явно не догадывалась, что за ней кто-то пристально наблюдает. Она, танцуя перед зеркалом, собрала в маленький хвостик недавно остриженные темные волосы и чему-то рассмеялась, демонстрируя ряд ровных белых зубов. Потом накинула белый халатик и куда-то упорхнула.
Картинка сменилась: затемненное просторное помещение. Посередине лежит какая-то странная кровать, а на ней обнаженное тело мужчины, вокруг которого столпились люди в белых одеждах. Среди них была та самая темноволосая женщина, только сейчас она была сосредоточена и хмуро смотрела на высокого мужчину в возрасте, вещавшего у головы покойного. Вот он закончил свою речь и явно попросил ее подойти. Она сначала замялась, было видно, что ей не особо приятно находиться в этом помещении, но мужчина поторопил ее. Отбросив сомнения, женщина подошла и забрал какой-то блеснувший предмет, склонилась над телом. Секунда, и…
Не в силах справиться с омерзением, Магистр закричал и в бессилье отпустил Сосуд, успев пообещать, что за его желанием он подойдет попозже и обязательно исполнит в трехдневный срок.
Тут же оказавшись рядом, Вернер подхватил Отто под мышки и помог тому дойти до кресла.
— Ну? Что вы молчите? Что вы видели? Вы нашли того, кто нам нужен?
Старик сморщился как от зубной боли:
— Лучше б ничего этого не случилось, нам бы не пришлось ее искать. Но координаты, как ее там найти, я получил.
— Ее? — переспросил Вернер, не поняв с первого раза, — вы сказали ее? Это женщина?!
— Я озадачен не меньше твоего, способности крови наследуют исключительно мужчины… Но тебе все равно придется отправить туда и все проверить.
— С ума сойти… — потерянно проговорил комтур, — но что мы будем с ней делать?
— Об этом подумаем на досуге, когда она будет сидеть вот в этом самом кресле, — решительно заявил старик, — но ясно одно, в Академию Храма ей дороги нет, там учатся только одни мужчины. Когда ты сопроводишь ее сюда, я тут же возьму образец крови и предоставлю лучшим Академиям, которых отберу. А там посмотрим куда лучше ее определить или может составить индивидуальную программу…
Старик все никак не мог прийти в себя от увиденного. Как женщина могла унаследовать какие-либо способности? Дар всегда передается от отца к сыну, по-другому магами не становятся. Женщина могла его получить только пройдя через благословение от богини Лилит и то, их было достаточно мало. Лилит тщательно отбирала тех, в которых хотела видеть свое отражение и называла их ведьмами. Поэтому в Академиях на сто мужчин-курсантов была всего одна курсантка-ведьма. А по окончании часть отсеивалась, часть погибала в опасных условиях практик. А тут женщина, на которую указал Сосуд… Остается надеяться, что это была ошибка, хотя это маловероятно.
Но было еще ко-что, что пугало Великого Магистра еще больше, чем пол предполагаемого потомка Создателя. Откашлявшись, он похоронным тоном сообщил:
— Когда встретишься с ней, будь осторожен.
— Мне нужно бояться, какую-то женщину, пусть и носителя драгоценной крови? Вы сейчас это серьезно?
Старик не повышая голоса, слегка поднажал:
— А я сейчас не шучу, я видел не очень приятную картину… Она и десяток таких же, резали труп какого-то мужчины.
— Некромант? — выдохнул Вернер, не понимая, что вообще происходит, — мало того, что потомок Создателя женщина, так еще и некромант?
Было от чего впасть в дурное настроение. Многие касты магов были не просто разрешены властями многих стран и тщательно лелеемы, но вот некромантов не любили нигде. Более того, их ненавидели и если ловили, то сдавали властям под суд. Разбирательства обычно длились не долго, и всегда заканчивались прилюдной казнью, через процедуру аутодафе. И если та женщина и правда имеет какое-либо отношение к некромантии, ее придется сдать на честный суд.
— Понимаю твое смятение, — скорбно признал Магистр, — но мы сейчас ничего не можем сделать. Нам все равно нужно доставить ее сюда, а потом будем думать, с чем имеем дело. Ты понял?
Комтур резво вскочил на ноги, и, склонив голову в поклоне младшего к старшему, процедил сквозь зубы:
— Ждите, скоро она будет здесь. Я пойду, соберусь и перед Переходом зайду к вам за координатами.
Вернер вышел стремительно, будто его подгоняла стая голодных волков. Старик же без сил облокотился на локоть и думал о том, что слишком устал для подобных переживаний. Наверное, стоит подумать о том, чтобы освободить свое место более молодому человеку, жаждущему побед. Отто уже не в силах вести Орден вверх, он стал для него обузой.
Ну, ничего, решит вопрос с потомком, разберётся с Сангреалем и уйдет в отставку в положении героя. Пусть все запомнят его как победителя.
ГЛАВА ПЕРВАЯ.
Я открывала входную железную дверь трясущимися руками. Из глаз то и дело текли слезы, которые не возможно было сдержать. Сбегая по щекам, они оставляли не четкие черные дорожки от дешевой польской косметики и тяжелыми каплями падали на пол. Нос от такого издевательства тут же зачесался и протестующе чихнул. Подавляя зарождающийся приступ в самом начале, я резким движением вытерла все это безобразие рукавом. Белую блузку теперь придется долго отмачивать и то не факт, что подобная красота отстирается.
Я от души топнула ногой. Будь проклят этот Денисов, так сумел довести меня, что до сих пор не могу взять себя в руки, хотя пора бы не обращать на всяких козлов внимание.
Раздался характерный треск, и я чуть не упала с высоты собственного роста и не прокатилась по ступенькам: недавно купленные шпильки не выдержали издевательств над собой и у одной туфли отвалился каблук. Наверное, сейчас лучше не вспоминать, что эта обувь стоила мне большую часть копеечной зарплаты, из-за которой я частенько пропускала лекции в институте, потом учась по ночам, чтобы не отставать от сокурсников.
Господи, ну и день сегодня. Чувствую, что одной туфлей сегодня не закончится.
Сзади послышался тихий скрежет открываемого замка. Ну вот, еще и соседей привлекла своей возней. Сейчас с удовольствием поахают, разглядев мое припухшее лицо, начнутся расспросы и фальшивые заверения, что все будет хорошо. А ключи в замок все так и не мог вставить, глаза слезятся…
— Славушка, это ты, ну слава богу… А то слышу звуки какие-то странные и шипение непонятное, уж думала, кто это там ошивается, может украсть что хотят… Решила посмотреть.
«Посмотрели? А теперь можете быть свободны», — в сердцах, но молча воскликнула я, а потом подчеркнуто вежливым тоном (мы же все воспитанные люди) проговорила:
— Да вот Светлана Павловна, с замком что-то не то, сломался по ходу… А нет, все в порядке.
Видимо появление любопытствующей бабульки простимулировало мою мозговую деятельность и серое вещество отдало правильный сигнал: я вновь могла полностью контролировать