– …вы и зачищайте, – говорил когтистый Велихов, скорчив брезгливую гримасу. – Сами нагадили – сами разгребайте! Еще поплатитесь за Корнеева несколькими вмешательствами четвертого уровня, – пообещал он, развернулся и махнул своим. – Снимаем оцепление! Инцидент исчерпан.
Саша оглянулся и подмигнул Сурнину – прокатило! Темные не переработают, на этом он их и подловил. Если бы в подземелье одновременно спустились две команды зачистки противоборствующих сторон – еще неизвестно, не заметил ли бы там кто-нибудь чего-нибудь подозрительное. Саша поднял вверх большой палец, Никита кивнул, отошел в сторону, тяжелая тень с готовностью улеглась под ноги, и он без особых усилий переступил через нее, возвращаясь в обычный мир. Почти как в былые времена. Саша встретил своих, отпустил оцепление, прикрыл лаз «сферой невнимания» и шагнул к Никите в реальный мир.
– А знаешь, мне иногда кажется… – запанибратски начал он, запнулся, словно что-то вспоминая, и вдруг резко, без предварительной подготовки, перешел на официальный тон. – Никита Михайлович, благодарю вас за содействие Ночному Дозору. Дальнейшее расследование инцидента может угрожать вашей жизни и безопасности и будет проводиться силами штатных сотрудников.
Память у парня была отличная. В нужный момент скороговорки подходящих случаю формулировок сыпались из него как из рога изобилия. Выпаливал их Александр Спешилов без всяких видимых усилий и наверняка не особо мучился, зазубривая всю эту пафосную канцелярщину. Сурнин помолчал, покачал головой, смерил напарника взглядом. Хорошее поколение Next подросло в Ночном Дозоре… Ему вдруг представился угловатый кирпич, вбитый в Сашину грудь, и растерянная улыбка, гаснущая на окровавленных губах.
– Вот что, Александр… Мы ответственны за тех, кого мобилизовали, – заявил Никита, перефразировав известное выражение. – А позвони-ка ты начальству.
– Какому начальству? – слегка растерялся Спешилов.
– Тому, которое тебе велело найти меня в оцеплении.
– Н-ну, я не уверен, что могу беспокоить Антона Сергеевича… – забормотал Спешилов и смущенно завертел в руках свой изящный серебристый айфон. – Это ведь не дежурный звонил…
– Просто набери Городецкого и дай телефон.
Никита уверенно протянул руку. После нескольких секунд колебаний Саша подчинился.
– Здравствуй, Антон, это не Саша, – сказал Сурнин в трубку, наблюдая, как у дозорного, стоявшего напротив, округлились глаза, – да, давно не виделись… Не все так просто – слабо сказано… Для начала снять Спешилова с патрулирования. Мы еще раз осмотримся… Да там кровищи налито – до утра можно по всем слоям разгуливать без всякой подготовки!.. А кто непосредственно руководит?.. Хорошо, ему и доложим… И тебе успехов, Антон… Сейчас передам. Держи! – Никита вернул айфон законному владельцу. Тот несколько раз сказал в трубку: «Да, конечно» и «Да, я вас понял, Антон Сергеевич» – и задумчиво погладил пальцем потемневший экран.
– Никита Михайлович, а какой уровень у вас был во время работы в Дозоре? – осторожно спросил Саша, бережно убрав во внутренний карман плаща свой ненаглядный гаджет. Интеллигентный парень. В последний момент все-таки сумел заменить вопрос, готовый сорваться с губ, на нечто более безобидное.
– Давно знакомы, Саша. С начала работы Городецкого в Дозоре, – улыбнулся в ответ Сурнин. – Третий уровень, – добавил он. – Ну что, здесь будем ждать или посидим где-нибудь, обсудим ситуацию?
– Пойдем к метро, – предложил Саша. – Там кафешки какие-то. Чем под дождем стоять, лучше присядем.
