Анджела выпила кофе залпом, не добавляя сахар. Марина скривилась.
– Я же неаполитанка. Мы не портим лучший вкус на свете сахаром.
Они вернулись в офис. Пересекая опенспейс, Марина услышала крики «гооооол!». Мужская часть офиса играла в настольный футбол – кальчетто. Стажёры, солидные клиентские менеджеры, юные дизайнеры и креативный директор-старожил передвигали фигурки и громко кричали.
– Дай-дай, я сейчас тебя замочу, ааааааа.
Один широкоплечий бугай обнял второго, и они начали прыгать.
– Мы победилииии!!!
– Итальянцы – большие дети. Посмотри на них, оболтусы, – закатила глаза Анджела, проходя мимо.
Марину усадили в просторной комнате на первом этаже ожидать дотторе Филиппи. Через пять минут вошёл подтянутый мужчина лет шестидесяти. Седые волосы, коричневый вельветовый пиджак, песочные штаны и мокасины. Очки в позолоченной оправе.
Он бросился навстречу Марине слишком резво для своего возраста и положения. Марина протянула руку. Дотторе Филиппи обхватил её ладонь обеими руками и начал трясти.
– Очень рад, Марина. Наконец-то!
Марина пыталась вспомнить, где она видела это лицо. Возможно, в каком-то фильме. Дотторе Филиппи запросто мог быть актёром. Секретарша принесла кофе. Рядом в хрустальной вазочке лежали конфеты. Марина заметила, что это были «Мишка в лесу» и «Красная Шапочка».
Она удивлённо подняла брови.
– Угощайтесь, пожалуйста, я совершенно искренне считаю, что это самые вкусные конфеты.
Марина взяла одну «Красную Шапочку» из вежливости.
– Как вы поживаете? – спросил он, размешивая сахар.
– Всё хорошо, спасибо.
– Я слышал, что у вас украли сумку с компьютером. Мне очень жаль, от лица всей Италии приношу самые искренние извинения. Какой позор!
Дотторе Филиппи покачал головой.
– К счастью, я смогла распечатать презентацию у вас в офисе.
Марина открыла первую страницу и начала рассказывать о проекте фестиваля. Весь город на неделю превратится в сплошную музыкальную сцену. Местные церкви, виллы, сады, дворы станут местами проведения концертов во всех жанрах: классика, рок, джаз. На каждой городской площади построят главные сцены. Для каждого музыкального жанра – своя.
Марина объясняла, какие они хотят делать световые эффекты. Затем перешла к теме кейтеринга и закончила финальным концертом с участием танцоров.
Дотторе Филиппи слушал очень внимательно, а в конце презентации воскликнул:
– Брависсими! Прекрасно! Мне всё нравится.
Затем встал. Подошёл к окну.
– Этот борго очень мне дорог. Я там родился. Фестиваль вроде долга родной земле.
Дотторе Филиппи вернулся к столу.
– Приступайте. Там прекрасный мэр. Все организационные моменты вам надо решать с муниципалитетом.
Я просто частично финансирую проект.
– Всё пройдёт на высшем уровне, у нашего агентства большой опыт, – заверила его Марина.
Дотторе Филиппи посмотрел на часы.
– Может, продолжим разговор за бокалом спритц? Сейчас как раз время аперитива.
Марина пожала плечами.
– Ээээ, ну давайте. Да, хорошо, – произнесла она неуверенно.
Дотторе Филиппи начал оправдываться.
– Это совершенно не обязательно, только если вам будет приятно, se vi fa piacere. И, кстати, я с удовольствием перейду на «ты». Меня зовут Паоло.
Они вышли из офиса. Виа Виджевано стала многолюдней. Офисные работники праздновали конец рабочего дня. Марина и Паоло добрались до каналов. Перешли по мостику на другую сторону. Из баров доносилась музыка. Возле ресторанов стояли официанты и зазывали внутрь.
– Вы знаете, что эти каналы спроектировал Леонардо да Винчи, когда был на службе у миланского герцога Лодовико Сфорца по прозвищу Мавр, или Моро?
– Да, я читала.
– А здесь раньше стирали белье.
Дотторе Филиппи остановился перед навесом с черепичной крышей.
