— Доброе утро, господин Грегерсон! Благодарю за помощь. — Я улыбнулась так широко, что свело челюсти. — Не смею злоупотреблять вашей добротой, поэтому прощаюсь. Всего хорошего!
Вампир и не шевельнулся, не собираясь пропускать к двери.
— Не торопитесь, леди, — весело произнес он. — Ваше желание сегодня исполнится: я готов взять вас на работу.
Он даже не догадывается, что оно уже исполнилось и без его помощи — я заполучила метку укуса, мои проблемы решены. Почти все, осталось только правильно разыграть свой козырь.
Решив, что мое молчание вызвано тем, что я ошалела от счастья, управляющий добавил:
— Я предоставлю вам высокооплачиваемую должность с условием.
Мне стало интересно, и вопрос вырвался прежде, чем хорошенько обдумала ситуацию:
— Что за условие?
— Вы не заявляете в полицию о вчерашнем нападении и не сплетничаете о нем с подружками.
Я нахмурилась. Вообще-то в полицию я бы и сама не пошла — братец ради такого прервал бы свое двухлетнее молчание и сообщил бы родителям о моих «приключениях». Тогда отец сменил бы гнев на милость и лично заявился бы в общежитие, чтобы вернуть меня домой. Но так, жалко поджав хвост, в лоно семьи возвращаться я не хотела. Нет, я предстану перед очами родных как победительница, ведь я нашла достойный выход. Сама, без их помощи.
У вампира закончилось терпение, или же я действительно слишком долго думала.
— Если считаете, что вам должны за молчание, вы глубоко заблуждаетесь.
В голосе его звучала неприкрытая угроза — даже немного обидно, что подкуп ограничился предложением работы.
Вздохнув, я с наигранным огорчением сообщила:
— Вчера я очень хотела работать у вас, господин Грегерсон. Но немногим позже убедилась, что подобное занятие не по мне… — Я и раньше понимала, что быть закуской для кровопийцы — это занятие почти на одном уровне с продажей тела, но по понятным причинам резко отзываться о даре крови нельзя. — И знаете, как сознательная гражданка, я обязана сообщить о нападении в полицию…
Управляющий «Полнолуния», скрестив руки на груди, терпеливо ждал, когда я закончу свой монолог. Готовился, что попрошу денег за молчание? А вот и не угадал.
— Давелиец, напавший на меня, болен и нуждается в помощи, не так ли? — поинтересовалась я с показным сочувствием и патетически добавила: — Поэтому я не могу молчать!
Раз я злая, как он утверждает, постараюсь быть доброй, хотя бы на словах.
У вампира было такое лицо, что еще мгновение — и он начнет аплодировать. Переиграла-таки…
— Прекрасно, леди, что вы настолько гуманны, что переживаете о том, кто едва не убил вас, — похвалил он ехидно. — Но не стоит, поверьте. Его поймали и передали в руки целителей душ.
Сложно передать мое удивление: поймать вампира может лишь другой вампир или оборотень. Магу по силам только противостоять и убить.
Прошлой ночью мне невероятно повезло: напавший не ожидал, что девушка даст отпор. И я бы его не дала, если бы не зелье Мадлен, которое заморозило эмоции и не позволило запаниковать.
— Хорошо, раз вампира поймали, буду молчать, — легко согласилась я.
Пора заканчивать фарс и покидать «гостеприимного» управляющего.
— Отлично, тогда подпишите договор о молчании. — И господин Грегерсон впихнул мне в руки бирюзовый бланк, на котором золотились магические печати. — Обратите внимание на третий пункт — возможно, вы передумаете и все же согласитесь работать в клубе.
Естественно, я невольно прочитала первым указанный абзац. Прочитала и моргнула, не веря глазам. Нет, строчки не расплылись, слова не изменили значения.
Мне не предлагали продавать несколько глотков крови за вечер энергетически обессиленным вампирам. О нет, предложение было щедрым, неожиданным…
И незаконным.
— Третий пункт нарушает законодательство моей страны и устав университета.
— А законы Давелийской империи — нет, — снисходительно улыбнулся управляющий. — Можете спокойно подписывать.
— Спасибо, не заинтересована.
— Вчера вы готовы были подставить шею ради денег, а сегодня отказываетесь работать по профессии?
Удивление его казалось неподдельным.
Спрашивать, откуда ему известно, что учусь на мага грез, я не стала. Значок студентки факультета иллюзий оставить в комнате я не могла — без него не пройти на территорию студгородка. Уверена, мой спаситель преспокойно, не терзаясь угрызениями совести, обыскал сумку. Хорошо, что хоть документы я с собой не брала: идя в клуб нелюдей, я не собиралась позорить свой род.
— Простите, мне дорого обучение в КУМе. Если узнают, что я работаю у вас, меня тотчас исключат. А потом я еще буду иметь проблемы с магическим надзором.
— Пятый пункт прочитали? — невозмутимо уточнил вампир.
Я опустила взгляд. «Клуб „Полнолуние“ в лице его управляющего Арка Грегерсона предоставляет (пустое место для имени и фамилии) право и возможность сохранить анонимность во время выступлений».
— Заманчиво, но нет.
— Ладно, сделаем так. — Управляющий потерял терпение и достал из кармана черного пиджака магическое перо. — Ваше имя, леди?
— Эле… — Я запнулась. О боги, я чуть не назвала настоящее имя! — Элли Ким.
Псевдоним я придумала еще вчера, сократив известную фамилию и взяв просторечный вариант имени. Родные и друзья зовут Элеярой или Элеей, и только одна из нянюшек в детстве ласково — Элли.
Почеркав договор, вампир протянул его с исправлениями.
— Ознакомьтесь. Теперь пункт о работе — всего лишь дополнение к обещанию молчать. Если в течение семи дней вы не подтвердите, что готовы работать иллюзионистом, предложение будет аннулировано.
Подпись Грегерсона уже стояла, и я, бегло просмотрев исправления, размашисто начертала свою.
— Не подписывай!
Крик со стороны двери испугал, и слабый укол магического пера я почти не почувствовала. Капелька крови подтвердила мою выдуманную подпись, даже с псевдонимом делая договор законным. Перечеркнутое, помарки исчезли, цвет бумаги сменился на светло-зеленый, сам документ раздвоился на два экземпляра.
И один из них выхватил мужчина, ворвавшийся в комнату.
— Арк, я ведь просил тебя! — прорычал он гневно, читая мое соглашение с управляющим.
Я же напряженно смотрела на него, смутно понимая, что мы с ним встречались. Но где? И когда?
И на вид жесткие волосы падали на высокий нахмуренный лоб тугими полукольцами. Темные брови контрастировали с песочной шевелюрой, но незнакомцу шло. Острые скулы и нос, подбородок с ямочкой казались какими-то хищными. Он — оборотень? Тогда какое ему дело до того, что я подписываю? На какой-то миг я испугалась, что за мной явился маг из надзора, чтобы арестовать. Уже только за попытку нарушить закон.
Блондин оторвался от договора. Пронзительно-синие глаза смотрели на меня напряженно.
— Ты собираешься работать в клубе, Элли?
Драгоценный ультрамарин на белом холсте… Притягательная бездна неба… Я вспомнила! Это он не дал мне упасть, когда столкнулись в клубе. И он же не позволил вампиру осушить меня.
Мой спаситель — оборотень? Малоприятное открытие. Пугающее и…
Минуточку! Он обратился ко мне по-свойски, по имени и на «ты»? А