– Пошли, – согласился Никита. – Я только сделаю еще один звонок.
Пока Сурнин звонил жене и неумело врал про старого знакомого, который зазвал его провести ночь за бутылкой вискаря, да так, что Никита не смог отказаться, непривычно степенный Спешилов молча шагал рядом.
Кофейню они выбрали некурящую, быстро придя к взаимопониманию в этом вопросе: Саша изредка баловался, но не курил, а Никита давно бросил. Светлые Иные расположились за столиком у окна. К вечеру пошел моросящий дождь, и смотреть сквозь мокрое, немного запотевшее стекло за медленно проплывавшими по улице машинами и размытыми тенями людей было все равно что подглядывать из Сумрака за оживленной улицей. Никита оглянулся по сторонам: обычное кафе, стены на месте, воздух прозрачен, люди рельефны, над головой – потолок, с которого льется ненавязчивая музыка, вплетаясь в ровный шум голосов. От чайничка с имбирным чаем, поставленным перед ним официантом, поднимается легкий ароматный парок. За соседним столиком хохочут какие-то девчонки, по очереди заглядывая в планшет.
«Нет, я вышел, все нормально, – подумал Никита, – никаких болезней новичков».
Он посмотрел на стеклянную сахарницу, прислушался к своим ощущениям. Ни звона в ушах, ни головокружения, словно и не было у дозорного Сурнина никаких перерывов в работе. Никита налил себе чай и оставил сахарницу стоять на своем месте. Нет поводов для паники – незачем портить напиток.
Александр Спешилов сидел напротив, обнимая ладонями большую чашку дымящегося кофе.
– Я вам все планы на вечер испортил, – сказал он, с трудом пробиваясь сквозь неловкую тишину.
– Да не было особых планов. Мы ж вроде на «ты», – напомнил Никита.
– Ах да, – вспомнил Саша и замолчал.
– Саша, ты случайно не знаешь, что это за киберженщина со мной сегодня из офиса разговаривала? – спросил Сурнин, уводя разговор в сторону от скользких тем. – Раньше всегда оперативный дежурный звонил.
– А-а, автоответчик? – заулыбался дозорный. – Это у нас одну продвинутую девушку в прошлом году в офис взяли. Очень в Дозор просилась. Посадили ее на второй этаж, думали, как подружек найдет, так от всех и отстанет. А она освоилась, заявила, что у нас все устарело, и давай новаторские идеи в массы двигать. Штуки по три в месяц. Галина, секретарь Бориса Игнатьевича, просто вешается. Она ей все проекты распечатывает, в бумажных папках на стол выкладывает и еще на почту электронную версию скидывает. В итоге автоответчик начальство разрешило в порядке эксперимента, но патрулям, как и раньше, всегда звонят лично.
– Предупреждать надо, – улыбнулся Никита. – Так что тебе кажется? – спросил он.
– А что мне кажется? – переспросил Саша.
– Ты начал разговор со слов «знаешь, мне кажется», перед тем как превратился в ходячий справочник «Этика сотрудников Ночного Дозора при контактах с людьми и Иными».
Саша небрежно махнул рукой.
– Да так, ерунда. Я хотел сказать, что вампиров, возможно, не так уж мало. Я интересовался вопросом. Их за последние тридцать лет по Москве и области больше сотни перебили, а судя по количеству выданных лицензий, существенного снижения популяции что-то не наблюдается. Я лично в оцеплении еще одного видел. Если он такой редкий, что не тронь, почему они его в такое опасное место направили – не постеснялись? Дневной Дозор нам голову дурит с этой малочисленностью. Липа! Правильно?
– Не знаю, Саша, – задумался Сурнин. – Вряд ли. Вампиры в большом количестве – голодное, жадное и неуправляемое зло. Это и самим Темным не на руку. Скорее всего Дневной Дозор их численность регулирует, и популяция в самом деле невелика, но старательно поддерживается на одном уровне. Ладно. Вернемся к нашему