– Птицын, – прогудела трубка.
– Мне подстраховка нужна. Пару тачек обеспечишь?
– В «Кентавр»?
– Нет, в район «Маргариты». Посмотрите, как там и что. Связь на моей волне. – Понял. Через полчаса будут. Жди доклада.
Максимов вынул из стола УКВ-рацию, включил. Потом набрал три цифры на внутреннем телефоне.
– Машину и двух «антаресов». Готовность полчаса, – голос у него звучал по-военному. Здорово удивился бы консьерж Егор, если б сейчас услышал его!
Полчаса тянулись до ужаса медленно, да и когда истекли, рация ничего, кроме писков-хрюков, еще пять минут не издавала. Максимов за это время не одну сигарету выкурил. И немало чего передумал, конечно. Во-первых, над тем, кто ему такую пакость решил организовать, а во-вторых, что собираются потребовать, если речь идет все-таки о переговорах. Ведь с такого человека, как Кирилл Петрович, можно не только деньги срубить, но и кое-какие услуги. Тоже очень солидные, которые, вообще-то, стоят прилично.
Наконец из рации послышалось:
– Кент, я – Мама, ответь, – Максимов сразу узнал голос капитана Ляпунова.
– Слышу тебя, я – Кент, как дела?
– Вышли на точки. Пока все чисто.
– Снаружи и внутри?
– Внутри тоже. Наблюдаем дальше.
– Выезжаю.
Максимов проверил, хорошо ли вынимается «ПСМ» из подщечной кобуры, подцепил рацию левой рукой за петельку и вышел из кабинета.
– Так. Я уехал, – сообщил он Наташе-секретарше. – Проверишь все, обесточишь, опечатаешь – и свободна.
– Поняла, Кирилл Петрович, – кивнула девица, и босс покинул 38-ю комнату, вошел в лифт и спустился в подземный гараж. Там уже стояла под парами «Ауди» и дожидались три крупных молодца в пиджаках – шофер и два охранника из ЧОП «Антарес».
– В «Маргариту», – велел шоферу Максимов, когда все расселись по местам.
Ехать пришлось недалеко и недолго – минут десять. Тачки, присланные Птицыным, в глаза не бросались и стояли довольно далеко от входа в ресторан.
Если б Кирилл Петрович не знал их, то и не заметил бы.
– Бдите, «мамы»? – спросил Максимов в рацию.
– Бдим, – ответил Ляпунов. – Приглядитесь к «бээмвухе» справа от входа.
Как понял, Кент?
– Понял, вижу. Других нет?
– Не думаю.
– Подумай, однако! Выходим!
Кирилл Петрович сунул рацию в чехол под пиджак и вышел в сопровождении «антаресов». Бросил взгляд на зеленую «BMW» с тонированными стеклами, а затем направился в подъезд ресторана.
Швейцар в белом мундире с золотыми аксельбантами – вылитый царский генерал-адъютант, если б еще эполеты пришить! – с поклоном пропустил Максимова и сопровождающих в фойе. Здесь Кирилл Петрович увидел знакомые лица тех, что Птицын прислал для поддержки штанов. У бара Гусь стоит, у игральных автоматов Антон. В кресле с журнальчиком в руках и с плейером в ухе – Киря, тезка, так сказать. Под плейер, поди, рация замаскирована, связь держит.
Метрдотель, хорошо знавший в лицо заместителя гендиректора «Кентавра», широко улыбаясь, подошел к посетителям.
– Здравствуйте, Кирилл Петрович! Ваш друг дожидается на втором этаже.
Отдельный кабинет заказал. Позвольте вас проводить.
– Он один? – спросил Максимов. – Друг этот самый?
– Один, – кивнул метр, и, понизив голос, сообщил доверительно, когда Кирилл Петрович уже начал подниматься по лестнице:
– «Шестерь» от Моргуна.
Максимов немного удивился, но виду не показал. Ясно метр напрашивался на поощрение, – Возьми на чай, – Кирилл Петрович не глядя выну кармана пятисотенную купюру и сунул ее метру.
