Шли дни. Клэр ждала подходящего момента. Работники рыбного Инкубатория проводили свои перерывы друг с другом, так что выглядело бы подозрительным, отправься Клэр куда-то одна. А ей нужно было выглядеть работящей, ответственной и самой обыкновенной. Непримечательной девушкой, не вызывающей никаких подозрений.
Поэтому она ждала. Втянулась в работу и коллектив, обзавелась приятельницами. И однажды коллеги предложили ей пообедать вместе у реки.
Они прислонили велосипеды к деревьям, сели на плоские камни в высокой траве и принялись раскладывать еду. Мимо них по дорожке проехали двое парнишек на велосипедах, хохоча и маша им рукой. Потом один воскликнул:
– Ух ты, смотрите! Баржа!
Оба живо побросали велосипеды и скатились по склону к реке, чтобы поглазеть на судно. На открытой палубе баржи громоздились деревянные контейнеры.
Рольф, один из лаборантов, посмотрел на часы, а затем на мальчиков и покачал головой:
– Сейчас в школу опоздают.
Остальные понимающе захихикали. Они-то уже выросли, и строгие школьные правила теперь казались им забавными, а не устрашающими.
– Я тоже как-то опоздала, – сказала Клэр. – Увидела, как садовник поранил руку, когда подрезал кусты у школьной канцелярии. Я встала как вкопанная и смотрела, как ему бинтуют кисть, а потом сопровождают в Центр Реабилитации, чтобы наложить швы. Вообще я мечтала, чтобы меня назначили медсестрой…
Клэр спохватилась, но было поздно: воцарилось неловкое молчание. Какое-то официальное объяснение ее внезапному появлению в Инкубатории, безусловно, существовало. Но подробности, скорее всего, не разглашались, и коллеги вряд ли были в курсе, откуда ее перевели. Не справиться с исходным Назначением, быть переназначенным считалось стыдным, и о таком предпочитали молчать. Так что если у кого и возникли в тот момент вопросы про историю Клэр, задавать их никто не стал.
– Комитету виднее, кого куда назначить, – сухо произнесла Эдит, передавая бутерброды по кругу. – И вообще, работа в Инкубатории чем-то похожа на медицину. Лаборатории, исследования, процедуры всякие…
– Вообще-то я тоже об Инкубатории не мечтал, – подал голос долговязый Эрик. – Очень надеялся попасть в Юстицию.
– Там мой брат, – ответила Клэр.
– Ну и как ему?
Клэр пожала плечами:
– Вроде хорошо. Но мы не видимся: он старше и переехал, как только закончилось Обучение. Может, теперь у него даже есть супруга.
– Ты бы знала, – заметил Рольф. – Браки заключают публично, на Церемонии. Я, кстати, подал прошение на подбор супруги, – добавил он с гордой улыбкой. – Столько форм пришлось заполнить!
Клэр не стала говорить, что пропустила последние две Церемонии. Роженицы не покидали Родильный Дом в период производства Плода. Клэр никогда не видела беременных, пока не стала одной из них. Она понятия не имела, как меняется женское тело после Оплодотворения, пока не понаблюдала за другими Роженицами и за собой. Никто не объяснял ей, что значит «произвести Плод».
– Смотрите! – сказал Эрик. – Баржа швартуется на причале Инкубатория. Ну наконец-то! Значит, там мой заказ.
Он обернулся на мальчишек, которые по-прежнему наблюдали за судном, окликнул их и показал на свое запястье с часами:
– Уроки начнутся через пять минут!
Мальчики неохотно взобрались обратно по склону к своим велосипедам.
– Спасибо, что напомнили, – вежливо сказал один из них.
– А баржа еще будет здесь после уроков? – с надеждой спросил второй.
Эрик покачал головой:
– Они быстро разгрузятся.
Мальчик понурился. Выравнивая велосипед, он сказал товарищу:
– Вот бы меня назначили на баржу… Они, наверное, бывают в местах, про которые мы и не слышали! Может, я б даже увидел…
– Если не вернемся вовремя, нас вообще никуда не назначат, – нервно перебил второй мальчик. – Давай быстрее!