– Это место называется улочка Прачек, Vicolo Lavandai. Давайте пройдём сюда, я покажу вам кое-что интересное.
Они оказались на улице с мастерскими и сувенирными лавками. Затем прошли через арку. Перед ними открылся уютный дворик, уставленный мольбертами, велосипедами и горшками с цветами. Двор окружали пятиэтажные дома со сплошными длинными балконами. С балконов свисали пышные растения.
– Живописно, правда? Это типичные миланские старые дома, la casa di ringhiera. У каждой квартиры свой выход на общий балкон, он же – вход в дом.
Они вынырнули из дворика и вскоре очутились перед баром с надписью Rita.
– Давайте зайдём сюда. Говорят, здесь лучшие коктейли в городе. По крайней мере, так считает наша офисная молодёжь.
Внутри было весело. Играла музыка, красавцы-бармены колдовали над коктейлями. Марина и Паоло сели за барную стойку.
Дотторе Филиппи капнул на брускетту, белый хлеб с кусочками помидоров, немного оливкового масла, посыпал чёрным перцем. Протянул Марине.
– Позвольте, я за вами, за тобой, поухаживаю. Хотя это оливковое масло совсем не то, что в Тоскане. Скоро убедитесь сами.
Марина ела с аппетитом.
– Такая необычная красота у вас. Совсем не славянская внешность, – неожиданно произнёс дотторе Филиппи.
– Мой отец итальянец. Наверное, поэтому.
Дотторе Филиппи удивлённо посмотрел на Марину.
– Как интересно! Он тоже живёт в Москве?
– Нет, я… я не знаю ничего о нём. Вернее, знаю, что он оставил нас, когда я была совсем маленькой, – Марина опустила глаза.
Дотторе Филиппи нахмурился.
– Какая грустная история. Мне очень жаль.
Он хотел сказать ещё что-то, но потом запнулся и посмотрел на часы. Допив коктейль, они вышли на улицу. Дотторе Филиппи вызвал такси.
– Марина, мне было очень приятно вас увидеть. Уверен, что не в последний раз.
Марина протянула руку. Вместо пожатия дотторе Филиппи взял руку и нежно её поцеловал. Смущаясь, Марина отодвинулась.
Подъехало такси. Дотторе Филиппи открыл дверцу.
– Всего хорошего, дотторе.
– Всего хорошего, Марина.
Она села в такси. Дотторе Филиппи помахал рукой и двинулся в обратную сторону.
На следующий день Марина ехала в Тоскану. Ехала на поезде и замечала, как меняются пейзажи. Равнина не просто сменялась холмами, ёлки не просто уступали кипарисам – менялось само пространство. Становилось физически больше места, дышалось легче. Горизонт словно отступал ещё дальше, оставляя больше места небу и его игре цвета.
Глава 4
Un borgo toscano[10]
В Тоскане стоял тёплый, не по-московски солнечный апрель. Ещё немного, и зацвело бы даже неживое, включая кольцо-бутон на Маринином пальце.
Маленький городок окружали крепостные стены. Борго стоял на холме. Подъём в несколько витков приводил к главному входу – порта. Всего таких входов было три. У каждого – своё название в честь святых и знаменитых жителей: Санта-Катерина, Сан-Пьетро и Санта-Мария.
Марина шла по городу. Тесные улочки, дороги выложены брусчаткой, деревянные двери, потёртые, как старинные сундуки. Двери имели ручки причудливых форм: драконов, туфелек, сов – они сидели на дверях, словно броши на лацканах пиджаков.
Все улочки вели на главную площадь. Напротив церкви возвышалось строгое здание в пять этажей. Резная коричневая дверь, напоминающая плитку шоколада, балкон с коваными узорами. За дверью виднелся двор с пальмой. Марина поднялась по лестнице, навстречу вышла кучерявая невысокая женщина средних лет. Женщина отвела Марину к двери с надписью «Мэр».
– О, синьорина Марина, добро пожаловать!
Мэр протянул Марине руку и указал на кресло возле окна.
Крутобокая секретарша принесла два кофе. Чашечки из тонкого фарфора были вставлены в изящные серебряные подставки.
– Мы очень рады, что фестиваль такого масштаба