Метр, вообще-то, особого восторга не проявил. В прежние додефолтные времена, народ под хмелек его и «франклинами» одаривал. Да и теперь, случалось, деревянные тысчонки бывали, хотя «новые» ныне изрядно обеднели и поскупели.
Тем не менее он, почтительно согнувшись, пропустил Максимова в двухкомнатный кабинет.
Место это было, можно сказать, историческое. Эти обитые шелком стены, ампирного стиля гардины повидали практически всех авторитетов местного криминала, лиц, приближенных к губернатору и мэру облцентра, тузов легального (или полулеглегального) бизнеса и даже высокопоставленных правоохранителей.
Здесь некогда бывал ставший почти легендой «смотрящий» Дядя Вова, печально закончивший свою карьеру в гнилом колодце Вася Самолет, Жора Калмык, Федя Костыль, Ваня Седой, Трехпалый, Дядя Федор – все эти граждане почтили сей прелестный уголок своим посещением. Увы, большая часть их уже ни, вечный покой под дорогими монументами на престижных кладбищах, а некоторые пропали бесследно и на областную жизнь уже никак не влияли. Sic transit gloria mundi! – грустно говорили древние латиняне. «На тот свет добро не унесешь!» – отмечала отечественная народная мудрость.
Кирилл Петрович с сопровождающими миновал большую комнату и прошел в маленькую, где его встретил, почтительно поднявшись из-за стола, – очень неплохо накрытого, надо сказать, хотя и всего на две персоны! – мало похожий на бандита, застенчиво и даже испуганно улыбающийся человек. Максимов не знал его в лицо, но легко догадался по ухваткам, что это профессиональный сутенер.
Бригада Коли Моргуна контроля держала в городе весь «дырочный бизнес» и имела малую толи, розничной наркоты. Обороты у них были невелики, что и позволило Моргуну благополучно пережить все междоусобицы. Теперь, правда, как было известно Максимову, Коля, второй год как наслаждался благами западной цивилизации, экспортируя русских и хохляцких дур в публичные дома европейских столиц, а здесь, в губернии, делами заправлял некто Штык. Штыка Максимов хорошо знал, и ему было прекрасно известно, что в числе его приближенных такой морды не имелось. Ну что ж, посмотрим, что этот шустрик скажет. Диктофон, размером со спичечный коробок, размещенный в кармане у Максимова, был готов писать все подряд. На полтора часа рассчитан.
– Здравствуйте, Кирилл Петрович! – с явной опаской поглядывая на увесистых «антаресов», произнес сутенер. – Меня зовут Вениамин, и я очень польщен, что вы откликнулись на мое приглашение поужинать…
Охранники без долгих разговоров ощупали и охлопали Веню – ему было немного за тридцать, и вряд ли кто-нибудь, кроме ментов, называл его по отчеству. Ни оружия, ни средств связи и звукозаписи при нем не обнаружилось, что Максимову до некоторой степени понравилось.
– Вообще-то, уважаемый Вениамин, меня сюда пригласила дочь, – степенно и холодно ответил Максимов. – Я и понятия не имел, что встречу тут кого-либо, вроде вас. У меня нет привычки ужинать в обществе незнакомых или малознакомых людей. К тому же я до некоторой степени осведомлен о роде ваших занятий и не считаю их достойными уважения. Впрочем, подозреваю, что вы пришли сюда не по своей воле. Или я ошибаюсь?
– Вы правы, правы, Кирилл Петрович, – заулыбался Вениамин. – Я маленький человек, и меня послали лишь для того, чтоб сообщить вам одну важную информацию.
– Для этого необязательно было тратить деньги на оплату всего этого ужина; – заметил Максимов. – Могли бы прийти ко мне в офис и переговорить в рабочей обстановке.
– Я еще раз повторю, Кирилл Петрович, – развел руками Веня. – Не я решал вопрос о том, где назначать встречу. Меня послали – и я