«Не так я представляла себе возвращение домой», – подумала она, лежа в полной темноте и позволяя наконец своей старой подруге, жалости к самой себе, войти в палату и заключить ее в крепкие объятия.
Она давно думала о том, как вернется, – сейчас ей стало это ясно. Хоть и не сегодня, но она обязательно вернется. По своему собственному желанию, а не из-за того, что кто-то так за нее решил. Три дня назад размеренное течение ее жизни, которого она так долго добивалась, без предупреждения кардинально изменило свое направление, прямо как зеленый «Вэлиант», вышедший из-под контроля. Эта машина… Внутри словно находился призрак, который постоянно подначивал ее ехать на север, мимо всех тех мест, что напоминали ей о прошлом, вперед, куда вела ее сама судьба. На выезде с семидесятого шоссе легко можно было свернуть на запад, куда она, собственно, и собиралась ехать изначально, и остаться никем не замеченной, но машина свернула вправо и остановилась сама по себе. «Вэлиант» почти привез ее домой, заставив думать, что это правильный выбор. Вот почему она вспомнила имя принца… Или из-за травмы головы, или из-за событий, произошедших за последние три дня, или из-за беспокойства о маленькой девчушке из белого внедорожника.
Медленно уплывая на обезболивающих таблетках в долину снов, она представляла, как проснется утром и назовет всем свое имя, свое настоящее имя… впервые за столько лет. Как ответит на вопрос, о котором люди обычно не задумываются: «Кто вы?»
А затем она поняла, каким будет второй вопрос…
Часть I
Среда
Глава 2
– Это твой телефон звонит?
Заспанная девушка уставилась на Кевина Инфанте, причем она явно была рассержена, хотя, конечно, не факт, что на него. К тому же он даже не помнил ее имени – правда, был уверен, что через секунду-другую обязательно вспомнит его. Но не все сразу.
Нет, именно это сочетание – странная девушка и зловещий блеск в ее глазах – вот что делало это утро уникальным временем в «анналах Инфанте», как любил называть их сержант Ленхард, неизменно растягивая «а». Если Кевин был настолько плохо знаком с этой девушкой, что даже не мог вспомнить ее имени, чем же он заслужил этот полный неодобрения, гнетущий взгляд? Обычно ему требовалось месяца два-три, чтобы пробудить в женщине столько гнева.
– Так это твой телефон? – повторила девушка голосом столь же угрожающим, как и выражение ее лица.
– Да, – облегченно выдохнул Инфанте, радуясь возможности начать разговор с такого легкого вопроса. – Абсолютно точно.
Тут до него дошло, что следовало бы найти трезвонящий телефон и, может, даже ответить на звонок, но тот неожиданно затих. Кевин ждал, что вслед за мобильником начнет звенеть домашний телефон, однако затем вспомнил, что находится не в своей спальне. Он пошарил левой рукой по полу – правой он все еще обнимал девушку – и поднял свои брюки, к поясу которых был прикреплен мобильник. Как только он взял его, телефон завибрировал у него в руке и издал еще один пронзительный сигнал. Девушка снова одарила Инфанте неодобрительным взглядом.
– Это по работе, – сказал он, посмотрев на номер.
– Что-то срочное? – спросила она, и если бы он был в хорошей форме, то просто солгал бы, сказав: «Да, конечно», на чем, собственно, все и закончилось бы. Затем он быстро оделся бы и выбежал из квартиры.
Все еще не отойдя окончательно ото сна, он пробормотал:
– В моем отделе не бывает ничего срочного.
– А я думала ты коп. – В голосе незнакомки слышались легкие нотки гнева, но теперь уже с примесью плохо скрываемой обиды.
– Детектив.
– Разве это не одно и то же?
– Ну, почти.
– Так и что, у копов не бывает срочных вызовов?
– Да бывают, постоянно – и этот стоит считать одним из них. Но в моей работе… – Кевин осекся, едва не проговорившись, что занимается расследованием убийств. Просто он опасался, что девушка может заинтересоваться этим, захочет увидеть его еще раз или даже развить отношения с ним. Копы бывают разными, и он был этому несказанно благодарен. – Люди, с которыми мне приходится работать… они очень терпеливые.
– Значит, у тебя типа офисная работа?
– Можно сказать и так. – У Инфанте был офис, у него была работа, и иногда он выполнял свою работу в офисе. – Дебби. – Он постарался не выдать своей гордости тем, что все-таки вспомнил ее имя. – Можно и так сказать, Дебби.
Пытаясь найти часы и заодно осматриваясь вокруг, он понял, что это определенно была спальня, причем обустроенная с неплохим вкусом. На стенах висели художественные фотографии с изображениями цветов, и все было, как сказала бы его бывшая жена, а точнее, последняя из них, выдержано в одной цветовой гамме. Звучало это очень модно и довольно красиво, но Инфанте не видел в этом ничего хорошего. Всего лишь очередной отвлекающий маневр, который многое может спустить женщине с рук. Если подумать, «цветовая гамма» – это часть ловушки. Начинается все с дорогого кольца, возобновляемого кредита, мебели из «Шоферс» и закладной, а заканчивается – в его жизни подобное случалось уже дважды – в окружном суде Балтимора. В конце концов бывшая забирает все себе, а тебе остаются только долги.
Здесь все было выполнено в бледной желтовато-зеленой цветовой гамме. Не так уж и плохо, но детектива почему-то начало подташнивать. Выбирая свою одежду из общей кучи, он начал замечать странные детали интерьера, которые не совсем подходили сюда: встроенный письменный стол прямо под створчатым деревянным окошком, квадратный мини-холодильник, на котором лежала вязаная салфетка, а сверху красовалась маленькая микроволновка… Над столом висел флажок с эмблемой «Тоусонских Тигров»…[5]
«Черт бы меня побрал, – подумал он. – Черт бы меня побрал!»
– Ладно, – сказал Кевин, – а ты чем занимаешься?
Девочка, именно девочка, потому что ей не было и двадцати одного года – не то чтобы это было незаконно, просто у Инфанте были свои правила на этот счет, – одарила его ледяным взглядом и, перебравшись через него, завернулась