом к входной двери. Прислушалась.
Оставалось надеяться, что бандиты сейчас отгрызают об асфальта остатки ноутбука и тем заняты, а хозяева квартиры, куда ее так кстати занесло, на работе и раньше пяти-шести не вернутся.
Воистину, идея пойти к Андрею в разгар рабочего дня была хорошей и плохой одновременно.
На всякий случай запершись на задвижку изнутри, Аня побрела в ванну. Нашла там перекись, вату и как сумела оттерла кровь с лица. Кое-как сняла с левой руки уником и дрожащими пальцами набрала номер Огра:
- Аня, при... Это кровь?!
- Вызови мне скорую. Мне очень плохо.
- Аня, ты где? Мы сейчас приедем!
Предложение было заманчивое, но не учитывало двух хладнокровных убийц с пистолетами, разгуливающих неподалеку.
- Огр, не надо ехать никуда. Вызови мне скорую. Диктую адрес. 3-ая Парковая, дом 38, второй подъезд, третий этаж... Пусть