2 страница из 17
Тема
обтянутые едва заметной телесной лайкрой ноги. Добавим шоу, положила, сверкая коленками, одну стройную ножку на другую. Уверена, так виден кружевной краешек чулка, а это ведь как красная тряпка для мужиков. Лихолетов присвистнул, а Евдокимов нервно сглотнул… и, кажется, почти что раздел меня глазами. Неплохо, сексуальный интерес я, безусловно, вызвала, причем сразу в обоих. Закрепим эффект, немного наклонилась так, чтобы стал лучше виден вырез на блузке… Теперь две пары мужских глаз, как по команде, уставились прямиком в мое совсем не ангельское, а скорее ведьмовское декольте.

— Да и на грудь тогда никто пялиться не будет, — дерзко продолжила я.

Вот же больная на всю голову! Зачем я все это говорю? Мне же нужно соблазнять Андрея Тимуровича, а не отталкивать. Отступать поздно, пойдем ва-банк. Вскочила, улыбнулась во весь рот, так что Лихолетов опять присвистнул. Вертя по-шлюшному бедрами, направилась к кулеру с водой, наполнила стаканчик, резкий танцующий разворот, затем сделала несколько шагов в сторону Евдокимова. Подошла близко-близко, так что даже услышала его тяжелый выдох на мое приближение. Скромно потупила глазки.

— Водички не желаете?! В этом кабинете ужасно душно. Как мне кажется, вам нужно немного охладиться!

Блин, от своей дерзости я сама вся взмокла, а быть может, в этом виноват жаркий нагловатый взгляд шоколадных глаз. Как же Андрей Тимурович смотрит, словно уже занимается со мной сексом. В комнате до предела накалилась атмосфера, кажется, поднеси спичку, и воздух — бабах! — взорвется к чертям собачьим.

— Ангелочек, я тоже хочу водички, — покашливая, сказал Максим Юрьевич.

Вздрогнула, разлив немного жидкости из стакана. Вот блин, совсем забыла о присутствующем в комнате серийном муже Лихолетове. Евдокимов же, насмешливо меня рассматривая, неспешно взял стакан из моих подрагивающих пальцев. Неторопливо начал пить, взгляд невольно сконцентрировался на мужском кадыке, двигающемся в такт глотательным движениям. Выпив воду, Андрей Тимурович точным броском отправил пластиковый стаканчик в мусорную корзину и опять стал меня рассматривать. Красный уровень опасности. Невольно попятилась. В комнате повисло молчание.

— Ангелам не идут колючки, — наконец произнес Евдокимов. — Ты уволена!

Развернулся и вышел из комнаты.

* * *

— Ха… ха-ха-ха, — вырвался булькающий, полуистеричный смех из моего горла. Ноги подкосились, и я бухнулась, точно куль с мукой, в кресло. Схватилась за голову. Что я наделала?! Все испортила… Что на меня нашло такое непонятное?! «Напоминаю, Данил уже воет и просится домой. Ты же хочешь с ним побыстрее увидеться». Глеб Георгиевич будет в бешенстве. Ангел, ты идиотка! Мать твою, это форменный кошар! О… захотелось кричать, рычать на свою глупость, а слезы покатились из глаз.

— Ну, Ангелиночка, не расстраивайся так.

Меня по-приятельски похлопал по плечу Лихолетов.

Вздрогнула. Черт, опять о нем забыла.

— Максим Юрьевич, — сквозь плач начала я, — это ведь был генеральный директор фирмы? Я видела фото в коридоре, н-не знаю, что на меня н-нашло, прошу вас, п-поговорите с ним, я больше никогда … ничего п-подобного себе не позволю и если нужно, правда п-паранджу буду надевать.

Жалобно всхлипнула.

— Мне очень-очень нужна эта работа. Она мне п-просто необходима!

Да, мне срочно необходимо соблазнить Евдокимова, иначе полный капец…

— Ну что ты, Линочка, не расстраивайся так, — теперь Лихолетов меня ласково приобнял, — такие красивые девушки не должны плакать.