Первый замолчал, и оба поехали в сторону школы.
– Что он такого надеялся увидеть? – недоуменно произнес Рольф. Все принялись убирать и упаковывать несъеденное.
– Другие места. Какие-нибудь другие коммуны… Баржи много где останавливаются. Интересно же! – Эрик свернул салфетки и положил их в корзину.
– Чего интересного? Везде все одинаковое. Ну подумаешь: еще одна школа, еще один Детский Центр, еще один Инкубаторий…
– Эти пустые разговоры, вполне возможно, нарушают какие-нибудь правила, – деловито заметила Эдит. – Вряд ли это прямо серьезное нарушение, но…
Эрик закатил глаза и вручил Рольфу корзинку:
– Отвези назад, ладно? У меня еще одно дело. Заберу кое-что в Центре Распределения, директор просил.
Рольф закрепил корзину ремешками на раме велосипеда и сказал:
– Вообще, знаете, я вот представил: работаешь на барже… коммуны пусть и одинаковые, но ты же все время в пути, картинки меняются… Так что, может, ты и прав. Даже если это нарушает правила, – добавил он, метнув взгляд в сторону Эдит. Та промолчала.
– Только опасная, наверное, работа. Река-то глубокая, – улыбнулся Эрик и огляделся, чтобы убедиться, что все собрано. – Ну что, готовы?
Клэр и Эдит, кивнув, покатили велосипеды к дорожке. Эрик помахал им и поехал в другую сторону.
Всю обратную дорогу Клэр думала про любопытство. Была вероятность, что размышления об устройстве вещей и впрямь нарушали какие-нибудь правила. Можно было узнать наверняка, изучив Книгу Правил в канцелярии Инкубатория, но этот солидный том был напечатан противным мелким шрифтом, и на памяти Клэр никто в него не заглядывал. Как бы там ни было, любопытство, даже если оно под запретом, не написано у людей на лице. Оно такое же невидимое, как тайна. Как воображение. Как мечты.
И, крутя педали, Клэр погрузилась в мечты: как она, подобно Эрику, будничным голосом сообщит остальным, что у нее «еще одно дело». Как, не вызывая подозрений, поедет в Воспитательный Центр. Как найдет там Софию и все узнает.
Нужно только выбрать подходящий момент.
4
…И однажды он подвернулся.
– Школьный биолог так и не вернул мне плакаты с инфографикой, – вспомнил Дмитрий за обедом. – Они же мне завтра утром понадобятся!
Места в столовой Инкубатория не закреплялись за конкретными работниками, поэтому Клэр в тот день просто заняла пустой стул рядом с директором. Так она оказалась за одним столом с ним и коллегами из технической службы.
– Давайте я заберу? – предложила Клэр, ставя на стол свой поднос.
– Да, спасибо, – кивнул директор. – А то завтра волонтеры придут на изучение принципов работы Инкубатория. Без инфографики некоторые вещи трудно объяснить.
Дмитрий действительно всегда использовал инфографику, показывая новичкам производство.
– Проще сообщить в школу. Пусть кто-нибудь из учеников принесет, – сказал один из техников, уже закончивший есть и теперь протиравший свой поднос. – Биолога накажут, и поделом, – добавил он злорадно.
– У меня все равно еще одно дело рядом, – поспешила вставить Клэр. – Мне школа по пути.
Лгать было запрещено. Все знали и соблюдали это правило. Но Клэр решила, что не такая уж это и ложь: дело у нее и вправду было. Главное, чтобы никто не спросил, какое именно. Впрочем, остальные уже отвлеклись: комкали салфетки, смотрели на часы и готовились вернуться к работе.
Школьные коридоры были ей знакомы, так что дорогу до кабинета биологии она нашла без труда.
Учитель биологии ее не узнал: она его уроки не посещала. С двенадцати лет, с момента Назначения,