5 страница из 27
Тема
то время, когда надежда и мужество иссякли в сердцах ее соотечественников; она была безупречно чиста душой и телом, когда общество даже в высших слоях было растленным и духовно и физически, – и всеми этими добродетелями она обладала в такое время, когда преступление было обычным явлением среди монархов и принцев и когда самые высшие чины христианской церкви повергали в ужас даже это омерзительное время зрелищем своей гнусной жизни, полной невообразимых предательств, убийств и скотства.

Жанна д'Арк была, пожалуй, единственной бескорыстной личностью, когда-либо засвидетельствованной историей. Ни малейших следов или намеков своекорыстия нельзя найти в ее словах и поступках. Когда она спасла бездомного короля от нищенского прозябания и возложила корону на его голову, ей предлагали награды и почести, но она все отвергла и не пожелала взять ничего. Для себя она просила у короля только одного: разрешения вернуться домой, в родную деревню, чтобы по-прежнему пасти овец, ежедневно чувствовать объятия рук матери и помогать ей в домашнем хозяйстве. Дальше и не устремлялись личные помыслы и желания этого блестящего вождя победоносных войск, соратника принцев, кумира восхищенного и благодарного народа.

Подвиг Жанны д'Арк можно смело назвать беспрецедентным в истории, тем более, если принять во внимание, в каких условиях он был совершен, какие препятствия встречались на ее пути и какие средства имелись в ее распоряжении. Цезарь шагал далеко, но он одерживал свои победы при помощи прекрасно обученных, надежных римских ветеранов; сам он тоже был прекрасным воином. Наполеон стирал с лица земли самые дисциплинированные армии Европы, но он также был опытным солдатом и начал свое дело с преданными родине батальонами, воспламененными чудодейственным духом Свободы и Революции, – с энергичными подмастерьями великого военного ремесла, а не со старыми, упавшими духом недобитыми войсками, давно пришедшими в отчаяние от бесчисленных поражений на протяжении целого столетия. А Жанна д'Арк, сущий ребенок, невежественная, неграмотная, простая, никому не известная деревенская девушка, без связей и влияния, застала свою великую родину в цепях, поверженной, беспомощно и безнадежно стонущей под чужеземным игом, с разоренной казною, с разбежавшейся в страхе армией, с оцепеневшими умами, с умершим мужеством в сердце народа за эти долгие годы насилия и притеснения как со стороны захватчиков, так и со стороны собственных угнетателей, с запуганным королем, который покорился своей участи и приготовился бежать из своей страны; Жанна д'Арк прикоснулась своей рукой к этому трупу нации, и народ воспрянул и последовал за нею. Она повела его от победы к победе, она изменила ход Столетней войны, она нанесла смертельный удар английскому могуществу и умерла заслуженно называемая Освободительницей Франции – имя, которое осталось за ней и по сегодняшний день.

И в награду за все это французский король, которого она короновала, не проявил никакого участия, когда французские церковники схватили эту благородную девушку, невиннейшее, прекраснейшее, восхитительнейшее создание, когда-либо существовавшее во все века, и заживо сожгли ее на костре.

ОСОБЕННОСТЬ ИСТОРИИ ЖАННЫ Д'АРК

Подробности жизни Жанны д'Арк составляют биографию исключительную в сравнении с другими мировыми биографиями в одном отношении: это единственная история человеческой жизни, дошедшая до нас из-под присяги, единственная, дошедшая до нас со свидетельской скамьи. Официальные отчеты о Великом процессе 1431 года и о Процессе реабилитации, который состоялся четверть века спустя, хранятся до настоящего времени в Национальном архиве Франции, и они с замечательной полнотой подтверждают факты из ее жизни. Ни одна история жизни, протекавшей в столь отдаленную эпоху, не изложена с такой достоверностью и убедительностью, как история Жанны д'Арк.

Сьер Луи де Конт в своих «Личных воспоминаниях» верен фактам официальной биографии Жанны д'Арк, и, по крайней мере, в этом его воспоминания безупречны и заслуживают доверия; но множество деталей, сообщаемых им, остаются на его совести.

ПЕРЕВОДЧИК

КНИГА ПЕРВАЯ. В ДОМРЕМИ

Глава I

Сьер Луи де Конт своим правнучатным племянникам и племянницам

Теперь год 1492. Мне восемьдесят два года. То, о чем я собираюсь вам рассказать, я сам пережил и видел собственными глазами в детстве и в юности.

Во всех рассказах, песнях и исторических трудах о Жанне д'Арк, которые вам и всему миру доводилось слушать, читать и изучать по книгам, напечатанным позднее более усовершенствованными способами, упоминается и обо мне, сьере Луи де Конте. Я был ее пажом и секретарем. Я был при ней от начала до конца.

Вырос я в одной деревне с нею. Я играл с ней каждый день, когда мы оба были еще детьми, точно так же, как и вы играете со своими сверстниками. Теперь, когда мы сознаем ее величие, когда ее шля гремит во всем мире, может показаться странным, что все, о чем я рассказываю, сущая правда; это похоже на тусклую, ничтожную свечку, рассуждающую о вечно сверкающем солнце: «Оно было моим сверстником и закадычным другом, когда мы оба были свечками».

Но все же это сущая правда, как я и сказал. Я был ее товарищем в играх, а на войне сражался рядом с нею. До сегодняшнего дня отчетливо и ярко сохранились в моей памяти ее прекрасный, светлый образ, ее изящная маленькая фигурка; вот она, с отброшенными назад волосами, в серебряной кольчуге, прильнула грудью к шее коня и мчится в атаку во главе французской армии, все дальше и дальше врезается в гущу боя и порою почти исчезает из вида, скрываясь за головами коней, за поднятыми мечами, за развевающимися на ветру перьями шлемов и за преграждающими путь щитами. Я был с нею до конца, и когда наступил тот черный день, который ляжет неизгладимым пятном на ее убийц в сутанах {5}, этих французских рабов Англии, и на Францию, оставшуюся безучастной и не предпринявшую ни малейшей попытки к ее освобождению, – моя рука была последней, которой Жанна д'Арк коснулась при жизни.

Проходили годы и десятилетия, и образ чудесной девушки, промелькнувшей метеором на военном горизонте Франции и исчезнувшей в дыму инквизиторского костра, отодвигался все дальше и дальше в прошлое и становился все более поразительным своей необычностью, священным, трогательным и прекрасным. И только теперь я полностью понял и осознал, кем была она, – благороднейшим существом, когда-либо жившим на свете после Сына божьего.

Глава II

Я, сьер Луи де Конт, родился в Невшателе 6 января 1410 года, то есть как раз за два года до рождения Жанны д'Арк в Домреми. Моя семья бежала в эти отдаленные районы из-под Парижа в начале столетия. По своим политическим убеждениям мои родители были арманьяками-патриотами {6}: они горой стояли за своего французского короля, хотя он не отличался ни умом, ни способностями. Бургундская партия, поддерживавшая англичан, обобрала моих родителей до

Добавить цитату