Но он был уверен, что у ребенка есть мать или мачеха, а у Маккуина — жена или подружка. В машине повсюду были разные женские штучки: упаковка бумажных платков, вся в цветочках, в углублении приборного щитка; рядом с игрушкой старая губная помада. А еще хрустальный брелок на ключах. Ричер не сомневался, что от обивки пахнет духами, только вот в данный момент он не чувствовал никаких запахов.
Ему стало интересно, скучает ли мистер Маккуин по своей семье. Или, наоборот, он совершенно счастлив. Может, они ему совсем не нравятся? И тут Маккуин спросил:
— А вы чем занимаетесь, мистер Ричер?
— Ничем.
— Вы имеете в виду, что беретесь за разную работу? Любую, какая подвернется под руку?
— Нет.
— Значит, вы безработный?
— И это исключительно мой собственный выбор.
— С каких пор?
— С тех пор, как я уволился из армии.
Маккуин ничего не сказал, потому что занялся делом. Впереди все машины пытались протиснуться на правую полосу. Оказалось, что эти маневры и являются причиной пробки. Видимо, произошла авария, решил Ричер. Может быть, кого-то вынесло на обочину, он врезался в ограждение и прихватил с собой парочку других машин. Впрочем, Джек не видел пожарных, «Скорой помощи» или эвакуаторов. Проблесковые огни находились на одной высоте, на крышах. Причем их было много, и они мигали с такой скоростью, что казалось, будто все вокруг заливает ровный красно-синий свет.
Машина медленно продвигалась вперед. Старт, остановка, старт, остановка. В пятидесяти ярдах от сияния огней Маккуин включил поворотник и свернул на правую полосу, а Ричер сумел разглядеть, что же произошло на дороге.
Не авария.
Там было выставлено заграждение.
Ближайшая полицейская машина стояла под углом, перекрывая левую полосу, вторая чуть дальше, под таким же углом — на средней полосе. Они напоминали стрелы, указывающие направо, так что у водителей не оставалось иного выбора, как ехать туда. На центральной полосе припарковались две машины, параллельно движению транспорта, напротив двух, поставленных на обочине, затем еще две, снова под углом, таким образом, что водители были вынуждены делать неудобный поворот на узком участке дороги, и так до левой полосы. Дальше они могли прибавить скорость и мчаться по своим делам.
«Отлично организованная операция», — подумал Ричер. Машины подъезжают медленно из-за пробки, а дальше их тормозит резкий левый поворот в конце. Таким образом, копы, находящиеся по центру и на обочине, могут внимательно и не спеша разглядеть всех, кто находится в машинах. Они явно проделывали это не в первый раз.
Но что случилось? Восемь машин — это не шуточки. Кроме того, Ричер видел выставленные наружу винтовки. Значит, не обычная проверка на дороге на предмет ремней безопасности или номеров.
— Вы слушали радио? — спросил он. — Случилось что-то серьезное?
— Расслабьтесь, — ответил Кинг. — У нас такое происходит время от времени. Скорее всего, кто-то сбежал из тюрьмы. К западу отсюда находятся два крупных заведения. И у них постоянно случаются побеги. Безумие, верно? Ну, я хочу сказать, это ведь не операция на головном мозге. У них же замки на дверях.
Маккуин посмотрел в зеркало на Ричера и спросил:
— Надеюсь, это не вы?
— В каком смысле? — поинтересовался Джек.
— Сбежали из тюрьмы. — В его голосе появился намек на улыбку.
— Нет, можете не сомневаться, не я, — ответил Ричер.
— Хорошо, — сказал Маккуин. — Потому что иначе мы имели бы серьезные проблемы.
Они медленно продвигались вперед за потерявшими терпение водителями, и сквозь длинный блестящий тоннель из ветровых стекол и задних окон Ричер видел сидевших в машинах копов. Все они были в шляпах, в руках держали большие фонарики и винтовки. Копы направляли фонарики в каждую машину по очереди, проверяя сначала передние сиденья, потом задние, освещали пол, считали пассажиров, иногда просили открыть багажники. Затем, закончив осмотр, махали руками, чтобы проезжали дальше, и переключались на следующего в очереди.
— Не беспокойся, Карен, — сказал Кинг, не поворачивая головы. — Ты скоро снова будешь дома.
Дельфуэнсо ничего не ответила.
Кинг оглянулся на Ричера и объяснил:
— Она терпеть не может ездить на машине.
Джек тоже промолчал.
Они медленно продвигались вперед. Полицейские действовали по определенной схеме, и вскоре Ричер ее понял: они просили открыть багажник только в том случае, если в машине сидел один человек. А это означало, что предположение Кинга о сбежавшем заключенном не соответствует действительности. Он вполне мог спрятаться в багажнике машины, в которой ехали два, три или четыре пассажира. Или даже пять, или шесть, или целый автобус. Значит, копам сообщили об одном водителе, который везет что-то очень большое и плохое. Наркотики, бомбу, оружие, краденые товары — да все, что угодно.
Они медленно ползли вперед и вскоре оказались третьими в очереди. В обеих машинах перед ними сидели одинокие водители, и у обоих проверили багажники. Обоим махнули, чтобы те проезжали. Маккуин подкатил к посту и остановился там, где ему велел коп. Один из полицейских встал перед капотом и осветил фонариком номера. Еще четверо подошли с обеих сторон и посветили фонариком на переднее и заднее сиденья, затем пол и сосчитали пассажиров. После этого коп, стоявший около капота, шагнул в сторону, а тот, что находился ближе всех к Маккуину, быстро махнул рукой, показывая, что тот может ехать.
Маккуин покатил вперед, принялся крутить руль, резко свернул налево, потом направо, и вот уже перед ними раскинулась тысяча миль открытого пространства. Он с облегчением выдохнул и поудобнее устроился на своем месте. Кинг, сидевший с ним рядом, тоже выдохнул и поерзал на сиденье, затем Маккуин нажал на педаль газа, машина сорвалась с места и понеслась на восток, словно впереди их ждали неотложные дела.
Через минуту за ограждением Ричер увидел, как в противоположном направлении на такой же огромной скорости мчится другой автомобиль — темный «Форд Краун Виктория» с мерцающими голубыми огнями на решетке. Не вызывало сомнений, что это правительственная машина, которая спешит по каким-то срочным делам.
Глава 05
Темный «Краун Виктория» являлся машиной ФБР, принадлежавшей офису в Омахе. Дежурный офицер, получив звонок Гудмена, отреагировал мгновенно. Шериф произнес слово «профессионалы», а это по меркам ФБР означало организованную преступность, которая была их любимым блюдом, потому что такие дела влияли на репутацию, а также позволяли получить повышение и прославиться. На место преступления немедленно отправили ветерана, прослужившего в Бюро двадцать