От этих слов я заревела еще сильнее. Большей дуры свет не видывал. Максим Юрьевич, утешая, стал гладить мою спину.

— П-поговорите с ним, пожалуйста, — просяще уставилась в серые глаза руководителя по связям с общественностью.

— Конечно, красотка, конечно… — теплые мужские пальцы взяли меня за подбородок, — сейчас вот успокою тебя и пойду говорить.

Горячие губы Максима Юрьевича накрыла мой рот, а рука со спины переместилась на грудь и легонько её сжала.

— Ха… ха-ха-ха, — опять вырвался из меня истеричный смех прямиком в целующие мужские губы.

Жаль, что Глебу Георгиевичу не нужен Лихолетов, его соблазнить не составило бы никакого труда.

— А вообще, знаешь, — ласково шепчет на ухо Максим Юрьевич, свободной рукой приподнимая подол моей юбки. — таким красивым девочкам вообще не обязательно работать.

Звук пощёчины прозвучал неожиданно даже для меня. Лихолетов в изумлении вытаращил глаза, прекратил меня лапать, схватившись за начинающую покрываться краснотой щеку. Оплеуху отвесила, будь здоров.

— Что вы себе позволяете, Максим Юрьевич?!

— Детка, я думал, мы поняли друг друга еще на собеседовании. Я же сказал, мне нужна хорошая и исполнительная девочка.

— Да вы что… совсем сбрендили? Публичный дом, а не компания!

Как же неприятно и противно. Мой стул кишит тараканами, вся эта комната в мелких ползущих тварях с усиками. Только непонятно, они с моей головы напрыгали или их расплодили поцелуи и поглаживания Лихолетова.

— Ангелочек, а что ты воображала себе, будто я взял тебя в помощницы за твои пятерки в дипломе?

Эх, двинуть бы этого сластолюбивого козла в челюсть. Вскочила. Да пошли все к чертям собачьим: Лихолетов, Евдокимов, да Глеб Георгиевич в придачу с ними.

— Знаете, я думала, что заместитель руководителя такой солидной фирмы должен заниматься более серьезными делами, чем заглядывание под юбки секретарш.

Закружилась по комнате, пытаясь найти сумочку. Куда же она подевалась?

— Детка, научись раздвигать ножки перед нужными людьми, пригодится в жизни, — решил дать мне напоследок дельный совет Максим Юрьевич.

Козел! Слезы еще сильнее побежали из глаз. Нет, таких, как он, нужно сразу по яйцам бить, хотя, пожалуй, это мало поможет, все равно будет трахать все, что движется. Хозяева жизни, блин.

Слава богу, сумочка нашлась. Выбежала из кабинета и уткнулась во что-то твердое и теплое.

— Ахм!..

Странный холодок прошел по хребту. Я узнала это тело и дорогой запах одеколона, ведь буквально несколько минут назад побывала в его объятьях.

— Опять ты, — недовольно пробормотал Евдокимов.

А мне сразу вспомнилась истинная причина моего прихода в компанию «Новотекс». Блин. Мне же надо во что бы то ни стало соблазнить её генерального директора. Всхлипнула, как можно плотнее прижавшись к сильному мужскому телу. Попробуем надавить на жалость. Может, хотя бы у кого-нибудь в компании «Новотекс» есть такое реликтовое для наших дней чувство, как благородство. Мужские пальцы взялись за мои плечи, отстраняя от себя, на лице у Евдокимова брезгливость… Словно я маленький блохастый котенок, а не ангел, сошедший с небес, чтобы слиться с ним в жарких объятьях. Н-да, Лина тебе будет более чем трудно. Кажется, Глеб Георгиевич поставил передо мной невыполнимую задачу. Я ни за что не справлюсь, даже со своей ангельской внешностью. Опять всхлипнула. Мужские руки раздраженно протянули мне носовой платочек.

— Он-он меня поцеловал и сказал, что нужно ножки раздвигать, если я хочу добиться чего-нибудь

Добавить цитату